Ребекка Стед – Библиотека кота Мортимера (страница 12)

В верхней графе уже было вписано мое имя.

Глава 19. Эван

В тот вечер, когда Эван чистил зубы перед сном, зазвонил подпольный телефон. Мальчик выплюнул зубную пасту и помчался в комнату, даже не прополоскав рот.

– Я тут подумал, – заявил Рейф, – про то, что мистер О’Нил говорил в автобусе. И кое-что посмотрел про пожар в библиотеке. И знаешь что? Она сгорела в тот самый день, когда вернули все эти книги. Пятого ноября тысяча девятьсот девяносто девятого года. Ведь это последняя дата на каждой карточке, так?

– Да. А ты уверен?

– Она сгорела в тот вечер, после закрытия. Я нашел статью в интернете.

Эван вспомнил, как мистер О’Нил смотрел на него в автобусе.

– А почему начался пожар?

И почему у самого Эвана так заколотилось сердце?

– Не знаю, – стало слышно, как Рейф клацает по клавиатуре. – Тут просто сказано: «Смертельный пожар. Причина не установлена». Но в интернете про него очень мало. Я нашел только скан заметки из какой-то старой газеты. Смертельный пожар. Звучит почти как название детектива, да? Как у Х. Г. Хиггинса!

Это и правда было как в книжке.

Эван схватил блокнот, лежавший рядом с кроватью, пролистал до набросков детектива и поглядел на слова «ПРЕСТУПЛЕНИЕ», «ЖЕРТВА» и «ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ».

Возможно, преступление все-таки было.

– Эй, – сказал в трубке Рейф, – ты еще здесь?

– Я перезвоню!

Эван вытащил из рюкзака книгу про детективные романы и нашел старый фотоснимок – «полароид» (он служил закладкой).

Мама была права: фотография напоминала очень неудачное селфи. Можно было разглядеть краешек чьих-то очков, половину карего глаза, а на заднем плане – городскую улицу.

Теперь Эван понял, почему не сразу узнал родной Мартинвилл: на фото было одно лишнее здание. Библиотека.

Снимок лежал в книге, а книгу вернули в библиотеку в тот самый день, когда она сгорела. Вернул Х. Г. Хиггинс. Задолго до того, как стал знаменитым писателем.

Фотография – это улика. Да, точно! Интересно, кто на ней? Сам Х. Г. Хиггинс?

В день пожара?

Эван постарался заснуть, но куда там! Он снова включил свет и взял книжку про детективные романы. Мальчик дошел до главы под названием «Прочие персонажи». Звучало оно совсем нестрашно и даже скучновато. Может, от этой главы захочется спать?

Прочие персонажи, как объяснял автор книги, – это все, с кем взаимодействует главный герой, когда ищет преступника. Родственники и друзья сыщика – тоже персонажи, как и люди, которые живут и работают в его городе. Мама – персонаж, понял Эван. И мистер О’Нил. И конечно же, Рейф с другими ребятами из их класса. От этого у мальчика потеплело на душе. Тайна касалась не только его, но и всего Мартинвилла.

Потом Эван дошел до слов: «Помните! Среди персонажей должен быть и преступник, но его преступная сущность раскроется лишь в самом конце».

Он захлопнул книгу.

А вдруг пожар в библиотеке устроил кто-то из его знакомых?

Нет. Это просто не может быть житель Мартинвилла.

Эван не мог себе такого представить.

Но вот Х. Г. Хиггинс (или человек, который так себя называл) был в библиотеке перед «смертельным пожаром». Он вернул эту самую книгу в тот день, когда библиотека сгорела. И больше никогда не появлялся в их городе.

Эван снова вгляделся в старый фотоснимок. Он чувствовал себя самым настоящим героем самой настоящей детективной истории.

Х. Г. Хиггинс – подозреваемый номер один. Так решил Эван.

Завтра нужно будет поискать новые улики.

Глава 20. Эл

Вскоре после того, как мы с молчаливым пареньком основали свой тайный книжный клуб, нам пришлось спасать мышонка.

Вы, конечно, знаете, что мыши иногда заходят в дома, где тепло, есть еда и можно спрятаться от хищников. Миссис Скоггин их не выносила. Она говорила, что животные могут находиться в библиотеке «разве что на страницах книг». Исключение она делала только для серо-белой кошки, которая помогала избавиться от главных врагов – мышей. Эта самая кошка родила нашего милого котика. Сначала миссис Скоггин была очень недовольна, но потом, конечно, растаяла.

Как я уже говорила, тот молчаливый паренек был Великим Читателем. Он читал очень много, но, что еще важней, принимал книги близко к сердцу. Однажды ему попалась история про мышат. После этого он перестал считать мышей врагами. Он относился к ним, как другие относятся к собакам или лошадям: видел в них меньших братьев человека. Вот почему мы с этим пареньком устроили операцию «Мышь» (так он назвал наш спасательный поход).

Как-то раз он прибежал ко мне в неподдельной панике. Отказавшись что-либо объяснять, он повел меня в лабиринт стеллажей. В одном месте он остановился как вкопанный и указал рукой вниз.

Деревянный пол немного просел под нижней полкой стеллажа, и между ними образовалась щель. У этой щели сидела наша кошка. Она замерла в охотничьей позе, по-тигриному щуря глаза.

Кошка была отличной охотницей.

Прежде всего мы заперли кошку в подвальном кабинете (запирала я, а мальчик смотрел, не идет ли миссис Скоггин). Потом мы вернулись к мышиной норе. Все было тихо.

– Надо подождать, – шепнул мальчик.

Мы подождали.

Через некоторое время из щели появилась крошечная мордочка с черным носом, усами, глазами-бусинками и смешными ушками. Мальчик вытянул руку, и мышонок засеменил к нему. Цветом он напоминал коричневое яйцо.

– Ты что, его подкармливал? – шепотом спросила я. Узнай об этом миссис Скоггин – и ему больше никогда не будет хода в библиотеку! – Она тебя не простит.

Мальчик объяснил, что не мог поступить иначе. Он привязался к мышонку, а мышонок ему доверял – как в той самой книжке, где мыши подружились с кротом.

– Надо его спасти! – сказал он. – Кошка будет приходить сюда, пока его не поймает.

Я колебалась.

– Как в книжке! – повторил он.

– В жизни не всегда бывает как в книжке, – сказала я. – Нельзя, чтобы в библиотеке жили мыши.

– Значит, его надо куда-то переселить! – воскликнул мальчик.

Я покачала головой. Но отказать ему было невозможно.

Вот почему на следующий день я потратила восемнадцать долларов из зарплаты на клетку, пакет деревянных опилок и бутылочку воды. Все это лежало в большой сумке у меня под столом, пока миссис Скоггин не ушла в подвальный кабинет – разбирать возвращенные книги. Мы с мальчиком не стали терять время.

Мальчик принес кусочек сыра и кляксу арахисового масла в полиэтиленовом пакете. Мышонок не смог устоять перед этим пиршеством.

– И что же ты скажешь отцу? – спросила я, когда мы заперли за мышонком дверцу клетки.

– А что мне ему говорить? – лицо у мальчика сияло от двойной радости: победы и облегчения.

– Ну как же, – я указала на мышонка, с аппетитом поедавшего лакомства. – Ведь тебе придется объяснить, откуда он взялся.

Парнишка озадаченно поглядел на меня. Похоже, он думал, что я заберу мышонка себе.

– У нас две собаки, – объяснил он. – Мышке там будет плохо.

И мышонок всю свою жизнь провел в моей маленькой квартирке над пекарней. Я назвала его Эгги.

Через неделю после операции «Мышь» на моем рабочем столе откуда-то появился мятый бумажный пакет, перевязанный обрывком зеленой ленты. В пакете был маленький вырезанный из дерева мышонок. Вместо глаз у него были шляпки двух гвоздиков, а сзади был приклеен тонкий кожаный шнурок – хвост. Я держала его в руках и понимала, что мне подарили сокровище. На столе миссис Скоггин за годы работы набралось много таких сокровищ, гордо выставленных на обозрение. Но у меня оно было первым. Милый молчун!

Милый, милый молчун.

Глава 21. Эван

В четверг утром Рейф снова стоял на углу своей улицы. В руке у него был флакончик спрея от насекомых.

– Заправь штанины в носки! – крикнул он Эвану. – В траве могут быть клещи!

– Тсс!