Ребекка Уинтерз – Греческие каникулы (страница 5)

– Мы оба вложили немалые деньги в поиски, но пока что результаты нулевые. Его бедные родители просто раздавлены. Они потеряли не только дочь и зятя, но и маленькую внучку.

– Внучку?

Фрэн вздрогнула от упоминания о маленькой девочке и подумала о ребенке, боровшемся сейчас за свою жизнь.

– Какого возраста ребенок?

– Ей семь месяцев.

– А волосы у нее какого цвета?

– Черные.

Вскрик сорвался с губ Фрэн.

Может, она не упала с небес? Возможно ли, что ее подхватил вихрь и унес на такое расстояние? Куда более странные вещи происходили во время торнадо.

– Келли?

– Я знаю, о чем ты думаешь, Фрэн! – воскликнула она.

Подруги посмотрели друг на друга.

– О чем это вы? – нахмурился Леандрос.

– Быстрее, Келли! Ты пока расскажи все мужу, а я побежала наверх, к малышке. Может, она уже пришла в себя. Скорее всего, она и есть тот самый пропавший ребенок. Другого объяснения просто не может быть. Она должна выжить, она должна! – как мантру повторяла Фрэн.

Полиция создала отряд из добровольцев для поисков ребенка. Нику и его братьям дали участок среди сосен позади курорта. Поиски шли уже много часов, но нигде не было и следа Деми. Мусор валялся повсюду как конфетти.

Где же ребенок? Как они могут вернуться домой, не найдя ее тело, и посмотреть родителям в лицо? Их горе просто невозможно себе представить.

У каждого из братьев было по двое сыновей. Их жены с детьми и семьей Ставроса поплыли в Микены, чтобы присоединиться к родителям Ника. Он знал – они благодарили Господа за то, что их собственные дети не оказались поблизости от торнадо. Но их сердца были настолько полны боли от постигнувшей потери, что никто из них не был в состоянии говорить.

Деми была единственной девочкой в семье, такой же красивой, как и ее мать. Холостяк Ник был всем сердцем привязан к маленькой племяннице. Она обладала такой искренней непосредственностью и очарованием, которые пленили его с самого ее рождения.

Ему бы очень хотелось иметь такого ребенка, как дочь Мелины, если он когда-нибудь остепенится. Но это означало, что ему нужно найти такую женщину, которая приняла бы все то, что он должен о себе рассказать, прежде чем они поженятся.

До сих пор Ник так и не нашел подобной женщины, и ему приходилось мириться с то и дело появлявшимися о нем слухами. На протяжении всего прошлого года таблоиды помещали его фотографии на обложках с кричащими заголовками, называвшими его одним из самых желанных холостяков десятилетия. Его тошнило от такой дешевой популярности.

Горячие слезы жгли его глаза от мысли, что семимесячная малышка погибла вместе с родителями. Он не знал, как сможет пережить это, да и сможет ли вообще. Их с Мелиной всегда связывали особые отношения. Она была рядом в самый трудный момент его жизни. Его лицо исказилось от боли: он даже не может найти ее ребенка! Ник чувствовал себя совершенно беспомощным.

– Мы закончили осматривать этот участок, – подошел к нему Сандро.

– Тогда начнем осматривать следующий.

– Это уже сделали другие, – пробормотал Козимо.

– Плевать! Значит, мы осмотрим еще раз, более тщательно.

Братья последовали за Ником. Не прошло и пяти минут, как зазвонил его мобильный. Он посмотрел на экран.

– Леандрос? – взял трубку Ник. – Есть новости?

– Есть. Если ты веришь в чудеса.

– Что ты имеешь в виду? – У Ника подкосились ноги.

– Я сейчас в больнице в деревеньке Леминос со своей женой. Это в двенадцати милях к югу от вас. Приезжай сюда как можно скорее. Сегодня утром ее лучшая подруга, миссис Майерс, нашла еле живую девочку в саду при отеле.

Пальцы Ника судорожно сжали мобильный телефон.

– Я правильно тебя понял?

– Да. Представляешь, она лежала в кустах позади отеля. Они вчера ехали в Персефону, но в пути их застала непогода, ветер с ливнем были настолько сильными, что им пришлось остановиться на ночлег в Леминосе.

– Хочешь сказать, твоя жена и ее подруга…

– Могли оказаться среди жертв, – закончил за него Леандрос. – Фрэн пошла в патио, чтобы занять столик для завтрака, и услышала едва различимый плач. История просто невероятная. Ребенок в синяках и порезах. И на ней надета только порванная маечка. Они привезли ее в больницу, и Фрэн осталась с ней в отделении интенсивной терапии, пока не найдутся ее родители.

– Ты видел ее?

– Да. Ей около семи месяцев, и в ней явно просматриваются ваши фамильные черты. Она жива, но пока не пришла в себя. По словам врача, все не так плохо. Приезжай как можно скорее. Мы отведем тебя в отделение.

– Считай, мы уже в пути, Леандрос. Моя благодарность не знает границ.

– Не благодари меня. Эта девочка может и не быть твоей племянницей.

– Я верю, что это она.

Ник выключил телефон и вместе с братьями побежал через лес. По пути он вкратце пересказал им разговор с Леандросом. Они добрались до пункта проката машин. Ник побил все рекорды скорости и нарушил почти все известные правила, чтобы как можно скорее доехать до Леминоса.

Как только братья въехали в деревню, они направились к больнице, следуя дорожным указателям. Леандрос и его жена уже ждали их у входа в реанимацию. Келли была вся в слезах. Ник был глубоко тронут ее состраданием. Она, в свою очередь, представила их врачу.

– Пойдемте со мной, и вы сможете увидеть, ваша ли это девочка. Счастлив сообщить вам, – сказал доктор по пути наверх, – что полчаса назад малышка открыла глаза. Думаю, в этом заслуга миссис Майерс, которая почти все время сидела с ней. Это она услышала плач и нашла девочку прежде, чем та потеряла сознание.

Нику не терпелось увидеть ребенка, чтобы знать наверняка, Деми ли это. Но сначала нужно вымыть руки и надеть халат и маску. Ему потребовалось все его самообладание, чтобы не ворваться в палату. Если там не его племянница, это просто убьет и его, и братьев. Как они вернутся в Микены без нее?

Когда Ник облачился в халат, медсестра открыла дверь и жестом поманила его в угол палаты. Женщина, одетая в халат и маску, как и он сам, сидела рядом с инкубатором и сквозь отверстие в нем нежно гладила ребенка. Она сидела спиной к Нику, и он мог видеть лишь волосы цвета меда, стянутые на затылке шелковым шарфиком. Она пела с такой любовью, с какой это делать могла бы только родная мать.

Тронутый ее отношением к ребенку, которого она даже не знала, Ник почувствовал какое-то щемящее чувство в груди, когда подошел к инкубатору и взглянул на ребенка.

– Деми…

Братья столпились вокруг инкубатора, слезы радости катились по их щекам. Деми посмотрела на них и начала плакать, она не узнала их в масках и испугалась.

Женщина погладила ее ручку, сказала что-то тихим спокойным голосом, и малышка успокоилась. Хотя слова были английскими, девочка отреагировала на нежность, с которой они были произнесены.

Через минуту женщина отпустила руку девочки и встала. Когда она повернулась к братьям, Ник обнаружил, что смотрит ей прямо в глаза, такого удивительного фиолетово-синего цвета, какого бывают только цветы в Микенах. И эти глаза были полны слез.

– Миссис Майерс? Я Ник Анджелис, – сказал он. – А это мои братья, Сандро и Козимо. Как я понял, именно вас мы должны благодарить за то, что нашли нашу племянницу до того, как стало слишком поздно.

– Я просто оказалась первой, кто вышел в патио, – приглушенно ответила Фрэн. – Когда я услышала плач, то подумала, что это котенок. Я чуть не упала в обморок, когда увидела, что в кустах лежит ребенок. Как ее зовут?

– Демитра, но мы зовем ее Деми.

– Красивое имя. – Он услышал, как женщина сделала глубокий вдох. – Не могу выразить, как я сочувствую вашей потере, мистер Анджелис. Но я рада, что вы нашли дочь ваших сестры и зятя. Она самый прекрасный ребенок из всех, кого я видела, – произнесла она дрожащим голосом. – Уверена, если вы снимете маску, она вас узнает.

– Кажется, вас в маске Деми не боится.

– Это все потому, что я говорила с ней с тех пор как ее привезли сюда. – Фрэн была рада, что на ней была маска, скрывшая румянец, заливший ее щеки. – Я не могла допустить, чтобы она осталась совсем одна. Детям нужна мама. А она была очень напугана.

Не каждая женщина имеет такой сильный материнский инстинкт, и Ник предположил, что у миссис Майерс есть собственные дети, поскольку она замужняя женщина.

– Леандрос сказал мне, что вы здесь проводите свой отпуск. И я ценю вашу бескорыстную заботу о Деми больше, чем вы можете себе представить. Ради нее наши родители смогут продолжать жить дальше.

– Это правда, – согласились его братья, прежде чем высказать свою благодарность.

– Я надеюсь, вы понимаете, что наша семья в неоплатном долгу перед вами?

Молодая женщина покачала головой:

– Какую еще награду можно желать, кроме воссоединения этой маленькой девочки со своей семьей? У всех вас очень похожие глаза, сразу видно, что она принадлежит семье Анджелис. Правда, насчет ртов и носов я пока ничего не могу сказать, – хрипло добавила она.

Несмотря на все ужасы минувших суток, ее замечание заставило Ника улыбнуться. До тех пор пока он не вошел в палату и не увидел, с какой нежностью эта женщина заботится о дочери Мелины, он думал, что у него больше никогда не будет причины для улыбки.

Фрэн немного отступила назад:

– Что ж, джентльмены, я оставлю вас наедине с племянницей. Когда вы заговорите с ней, она точно узнает вас по голосам.