Ребекка Карвальо – Соль и сахар (страница 18)

– Нет. Иди скрепи страницы. Твоя бабушка держала в кабинете степлер.

Она ждет, пока я встану и, волоча ноги, обойду стойку и войду в старый бабушкин кабинет.

– Мама? – окликаю я, просматривая вещи на столе. – Где он?

– На столе! – отзывается мама из пекарни.

Стол завален кулинарными книгами. Здесь нет степлера. Но я не хочу торопить события и говорить маме, что не смогла его найти. Она просто войдет сюда и своей материнской магией обнаружит, что он лежит на самом видном месте. У меня будет еще больше неприятностей.

Я плюхаюсь в офисное кресло. В воздухе витает едва уловимый аромат цитрусовых, розы и… томатов. Я улыбаюсь про себя, вспоминая о том, как от бабушки иногда пахло томатным соусом после долгого дня на кухне.

– Нашла? – кричит снаружи мама, пугая меня.

– Ищу!

Я в спешке открываю ящик стола, и оттуда, как чертик из табакерки, вываливается тонна счетов. Когда я протягиваю руку, чтобы поднять их с пола, я понимаю, что один из них – уведомление об отключении. Электроэнергетическая компания угрожает отключить нам электричество, если мы не заплатим до конца июня.

– Степлер на… – начинает мама, ее голос звучит гораздо ближе, чем раньше.

Я не успеваю спрятать счета. Мама подходит ко мне и спокойно их собирает, а затем запихивает обратно в ящик.

– Мам, у нас все в порядке? Эти счета. И уведомление об отключении.

Она на меня не смотрит.

– Ничего. Это просто счета.

– Да, но их так много.

– Долги – обычное дело, когда управляешь пекарней.

– Я знаю.

Мама смотрит на меня, сжав челюсти.

– Так что тебе не о чем беспокоиться.

И тут я замечаю.

«Сделки-Сделки». Визитная карточка «Сделок». Я тянусь за ней, но мама хватает ее раньше меня. Она засовывает ее в карман, пытаясь притвориться, что это совсем не странно.

– Зачем ты ее сохранила? – спрашиваю я. – Мы же не рассматриваем возможность продажи «Соли»?

– Это просто визитная карточка, – говорит она, но я понимаю, что она не ответила на мой вопрос. Мама хватает степлер с картотечного шкафа и вкладывает его мне в руку. – А теперь хватит валять дурака, иди заканчивай домашнюю работу.

Мама так усердно работает, чтобы кухня «Соли» была безупречно чистой для осмотра доньей Фернандой, готовит образцы пирогов и закусок, и я задаюсь вопросом, не важнее ли этот заказ, чем кажется.

Иначе зачем бы ей наступать «Сахару» на пятки, чтобы получить работу?

Это не просто вопрос очищения репутации «Соли», не так ли? Если это также наш единственный шанс оплатить все эти счета, мама сделает все возможное, чтобы спасти пекарню. Но что произойдет, если мы не сможем получить эту работу? Если мы не сможем оплатить эти счета?

Просто визитная карточка, сказала она.

И я хочу ей верить, но не могу избавиться от ощущения, что «Сделки-Сделки» дышат нам в затылок, готовые наброситься, едва мы окажемся загнанными в угол.

19

ЧЕТВЕРГ, 5 МАЯ

В четверг мы собираемся в клубе на экстренное заседание. В прошлый раз Педро был таким придурком, но сколько бы я ни смотрела на него, он никогда не извинится за то, что так со мной обошелся. Особенно сейчас, когда мама пытается выиграть кейтеринговый заказ на день рождения, который «Сахар» уже забронировал.

– Крахмал, пармезан, вода, растительное масло, молоко, яйца… и соль, конечно. – Он зачитывает вслух ингредиенты, которые нам сегодня понадобятся. – Сегодня мы готовим пау де кейжу[52] и фасуем свежие фрукты.

Эти сырные хлебцы всегда были любимым лакомством в «Соли» – они хорошо сочетаются с горячим шоколадным кофе. В детстве я часто задерживалась на кухне, наблюдая, как бабушка скатывает тесто в маленькие шарики. Оказавшись в духовке, они наполняли всю пекарню сильным сырным ароматом, который привлекал покупателей со всего Альто-да-Се.

Странно слышать, как Педро сейчас зачитывает ингредиенты. Интересно, он выбрал этот рецепт, чтобы подшутить надо мной? «Сахар» не продает пау де кейжу. В нашем районе это эксклюзивный рецепт «Соли». Однако он хорошо скрывает свои истинные намерения, читая рецепт, как любой другой.

– Почему мы не можем испечь хлебцы в понедельник? – шепчу я Виктору.

Он наклоняется, чтобы ответить:

– Кто-то связался с Педро в последнюю минуту, попросил помочь с мероприятием сегодня днем. Поэтому мы посылаем им это.

– Заканчивайте трепаться и приступайте к работе. – Педро свирепо смотрит на нас с Виктором, как будто Пэ-Эс и Синтия не стоят прямо у него за спиной, болтая о будущем «Звездных войн». – Все приступайте к работе. Я займусь инвентаризацией, потому что сегодня днем приедет поставщик овощей.

Он исчезает в кладовой.

– Удачи, – шепчет мне Виктор, прежде чем присоединиться к Синтии на одном конце прилавка, чтобы начать собирать фруктовую смесь. Я бросаю на них задумчивый взгляд. Нарезать кубиками фрукты кажется проще, чем печь пау де кейжу …

Пэ-Эс тянет меня за рукав, чтобы я присоединилась к нему у плиты.

– В прошлый понедельник мы спешили, – говорит он, ставя передо мной большую кастрюлю. – Но сегодня я буду тренировать тебя лично. Считай это большой честью.

– Я так сожалею о том беспорядке… еще раз.

Мне все еще стыдно за катастрофу с бригадейро. Пэ-Эс делает жест рукой, как будто все это в прошлом.

– Бывает.

– Он будет унижать меня каждый раз, когда такое будет случаться? – Я киваю в сторону кладовой.

Пэ-Эс хихикает.

– Да. Но не бери близко к сердцу. Он просто пытается убедиться, что мы на кухне в безопасности. Директор Оливейра возлагает на него большую ответственность за то, что он – президент клуба и профессиональный пекарь, понимаешь? Так мы получаем возможность работать без присмотра учителя. – Затем он одними губами произносит: – Слава богу!

Я не думала об этом с такой точки зрения. Как бы Педро меня ни раздражал, я вынуждена признать: то, как строго он следит за соблюдением правил безопасности, имеет смысл.

– А теперь забудь о понедельнике. Сегодня новый день! – подытоживает Пэ-Эс, включая музыку на телефоне. Кухню наполняют первые аккорды «Anunciação»[53] Альсеу Валенсы[54] – песни, которую бабушка пела вслух каждый раз, когда ее слышала. Тексты песен несут в себе столько надежд и обещаний, что помогают задать тон послеобеденной выпечке.

Пэ-Эс протягивает мне рецепт, который Педро оставил на прилавке.

– Ты приспособишься быстрее, чем думаешь. Доверься мне, – говорит он. – Можешь достать бутылку масла? А я пока принесу в кафетерий пакеты с молоком.

– Где находится масло? – спрашиваю я.

– В кладовой, – игриво подмигивает Пэ-Эс.

В кладовой? Но именно там находится Педро!

Пэ-Эс уходит прежде, чем я успеваю попросить его поменяться со мной задачами.

Я делаю глубокий вдох. Просто не обращай внимания на Педро. Если он что-нибудь скажет, игнорируй, игнорируй, игнорируй. Вот моя сегодняшняя мантра.

Я осторожно захожу в узкую комнату в задней части кухни, заполненную консервами, продуктами и пакетами с мясом и крупами. Педро возится у дальней стены, высокий силуэт в полумраке освещен только светом, льющимся из кухни. Он занят, косится на полки и что-то записывает в блокнот, так что, возможно, он даже не обратит на меня внимания.

У меня желудок немного скручивает от нервов.

Я тянусь к выключателю, но подвесной светильник не включается.

– Лампочка перегорела, – меланхолично сообщает Педро, но, подняв взгляд от своего блокнота и сообразив, что это я, быстро разворачивается и присаживается, чтобы начать инвентаризацию нижней полки.

Я пытаюсь найти в полумраке бутылку масла, но не знаю, где что находится. Я трачу слишком много времени, случайно сбрасывая предметы с полок во время поиска.

– Что тебе нужно? – немного раздраженно интересуется он.

– Растительное масло.

Он неохотно указывает ручкой на место у себя за плечом.