Ребекка Яррос – Четвертое крыло (страница 92)

– Тэйрн к тебе явно не прислушался.

Она фыркнула.

– Но если бы в ту ночь не появился Ксейден, или если бы я не спала в броне… – Я помолчала, потом коснулась ее ладони. – Сложно сосчитать, сколько раз ты спасала мне жизнь, сама о том не зная.

Мира улыбнулась:

– Рада, что это помогло. Я тебе клянусь, собирала эту чешую целый сезон линьки.

– Не думала рассказать об этом маме? Наделать таких для всех всадников?

– Я внесла предложение своему командованию. – Она откинулась назад и сделала еще глоток. – Они сказали, что рассмотрят вопрос.

Мы смотрели, как Рианнон целует идеальные пухлые щечки племянника.

– Никогда не видела такую счастливую семью, – призналась я. – Даже когда Бреннан и папа были живы, мы не были… такими.

– Да уж, не были. – Ее губы исказила грустная улыбка, и она взглянула на меня: – Зато я помню множество ночей, когда мы лежали у огня с папой и той твоей любимой книжкой.

– Ах да, той самой, которую ты заставила оставить в спальне, – я выгнула бровь.

– Ты про книжку, которую я забрала на случай, если маме попадет вожжа под хвост и она решит выкинуть все твои вещи, пока ты в квадранте? – ее улыбка расползлась до ушей. – Она у меня в Монсеррате. Думала, ты разозлишься, если вернешься после выпуска, а ее нет. И что бы ты потом делала, если бы забыла малейшую деталь того, как галантные всадники справляются с армией виверн и вэйнителей, что высосали из земли всю магию?

Я моргнула.

– Ого. А я уже все забыла. Но, наверное, уже скоро получится перечитать! – В груди разлилась радость. – Ты лучше всех.

– Отдам тебе, когда вернемся. – Она снова откинулась и задумчиво присмотрелась ко мне. – Знаю, это просто сказки, но я так и не поняла, почему злодеи решали осквернить души и стать вэйнителями – а теперь… – У нее нахмурился лоб.

– Теперь ты на стороне злодеев? – пошутила я.

– Да нет, – она покачала головой. – Но у нас такие силы, Вайолет, за которые люди готовы убить. Драконы и грифоны – это хранители, но, не сомневаюсь, что для того, кому хватает зависти и амбиций, рискнуть душой – невысокая цена за способности. – Она пожала плечами. – Просто радуюсь, что наши драконы такие разборчивые, а чары не подпускают ездоков на грифонах. Кто знает, кого выбирают эти пушистые твари?

Мы просидели еще час, пока не решили, что рискуем разоблачением. Затем мы с Мирой оставили Рианнон, чтобы она могла попрощаться с семьей, и вышли из дома в душную ночь. Тэйрн в последние пару часов непривычно затих.

– Ты когда-нибудь служила с всадниками драконьих пар? – спросила я Миру, закрывая за нами дверь.

– Один раз, – ответила она, прищурившись и внимательно разглядывая темную тропинку перед домом.

– Просто интересно, на сколько они могут расстаться.

– Оказывается, максимум на три дня, – сказал Ксейден, появляясь из теней.

Глава 27

За доблесть выше, чем требовал долг, в бою при Страйтморе, где ее отвага привела не только к разгрому батареи в тылу врага, но и спасла жизни целого пехотного батальона, рекомендую представить Миру Сорренгейл к Звезде Наварры. Однако если она не отвечает всем критериям – хотя тому порукой мое слово, – представьте ее к Ордену Когтя. Однако сие будет позором, так как Сорренгейл заслуживает большего.

Рекомендация майора Потсдама для представления к награде, адресована генералу Сорренгейл

– И теперь мы просто ждем, когда что-нибудь случится? – спросил на следующий день Ридок, откинувшись на спинку стула и закинув ноги в сапогах на деревянный стол в местной инструктажной.

– Да, – сказала Мира, сидевшая во главе стола, затем мановением руки отправила Ридока в полет вверх тормашками. – И убрал ноги со стола.

Один из монсерратских всадников рассмеялся, меняя флажки-пометки на большой карте, занимавшей единственную каменную стену в изогнутом помещении с окнами. Сейчас мы находились в самой высокой башне в крепости, из которой открывались бесподобные виды на хребет Эсбен.

Сегодня нас разделили на две группы. Рианнон, Сойер, Сианна, Надин и Хитон провели утро с Деверой в этом помещении, изучая предыдущие битвы у форпоста, а теперь отправились в патруль.

Даин, Ридок, Лиам, Эмери, Квинн и я два часа с утра облетали окрестности, причем вместе с пополнением – Ксейденом. И со времени его прибытия вчера ночью он стал такой помехой нашей миссии, что хуже не придумаешь.

Даин постоянно прожигал его взглядом и язвил.

Мира тоже приглядывала за ним одним глазом, подозрительно помалкивая.

А я? Я тоже постоянно смотрела. Где бы он ни появился, тут же возникал вполне ощутимый поток энергии, ласкавший мне кожу каждый раз, когда мы встречались глазами. Я и теперь знала о каждом его вдохе, в то время как он сидел в стороне от меня, за столом.

– Считайте это тренировочным инструктажем, – продолжила Мира, косясь на Ридока, усаживавшегося обратно на стул. – Этим утром мы летали где-то четверть от времени работы обычного патруля, поэтому сейчас бы только-только вернулись на доклад командиру. Но, чтобы убить время, давайте представим, что наткнулись на укрепленный форпост врага на нашей территории… – Она повернулась к карте и воткнула маленький красный флаг рядом с одним из пиков в трех милях от границы с Сигнисеном. – Здесь.

– Нам что, притвориться, что он вырос за ночь? – спросил Эмери, не скрывая скептицизма.

– Гипотетически, третьекурсник, – сказала Мира, сузив глаза, и он тут же неосознанно выпрямился.

– А мне нравится такая игра, – сказал один из монсерратских всадников с другого конца стола, откинувшись затылком на сложенные руки.

– Какая у нас первая цель? – Мира оглядела стол, нарочно пропустив Ксейдена. Вчера ночью она только взглянула на метку восстания на его шее и прошла мимо, не сказав ни слова. – Аэтос?

Даин вздрогнул – слова Миры оторвали его от процесса метания невидимых молний в Ксейдена – и обернулся к карте.

– Что за укрепления? Мы говорим о наспех возведенной деревянной постройке? Или о чем-то посущественней?

– Вряд ли они успели бы построить за ночь замок, – пробормотал Ридок. – Явно деревянная, да?

– Ни у кого нет ни хрена воображения, – вздохнула Мира и потерла лоб большим пальцем. – Ну ладно, скажем, они захватили уже существующую крепость. Каменную, со всеми наворотами.

– А гражданские при этом не позвали на помощь? – спросила Квинн, почесывая острый подбородок. – Здесь, так далеко в горах, закон обязывает дать сигнал. Они должны были зажечь свой маяк, извещая всадников в патруле, а драконы в патруле связались бы со всеми драконами в округе. Всадники в этой комнате вылетели бы первыми, пока просыпаются и готовятся остальные, и предотвратили захват этой крепости.

Мира фыркнула и уперлась руками в конец стола, смерив нас взглядом.

– В Басгиате вам преподают теорию. Вы анализируете прошлые нападения и узнаете очень… теоретические боевые маневры. Но здесь не всегда все идет по плану. Поэтому давайте лучше обсудим, как все может пойти наперекосяк, чтобы вы знали, что предпринимать в этом случае – вместо споров из-за вымышленной крепости.

Квинн неловко поерзала.

– Кого из третьекурсников уже призывали? – Мира встала, сложив руки поверх опоясывающего черную кожаную броню ремня, на котором держался меч.

Подняли руки Эмери и Ксейден, хотя Ксейден явно нехотя.

Даин сидел с таким видом, будто у него сейчас взорвется голова.

– Это же неправильно. Нас не призывают на фронт до выпуска…

Ксейден сжал губы в линию и кивнул, саркастично показав большие пальцы.

– Ага, мечтай! – рассмеялся Эмери. – Сам дождись следующего года. Я уже не сосчитаю, сколько раз мы сидели в таких же комнатах в фортах вдали от границы, потому что кадетов-всадников срочно вызвали на фронт.

У Даина кровь отлила от лица.

– С этим разобрались. – Мира достала из-под стола несколько статуэток и поставила на его середину каменную крепость в шесть дюймов высотой. – Ловите. – Она кинула каждому по раскрашенной деревянной модельке дракона, оставив одну себе. – Представим, что Мессины и Экзала вот здесь не существует, что мы – единственный отряд, способный отбить эту крепость. Подумайте о способностях всех присутствующих в этой комнате. Подумайте, что дает каждый всадник по отдельности и как применить ваши силы вместе, чтобы решить поставленную задачу.

– Но первогодков этому не учат, – медленно протянул рядом со мной Лиам.

Мира бросила взгляд на завихрения магии на его запястье, но, к чести Лиама, он не одернул рукав. Иногда я забывала, что нынешние третьекурсники – это первые всадники, столкнувшиеся с детьми лидеров Тирского восстания – восстания, которое могло оставить наши границы без защиты, подвергнув наваррцев опасности. Здесь все уже привыкли к Лиаму, к Имоджен… даже к Ксейдену. Но вот действующие всадники ни разу не летали ни с кем, помеченным бунтарским следом.

Тирских всадников, сохранивших преданность Наварре в дни восстания, повысили, а не наказали, а тех, кто пошел против короля и страны, убили или казнили. В тот первый день на парапете моя скорбь из-за Бреннана вылилась в ненависть к Ксейдену – и точно так же еще не один всадник будет ненавидеть меченых сослуживцев.

Я громко прочистила горло.

Мы встретились глазами с Мирой, и я подняла бровь, открыто предупреждая:

«Не тронь моих друзей».

Она чуть расширила глаза, затем снова посмотрела на Лиама.