Ребекка Кэмпбелл – Как натаскать вашу собаку по экономике и разложить по полочкам основные идеи и понятия науки о рынках (страница 43)

В общем, контрциклическую политику нужно использовать по инструкции. А еще в плохие времена очень важно не обременять себя слишком большим долгом.

– Звучит разумно.

– Кроме того, для эффективного фискального стимулирования нужно убедиться, что страна действительно в кризисе. Если свободных мощностей нет – люди ищут работу, фабрики расширяются, – то государственные расходы неизбежно подстегнут инфляцию.

Еще одна трудность – для фискального стимулирования требуется время. Политики должны сначала принять решение, а затем найти подходящие проекты, на которые можно потратить деньги. За это время рецессия может уже миновать. Когда грянула пандемия COVID-19, все согласились с тем, что обстоятельства чрезвычайные, поэтому решение о налогово-бюджетном стимулировании было принято в рекордно короткие сроки. Как правило, снижение налогов происходит гораздо быстрее, но, как мы уже говорили, люди могут откладывать деньги, а не тратить их, что противоречит цели.

Ну, Монти, с фискальной политикой мы закончили. А вот и груминг-салон. Сейчас тебе наведут красоту.

– Хорошо, только скажи им, чтобы никаких бантиков. Бантики под запретом.

– Как пожелаешь.

Часть вторая

Депрессии, рецессии и чем могут помочь правительства: денежно-кредитная политика

Пока Монти делал прическу и маникюр, я пошла за покупками. А когда вернулась, мой пес уже походил на танцовщицу кабаре или, может, на любовницу олигарха, с уложенной феном шерстью и конечно же бантом. Розовым. Я ожидала увидеть ярость на его мордочке, однако он держался на удивление спокойно. Либо принял успокоительное, либо не смотрелся в зеркало. Я решила ничего не говорить.

– Как думаешь, кто самый важный человек в мире? – спросила я, когда мы шли домой.

– Ты, конечно.

– Ты мне льстишь, Монти. Почти все наверняка ответили бы, что наибольшей властью обладают премьер-министры или президенты. И лишь немногие назовут Джерома Пауэлла, Эндрю Бейли или Кристин Лагард.

– Никогда о них не слышал.

– Именно эти люди решают, насколько легко тебе найти работу, насколько дорогой будет твоя ипотека, насколько сложно тебе взять кредит на машину. Все они возглавляют центральные банки и отвечают за денежно-кредитную политику, то есть за второй рычаг воздействия на экономику. Самый простой для понимания элемент денежно-кредитной политики – процентная ставка (но мы разберемся и с другими, более сложными элементами). Если центральные банки видят, что экономика движется к рецессии, они снижают процентные ставки. Если они хотят ослабить экономику, то повышают процентные ставки. Процентные ставки – это цена, которую мы платим, чтобы взять деньги в долг. Чем выше ставка, тем дороже кредит. Когда брать кредиты становится дешевле или дороже, предприятия и домохозяйства соответственно корректируют свои расходы. В отличие от фискальной политики – для нее нужно найти подходящие проекты, на которые можно потратить деньги, – денежно-кредитную политику можно ввести быстрее, чем ты проглотишь сосиску.

– Сосиску? Какую сосиску?

– Извини, сосиска снова метафорическая.

– Жаль. В любом случае, что такое центральный банк?

– В большинстве развитых стран пришли к выводу, что денежно-кредитная политика должна быть независимой от политического вмешательства. В этом и заключается задача центрального банка. В США есть Федеральная резервная система. В Европе – Европейский центральный банк. В Великобритании – Банк Англии. Центральные банки обычно выполняют две задачи. Во-первых, поддерживают финансовую стабильность. Они регулируют работу финансовой системы, чтобы мы могли оплачивать покупки и переводить деньги. Также они следят за крупными банками и действуют как кредитор последней инстанции. Но я хочу поговорить о методах, которые центральные банки используют для контроля инфляции.

– И как же они совершают такое чудо?

– Методы различаются в зависимости от страны, хотя основные принципы схожи. Центральные банки решают, сколько денег оставить в обращении и сколько будет стоить взять денег в долг (процентная ставка).

– Допустим. И это контролирует инфляцию?

– Да. Если безответственное правительство приказало своему центральному банку напечатать огромные суммы денег и получилось слишком много денег при нехватке товаров, случится то же, что в Германии в 1920-х годах или в Венесуэле совсем недавно. Следовательно, центральный банк должен управлять денежной массой при сохранении низкого и стабильного уровня инфляции[123].

– Так, денежная масса, денежная масса… Понятие смутно знакомое, но не могу ухватить мысль.

– Денежная масса – просто общая сумма денег, находящихся в обращении в экономике. Сюда входят, конечно, все банкноты и монеты, а также все депозиты в банках, доступные для расходования. В конечном счете количество денег, созданных в экономике, зависит от политики центральных банков.

– Теперь мы знаем, что делают центральные банки. Осталось понять как.

– У Банка Англии есть два рычага влияния. Во-первых, он устанавливает процентную ставку, по которой другие банки берут у него деньги в долг. Во-вторых, он может покупать облигации, чтобы снизить процентную ставку по вкладам и кредитам с помощью количественного смягчения[124]. Начнем с первого пункта – с ним проще разобраться.

Банковской ставкой называется процентная ставка, которую Банк Англии выплачивает по резервам центрального банка, хранящимся в коммерческих банках. Это самая важная процентная ставка в Великобритании. Ее также называют базовой ставкой Банка Англии или даже просто процентной ставкой. Она влияет на ставку, по которой банки готовы кредитовать друг друга на денежных рынках. Каждый день люди переправляют деньги с одного счета на другой. В конце каждого дня банки подсчитывают притоки и оттоки относительно друг друга. У кого-то может быть дефицит, у кого-то избыток. Как правило, они берут деньги взаймы друг у друга на ночь, чтобы прийти к балансу. Когда банки могут брать деньги у центрального банка и друг у друга по более низким процентным ставкам, они, в свою очередь, могут по более низким ставкам кредитовать своих клиентов – людей и предприятия. При низких процентных ставках становится больше людей, желающих и способных брать деньги в долг. И чем больше банки выдают кредитов, тем больше денег находится в обращении[125].

– Давай убедимся, что я правильно понял. Если Банк Англии устанавливает низкие процентные ставки, брать деньги взаймы дешевле, поэтому коммерческие банки будут давать больше кредитов, увеличивая денежную массу, и это хорошо, так как мы все будем тратить больше и состояние экономики улучшится. Верно?

– В теории. После финансового кризиса 2007 года центральные банки продолжали снижать процентную ставку, пока она не приблизилась к нулю, а восстановления экономики так и не добились. Тогда они начали экспериментировать, и в результате пришли к так называемому количественному смягчению. Количественное смягчение – это когда центральный банк создает электронные деньги (на самом деле их не печатают, банк просто вводит числа в электронную таблицу) и использует их для покупки активов (в основном государственных облигаций) у коммерческих и других крупных банков, а также финансовых институтов. Центральный банк получает актив, а у другого банка становится больше наличных денег, которые он может использовать и ссужать предприятиям. В идеале эта мера дает толчок к росту экономики.

Давай разберемся с терминологией. Когда говорят о количественном смягчении, его часто называют покупкой активов или расширением баланса. Бен Бернанке (который был председателем Федеральной резервной системы, центрального банка США) назвал это кредитным смягчением.

– Зачем столько названий? Чтобы специально всех запутать?

– Циник скажет, что так и есть. Деньги напрямую связаны с доверием. А печатание денег считается последним прибежищем несостоятельных государств и банановых республик. Если центральный банк объявит, что печатает деньги в большом количестве, люди начинают терять доверие к валюте. Тем не менее решение можно обосновать…

– Постой, ты же сама твердила, что печатать деньги – ужасная затея.

– Как часто бывает, нужна золотая середина. Количественная теория денег говорит: если напечатать больше денег, в долгосрочной перспективе цены вырастут, поскольку денег много, а товаров мало. А если экономика становится более продуктивной, то есть производится больше товаров с теми же затратами, то, вероятно, желателен рост денежной массы. Когда власти хотят нулевой инфляции, они стремятся увеличить предложение денег в точности пропорционально росту экономики. Если они хотят низкой инфляции, то добиваются того, чтобы денежная масса росла чуть быстрее, чем производство[126]. И в краткосрочной перспективе увеличение денежной массы может стимулировать экономику, когда есть опасность рецессии или депрессии. Пока денег не становится слишком много.

– Как-то все это… абстрактно. Насколько эффективно количественное смягчение на самом деле?

– Спорный вопрос. Несомненно, после финансового кризиса, когда все опасались, что мы находимся на грани ужасного экономического краха, количественное смягчение остановило панику. Оно оказалось лучше, чем бездействие, и помогло избежать новой Великой депрессии. А вот страх сильной инфляции тогда не оправдался. Люди не бросились сметать с магазинных полок все подряд. Но те, кто мог, покупали активы вроде акций и домов. Растущие цены на активы не отражаются в индексе потребительских цен, поэтому инфляция остается низкой.