Ребекка Яррос – Четвертое крыло (страница 90)

Я мысленно представила карту.

– В двух сотнях миль от побережья…

– Моя родная деревня меньше чем в часе пешком отсюда. – Она посмотрела на меня с беззвучной мольбой – в глубине темно-карих глаз бурлило столько чувств, что я потеряла дар речи.

Взяв ее ладони, я сжала их и кивнула. Я отлично знала, о чем она просит и чего нам будет это стоить, если нас поймают.

– Никому не говори, – прошептала я чуть слышно, хоть мы и сидели одни в крошечной каморке. – У нас на все про все шесть дней – мы успеем.

Эти слова были обещанием, и мы обе это знали.

Кто-то постучал в нашу дверь.

– На выход, второй отряд!

Даин. Девять месяцев назад я бы ждала с нетерпением возможности провести время с ним. Теперь я поймала себя на том, что избегаю его постоянных ожиданий – или его самого в целом. Странно, как быстро все может измениться.

Мы присоединились к остальным, и майор Квэйд устроил нам экскурсию по форпосту. В животе урчало, но я терпела, подпитываясь неистовой энергией, кипящей вокруг.

Крепость, по сути, представляла собой четыре мощные стены, казармы, башни по углам и большой арочный проход с шипастыми подъемными воротами, готовыми рухнуть в любую секунду. В одном конце двора – конюшня, кузница и арсенал для расположенной здесь пехоты, в другом – столовая.

– Как видите, – объяснял нам майор Квэйд, когда мы встали посреди грязного двора, – мы строились на случай осады. В случае нападения мы можем прокормить всех удовлетворительное время.

– «Удовлетворительное»? – одними губами произнес Ридок, подняв брови.

Я подавила смешок, а Даин одарил нас взглядом, который явно грозил возмездием. Моя улыбка тут же пропала.

– Мы – восточный форпост, а значит, у нас тут полный отряд из двенадцати всадников. Трое сейчас в патруле, трое ждут своей очереди, готовые на случай, если потребуется срочно вылетать, а оставшиеся шестеро отдыхают, – продолжал Квэйд.

– Ты чего так смотришь? – шепнул Даин.

– Как именно смотрю? – эхом отозвалась я, и тут внезапно от каменных стен отразился рев драконов.

– А вот и один из наших патрулей, – произнес Квэйд с улыбкой, которая была бы искренней – если бы у него в принципе хватило сил широко и искренне улыбнуться.

– Как будто весь мир лишили радости, – тихо, чтобы слышала только я, ответил Даин, чуть склонив голову.

Я могла бы соврать, но тогда наше недоперемирие стало бы еще невыносимей.

– Просто вспомнила парня, с которым вместе лазила по деревьям, вот и все.

Он отшатнулся, как от пощечины.

– Итак, мы вас накормим и уложим спать, а потом решим, кого вы будете сопровождать эту неделю, – проговорил Квэйд.

– Мы поучаствуем в боевых действиях? – спросил Хитон, чуть ли не дрожа от возбуждения.

– Ни в коем случае! – рявкнула Девера.

– Если вы увидите схватку, значит, я не поддержал звание самого безопасного поста на этой границе, —ответил Квэйд. – Но хвалю за энтузиазм. Дайте угадаю. Третий год?

Хитон кивнул.

Тут Квэйд повернулся и улыбнулся при виде трех силуэтов в черном, вошедших в ворота.

– А вот и они. Эй вы, трое, не хотите познакомиться с нашими…

– Вайолет?

Моя голова еще только поворачивалась к воротам, а сердце уже сорвалось в неистовый галоп. Я прижала руки к груди, от самого радостного в мире потрясения. Не может быть. Этого просто не могло быть. Я бросилась к воротам, забыв о стоицизме и невозмутимости, и она сорвалась на бег в ответ, распахнув объятия перед самым столкновением.

Всадница подхватила меня и крепко стиснула так, что ребра затрещали. От нее пахло землей, драконами и медной ноткой крови, но я не забивала себе голову. Просто обнимала ее так же сильно.

– Мира.

Я зарылась лицом ей в плечо, и глаза защипало от слез, когда она положила ладонь на ту самую косу, которую учила меня заплетать. И тут вес всего, что накопилось за последние девять месяцев, навалился на меня, пронзил насквозь, будто стрела из мощного арбалета.

Ветер на парапете.

Взгляд в глазах Ксейдена, когда он понял, что я – Сорренгейл.

Обещание Джека убить меня.

Запах обугленной плоти в первый день.

Выражение на лице Аурелии, когда она упала с Полосы препятствий.

Приор, и Лука, и Трина, и… Тайнан. Орен и Эмбер Мэвис.

Выбор Тэйрна и Андарны.

Поцелуй Ксейдена.

Пренебрежение матери.

Мира отстранилась, чтобы оглядеть меня с головы до ног, словно искала раны или шрамы.

– Все хорошо, – она кивнула, впившись зубами в нижнюю губу. – Все ведь хорошо?

Я кивнула, но черты ее лица расплывались, непослушные слезы наполняли глаза, потому что, может, у меня все и хорошо, даже замечательно, вот только я сама уже была не та, кого она оставила у подножия башни, и по ее тяжелому взгляду я видела, что она тоже знает.

– Да, – прошептала она, снова прижимая меня. – Все хорошо, Вайолет. Все хорошо.

Если бы она повторяла это почаще, может, я и поверила бы.

– А ты? – Я отстранилась, чтобы посмотреть на нее. От мочки уха к ключице тянулся новый шрам. – Боги, Мира…

– Ничего, – отмахнулась она, потом улыбнулась во весь рот. – Ты на себя посмотри! Живая ведь!

У меня вырвался нелогичный, глупый смешок.

– Не умерла! Ты не осталась единственным ребенком!

Мы обе расхохоталась со слезами на щеках.

– Странные все же эти Сорренгейлы, – услышала я слова Имоджен.

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответил Даин, но, когда я обернулась, на его губах сияла первая искренняя улыбка, что я видела от него за последние месяцы.

– Заткнулся, Аэтос, – гаркнула Мира, закинув руку мне на плечо. – Рассказывай, что нового, Вайолет.

Может, мы и находились в сотнях миль от Басгиата, но я еще никогда не чувствовала себя настолько дома.

* * *

Рано вечером два дня спустя, сразу после ужина, мы с Рианнон вылезли в окно своей спальни на первом этаже и спрыгнули на землю. Мира ушла в патруль, и, как ни здорово было находиться рядом с ней, другого шанса могло и не представиться.

«Мы в пути».

«Не попадайтесь», – предупредил Тэйрн.

«Уж постараемся».

Мы с Рианнон обошли стену, свернули за угол на поле…

Я врезалась в Миру с такой силой, что отлетела назад.

– Блин! – воскликнула Рианнон, поймав меня.