Ребекка Стед – Библиотека кота Мортимера (страница 8)
Но она ничего не сказала, только взяла рваную книгу вместе с другими и отметила: «Просрочек нет». Мальчик бросил на нее взгляд, полный чего-то – изумления? благодарности? – и юркнул в глубину читального зала, за стеллажи. Я стояла в оцепенении. Иногда я забывала, что миссис Скоггин вообще-то очень добрая. Несмотря на Замечания. И Напоминания. Я опять подумала, что такими бывают матери, и мне вдруг очень захотелось вытереть все плафоны на балконе. Просто сделать ей приятное.
Вечером, закрыв читальный зал, я обнаружила ее за рабочим столом в подвале. Она аккуратно подклеивала переплет разорванной книги.
– Любому ясно, что мальчишка не сам ее порвал, – сказала она. – Видимо, напали школьные хулиганы. Ну что ты встала разинув рот? Тебе нечем заняться?
Я взяла себя в руки и сказала:
– Миссис Скоггин, я убрала на балконе.
Она кивнула.
– Надеюсь, и про плафоны не забыла?
Я заверила ее, что не забыла.
Однако я отвлеклась – а ведь хотела рассказать про наш книжный клуб! Его члены были Великими Читателями, и мы очень любили делиться впечатлениями о книгах, обсуждать уже прочитанное и гадать, что будет по сюжету дальше. У этих ребят было особое отношение к книгам – вот почему я назвала их Великими Читателями. Великий Читатель – не всегда тот, кто одолел мудреные длинные книги. И даже не всегда тот, кто прочел больше всех.
Великий Читатель – тот, кого книги трогают до глубины души.
Для книжного клуба я отгородила специальный уголок в читальном зале. Там лежал коврик, а вокруг него я ставила тележки с книгами, чтобы получились стены. Дверь всегда была открыта, хоть на самом деле это была и не дверь, а просто просвет между двумя тележками.
Но главное в том, что на заседание клуба мог прийти кто угодно. Постоянные члены вешали приглашения на большой доске у входа в библиотеку, и в школе, и в фойе городского совета, и даже на парковке у магазина. «Добро пожаловать!» – было написано на листках.
Каждую среду я надеялась, что тот мальчик присоединится к нашей группе, но надежды не оправдывались. Вместо того чтобы зайти в наш уголок, он садился за длинный стол в читальном зале – всегда на стул, который стоял ближе всего к коврику, но спиной к нам. Приходил он задолго до начала встречи – как будто случайно оказался здесь именно в среду. Но я знала, что это не случайность.
Наверное, все знают, что в библиотеке надо соблюдать тишину. Однако по средам это правило отменялось. Мы даже не старались понизить голос, но миссис Скоггин не делала нам замечаний. Если кто-то говорил что-нибудь смешное (мы любили пошутить), я иногда оглядывалась на мальчика. Со спины был виден краешек его щеки. Это значило, что он улыбается. Но к нам он не приходил.
Как-то раз, заметив улыбчивую щеку, я не удержалась – окликнула его по имени и сказала:
– Иди к нам, не стесняйся!
Мальчик как будто вжался в стул и обеими руками схватил стопку книг (он всегда брал их большими стопками), а потом вскочил и выбежал из зала, ни разу не оглянувшись. Я очень боялась, что в следующую среду его не будет, но он пришел. Больше я его не окликала.
Коврик в нашем углу был особым безопасным местом, где можно высказывать любые мысли. Однажды я с восторгом описала книгу, которая произвела на меня очень сильное впечатление. Но другой член клуба сказал, что уже читал ее и чуть не умер от скуки. Я выслушала его, а он меня. И никто даже не подумал обижаться.
Я не огорчаюсь, если кому-то не нравятся мои любимые книги. Внутри каждого из нас есть своя книжная полка. Вкусам необязательно совпадать. В тот день мы распрощались как обычно – сердечно и по-дружески.
Через несколько дней в библиотеку опять пришел тот мальчик. Была суббота – день возврата книг. Но он почему-то не оставил свою стопку на общем столе, а выложил прямо передо мной. Я подумала, что какой-нибудь «школьный хулиган» опять порвал ему книгу, но они все оказались целыми. Никаких рваных обложек.
И тут я заметила, что нижняя книга в его стопке была та самая, о которой я говорила в среду. Та, что мне так понравилась.
– Ой! – сказала я и подняла глаза, думая, что увижу макушку мальчика. Он всегда стоял с низко опущенной головой. Но не в этот раз. Теперь наши взгляды встретились.
Он прикрыл книгу рукой, растопырив пальцы, и объявил:
– Она не скучная.
И вдруг, неизвестно почему, на глаза мне навернулись слезы. Я постаралась не моргать.
Несколько секунд мы глядели друг на друга. Его рука все еще прикрывала книгу, словно пытаясь защитить.
Потом он отвернулся и быстро вышел.
С того дня мальчик иногда сдавал книги мне. И я знала: в стопке есть какая-то особенная книга, которая много для него значит. Еще я знала, что, когда доберусь до этой книги, он просто накроет ее ладонью и на миг заглянет мне в глаза.
Не все Великие Читатели хотят быть членами клуба. Есть много способов поговорить о книгах – иногда даже без слов.
Глава 14. Мортимер
В первый же день несколько человек принесли по книге, а то и по две, и втиснули их в библиотечный шкафчик. К одной обложке был приклеен листок с надписью: «Моя САМАЯ любимая книга в пятом классе!» Уже через несколько минут эту книжку взял почитать какой-то четвероклассник.
Мортимер был ужасно рад – и чем дальше, тем больше.
Первый
Ящик принес мистер Григорян, хозяин продуктового магазина. Сперва он попытался затолкать все свои книги в шкафчик, но понял, что места не хватит. Тогда мистер Григорян решил поставить ящик на землю под шкафом.
Прямо там, где ночевал Мортимер. Кот смерил его недовольным взглядом.
– Вижу, ты одобряешь, киса. Хорошая девочка! – сказал мистер Григорян.
«Люди!» – подумал Мортимер.
– Неплохо же, если к твоей библиотеке добавится еще один зал, верно?
Тут уж Мортимер не мог поспорить.
Мистер Григорян подумал еще немножко и аккуратно перевернул ящик набок.
– Так лучше, – пояснил он. – Дождь не намочит.
Мортимер понял, что это ящик из-под яиц. Из окна музея он не раз с интересом наблюдал, как фермеры привозят и разгружают продукты. Яйца мистеру Григоряну доставляли дважды в неделю.
Кот запрыгнул на перевернутый ящик. Сидеть на нем было удобно.
Ближе к ночи Мортимер снова услыхал мышиные голоса.
– Говорю тебе, пахнет сыром. Он должен быть где-то здесь!
В этот раз мышей было всего две: они петляли по лужайке при свете луны. Мортимер молча глядел, как они подходят все ближе.
– Ты что, не чуешь? Тут пахнет еще сильней!
Теперь Мортимер ясно видел мышат, очень похожих друг на друга. Вот только хвост у одного из них был совсем коротенький.
– А, так вот в чем дело! Хвост! – не сдержался Мортимер.
И мышата замерли прямо перед ним.
Мортимер поспешно закрыл рот, но было уже поздно. Ой. Теперь они, наверное, убегут или начнут скандалить. Кот выжидающе поглядел на мышат.
Но они ничего не сделали. Страх вынудил их застыть без движения. Или почти без движения: кот видел, как они трясутся. Прошлой ночью они казались такими храбрыми! Может, просто притворялись?
Мортимер медленно отступил на шаг, надеясь их успокоить.
– Я не… – начал он. – То есть я ничего вам не сделаю.
– Финн, – сказал один из мышат, – это же просто Ворчун.
Его тельце заметно обмякло, но Финн по-прежнему стоял навытяжку.
– Финн! – продолжал его брат. – Да очнись ты! Все хорошо. Ворчун не кусается.
Мортимер видел: второй мышонок очень старается не дрожать.
– Ха! Чуть не попались, – сказал Финн со слабой улыбкой.
Мортимер сделал еще шаг назад и негромко спросил:
– Ты оставил в клюве у ястреба свой хвост? А сам вырвался и сбежал, да?
Финн кивнул.
Мортимер поглядел на собственный хвост. «Ой-ой-ой», – подумал он.
– У нас, мышей, все по-другому, – тихонько объяснил Финн. – Мы так устроены. Можем отбросить хвост, чтобы вырваться.
Второй мышонок кивнул и поглядел на укороченный хвостик брата.