Ребекка Роанхорс – След молнии (страница 42)
Но, к моему удивлению, Кай смотрит на меня и сам с трудом подбирает слова:
– Ты выглядишь…
– Как горячая наемная убийца? Как бомбически сексуальная телохранительница? – предлагает варианты стоящий сзади Клайв.
– Перестань ему подсказывать, – бормочу я и вновь одергиваю то, что заменило мне рубашку.
Кай не сводит с меня глаз, и я начинаю неловко переступать на месте, чувствуя, как приливает к щекам жар.
– Опасно, – говорит наконец Кай. – В смысле, ты выглядишь опасно.
Я выдыхаю и хлопаю в ладоши.
– Отлично. Ты тоже ничего. Шик-блеск, все такое. Выглядишь по-царски.
Он тихо хихикает.
Я понимаю, что сболтнула какую-то чушь, но его глаза по-прежнему горят огнем.
– Теперь, когда комплименты закончились, мы можем идти? – спрашиваю я, направляясь к двери. – Ты забрал кольца Ма’йи?
Ма’йи сам настоял, чтобы мы взяли их с собой – чисто на всякий случай, если вдруг почувствуем необходимость немедленно отправиться в Каньон-де-Шей. Кай согласился их нести, поэтому я не стала спорить.
Кай хлопает по небольшому мешочку, привязанному к поясу.
– Пришлось лишиться сумки Койота, но взамен Грейс дала мне мешок и одежду. А также побрякушки. Стоило всего лишь пообещать душу в качестве оплаты.
– Ты дешево отделался, – бормочу я. – С меня она взяла кофе.
Койот ждет нас у подножия лестницы. Он поворачивается на звук открываемой двери и удивленно открывает рот. В этот раз пройдоха искренне теряет дар речи. Я спускаюсь по лестнице первой.
– Ну и как это работает?
– Воистину, ты создание, рожденное для насилия, – бормочет Ма’йи, окидывая взглядом мой убийственный шик. – Как тебя называл Нейзгани?
Я тыкаю в него указательным пальцем и говорю с угрозой:
– Лучше не начинай.
Он поднимает руки с невинным видом.
Мы встаем на площадке между трейлером, баром и гаражами. Кай, я и Ма’йи между нами. Рисса присоединяется к Клайву на крыльце, и даже Грейс выходит из задней двери бара, чтобы взглянуть на шоу. Бар открылся четверть часа назад, и несколько подошедших к этому времени посетителей собрались у двери за ее спиной.
– Сколько зрителей, – ворчу я. – Круто.
– Люди любят зрелища, – журит меня Койот. – На самом деле вы двое сегодня просто роскошны! Я и не знал, что ты способна на такое великолепие, Магдалена. Все оружие сидит на тебе как влитое.
Я вздыхаю и натягиваю чертовы ремни, впившиеся мне в спину.
– Спасибо, Ма’йи. Это именно то, что мечтает услышать каждая девушка.
Койот протягивает нам руки – одну мне, другую Каю.
Я хмурюсь.
– Нам обязательно держаться за руки?
– Возможно, нет, – признается он, – но позвольте старому Койоту насладиться сегодня кратким мигом прикосновения к молодой плоти – пусть даже в виде рукопожатия.
Крепко сжав руку Койота, Кай наклоняется ко мне и шепчет:
– Скажи спасибо, что он не заставил нас обниматься.
В его словах есть резон.
– Готовы, детки?
Я беру пройдоху за руку, смотрю на Кая, и, несмотря на горести последних дней, на моем лице появляется улыбка.
– Всегда хотела это сделать, – признаюсь я.
В следующий миг мои ноздри наполняются запахом озона, и мир вспыхивает пламенем.
Не проходит и секунды, как молния бьет в Тсэ-Бонито, и вот мы стоим втроем – убийца монстров, принц
Я откидываю волосы с лица и смотрю на здание, возвышающееся перед нами. Это какой-то заброшенный мотель. Перед ним – широкая парковка, покрытая растрескавшимся асфальтом и перекати-полем. Рядом – подъездная дорога, упирающаяся в стеклянные двойные двери, за которыми располагаются стойка регистрации и сувенирный магазин. Ну или располагались когда-то. Теперь двери заколочены досками, а внутри темнота, кажущаяся немного зловещей. Наружная вывеска с помощью винтажного шрифта 1950-х годов сообщает нам, что это место называется «Шалимар». Вероятно, именно тогда же здесь останавливался последний гость.
– И что теперь? – спрашиваю я.
Кай смотрит на здание с непроницаемым лицом.
– Зайдем внутрь.
– Но здесь ничего нет. Здание заброшено.
– Только до захода солнца, – поправляет меня Ма’йи. – И только для тех, кто не знает, как правильно смотреть.
– Ты зайдешь? – спрашиваю я у него.
– Я уже заходил сегодня, – отвечает он, взбивая когтями голубой шейный платок цвета яиц дрозда. – Ту, которая вам нужна, зовут Мосы[72]. У нее найдется то, что вы ищете. – Он смотрит на свои карманные часы.
– Спасибо, Ма’йи, – говорю я.
Несмотря на все наши ссоры, я не могу не признать, что он выполняет свою часть сделки.
– О, не благодари преждевременно, – предупреждает он с улыбкой. – Прежде чем все закончится, ты вполне можешь меня проклясть. Вам пора… – Он машет рукой в сторону здания.
Я поворачиваюсь в сторону входной двери, но Кай кладет руку мне на плечо.
– Погоди, – шепчет он, провожая глазами Койота.
Несколько секунд мы стоим и смотрим, как он идет по пустынной улице Тсэ-Бонито, размахивая тростью.
Кай ждет до тех пор, пока Ма’йи не исчезнет окончательно, после чего лезет под рубашку и вытаскивает оттуда маленький желтый мешочек, привязанный кожаной веревочкой к шее. Он открывает его и достает пакетик с чем-то похожим на мелкий желтоватый песочек и небольшую емкость с серебристой мазью.
– Почему ты не хотел, чтобы Ма’йи увидел твою аптечку?
– Это то, о чем ему лучше не знать.
Я удивлена, что он беспокоится об осведомленности Ма’йи, но не могу с ним не согласиться. Да, сейчас Ма’йи помогает, но только ради собственных целей. И ему по-прежнему опасно доверять.
Вначале Кай открывает мешочек с желтым песком.
– Возьми, – говорит он и протягивает его мне. – Оближи мизинец, окуни его в мешочек, затем возьми мизинец в рот. – Он вздыхает, увидев подозрительность в моем взгляде. – Обещаю, он не причинит тебе вреда.
Я выполняю то, о чем он просит. Вкус у вещества острый и неприятный.
– Что это?
– Горький Корень. Спасает от дурных снадобий и сглаза. Но бесполезен против кулака или пистолета. – Он многозначительно смотрит на меня. – Любая опасность здесь на более тонком уровне. Мосы – это
Я беру маленькую баночку.
– Что, опять макияж? А я думала, что уже достаточно накрасилась.
Он одаривает меня легкой улыбкой.
– Вокруг моих глаз именно эта мазь.