Райнер Рильке – Книги стихов (страница 149)

Мягко отвыкли они от земного, как дети

От груди материнской. Но мы поневоле

Ищем тайн, ибо скорбь в сочетании с ними

Помогает расти. Как тут быть нам без мертвых?

Говорит нам сказанье, что плач о божественном Лине

Музыкой первой потряс оцепенелую глушь.

Юного полубога лишилось пространство, и в страхе

Пустота задрожала той стройною дрожью,

Которая нас утешает, влечет и целит.

Элегия вторая

Каждый ангел ужасен. И все же, горе мне! Все же

Вас я, почти смертоносные птицы души, воспеваю,

Зная о вас. Что поделаешь, Товия дни миновали,

Когда некто лучистый стоял у порога простого,

Больше не страшный в своем одеяньи дорожном.

(Юноша юношу видел, выглядывая с любопытством.)

Если б архангел теперь, там, за звездами, грозный,

К нам хотя бы на миг, спускаясь, приблизился, нашим

Собственным сердцебиеньем убиты мы были бы. Кто вы?

Рано удавшиеся, вы, баловни созидания,

Горные цепи, рассветные гребни творенья,

Пыльца расцветающего божества,

Суставы света, проходы, ступени, престолы,

Вместилища сути, ограды блаженства, стихийные взрывы

Восхищенного чувства и порознь, внезапно,

Зеркала: красота убывает, и собственным ликом

Нужно вбирать ее, чтобы восполнить утечку.

Чувствуя, мы улетучиваемся; выдыхаем

Сами себя. От вспышки до вспышки

Все слабее мы тлеем. Пусть кто-нибудь нам говорит:

Ты в крови у меня; эта комната, эта весна

Тобою полны… Что толку, ведь нас не удержишь.

В нем и вокруг него исчезаем мы непрерывно.

А тех, кто красив, удержишь ли? Проблеском неким

Их лицо вновь и вновь освещается, чтобы погаснуть.

Высыхает роса, остывает горячее блюдо,

Естество испаряется наше… Куда ты, улыбка?

Снова жарким отливом сердце задето.

Горе мне! Мы существуем еще. В мирозданьи, быть может,

Привкус наш остается? Вправду ли ангелы ловят

Только свое, только то, что они излучают,

Или порою, пускай по ошибке, наши частицы

Им достаются? Быть может, примешаны мы

К их чертам, пусть даже не больше, чем зыбкость

К лицам беременных женщин? Этого, в круговороте,

Не замечают они, себя возвращая. (Попробуй заметь!)

Ночью могли бы влюбленные, если б умели,

Несказанное высказать. Ибо, кажется, все

Нас утаивает. Неподвижны деревья; дома,

Наши жилища, устойчивы. Только мы сами

Мимо проходим под стать воздушным теченьям.

Нас все замалчивает, как будто в согласии тайном,

Отчасти стыдясь, отчасти надеясь на что-то.

О влюбленные! К вам, друг во друге удовлетворенным,

Обращаюсь я. Соприкасаетесь вы

Вплотную. Нет ли у вас доказательств?

Соприкасаются руки мои, и я погружаю в ладони

Лицо изможденное. Это дает мне немного

Ощущения. Кто бы, однако,

Полагаясь на это, осмелился существовать?

Но ведь возрастаете вы в упоеньи другого

Так, что, подавленный, вас он

Молит: «Довольно!» От прикосновений

Вы наливаетесь, как виноградные лозы;

Гибнете вы иногда лишь потому, что другой