Райли Сейгер – Пережить ночь (страница 52)

— В него стреляли, — сказала Чарли.

— В меня тоже, — заметил Робби, указывая подбородком на раненое плечо. — И у нас мало времени.

Чарли посмотрела на охваченное огнем здание. Высокие, похожие на пальцы языки пламени прорывались сквозь крышу и тянулись к небу, рождая искры, которые кружились в воздухе и падали вокруг, как пульсирующее оранжевое конфетти.

«Вольво» был припаркован прямо за «Кадиллаком» Мардж. Хотя портик, под которым стояли машины, оставался нетронутым огнем, это вряд ли спасет их, когда «Домик» рухнет. Чарли знает, что Робби прав.

Им нужно уезжать. Прямо сейчас.

Подойдя к машине, Робби прислонился к капоту.

— Ты в порядке? — спросила Чарли, хотя было вполне очевидно, что это не так.

— Я в порядке, — ответил он, протянув ей ключи. — Но тебе придется сесть за руль.

Чарли предполагала это, хотя она и сама находилась не в лучшем состоянии. От дыма у нее кружилась голова, грудь была сдавлена, пламя и водопад оглушающе грохотали, и ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок.

Тем не менее она послушно отвела Робби на пассажирское сиденье, прежде чем обогнуть «Вольво» спереди и сесть за руль. Только оказавшись на месте водителя, Чарли вдруг поняла — она не садилась за руль со дня гибели родителей.

Интерьер. «Вольво» — ночь

Четыре года.

Именно столько времени прошло с тех пор, как Чарли в последний раз сидела в автомобиле в качестве водителя.

Четыре долгих года она не поворачивала руль и не нажимала на педаль тормоза.

Это вот-вот закончится, прямо сейчас.

Должно закончиться.

Чарли неожиданно закашлялась. Резкая колющая боль в груди заставила ее согнуться пополам. Через минуту девушке стало лучше. Выкашляв последнюю струю дыма и оказавшись в машине, где было тихо и спокойно, она пришла в себя. У нее больше не кружилась голова, хотя слабость никуда не делась.

Она сможет.

Тут нечего бояться.

Вождение автомобиля — это все равно что езда на велосипеде. Так говорил ей отец. Она нередко вспоминала эти его слова и чувствовала, как они ей помогают.

Чарли включила зажигание и вздрогнула от приглушенного рева ожившего двигателя. В это же время нарастал гул в «Домике». Сидевший рядом Робби поторопит ее:

— Чарли, нам нужно убираться поскорее.

Коснувшись ногой педали газа, она нажала на нее слишком сильно. «Вольво» рванул вперед и врезался в задний бампер «Кадиллака».

Машина дернулась.

Чарли резко нажала на тормоз, включила реверс и осторожно сдала назад. Потом снова начала движение вперед. На этот раз она нажала на педаль газа с большей осторожностью. Машина покатилась медленно, что позволило Чарли миновать «Кадиллак» и выбраться из-под портика.

— Нам нужно отъехать подальше, — сказал Робби.

— Я пытаюсь.

Чарли обогнула «Домик» по круговой подъездной дорожке и направилась к извилистой грунтовке, которая вела к подножию водопада. Чарли понятия не имела, куда ехать дальше.

— Я не знаю, где мы.

Она снова нажала на тормоза, поставила машину на нейтралку и в поисках карты потянулась к бардачку. Его дверца резко распахнулась. Вывалившаяся изнутри маленькая коробочка почти приземлилась на колени Робби.

Он неловко попытался поймать ее, но ему помешала рана. В результате Чарли схватила коробочку и держала перед собой.

Это была шкатулка для драгоценностей.

Черная.

С откидной крышкой.

Достаточно большая для одного обручального кольца.

В груди Чарли стал разливаться жар. В глубине души она подозревала, что Робби может попытаться сделать ей предложение, прежде чем она уедет. Когда этого не произошло, она испытала скорее облегчение, нежели разочарование. Поглощенная чувством вины, подавленная и потерянная в своем собственном мире, она была не готова к обязательствам.

Но теперь, после долгой, ужасной ночи, Чарли задумалась, не ошибалась ли она.

— Робби, я…

— Подожди! — прокричал он.

Но взволнованная Чарли помимо своей воли уже открывала коробочку. Когда крышка поднялась, петля издала легкий скрип, и изнутри начали вываливаться предметы, похожие на игральные кости. Так показалось Чарли, когда она протянула руку, чтобы поймать их.

Игральные кости.

Три поразительно маленьких предмета цвета слоновой кости.

Она услышала, как они стукнулись друг об друга, когда упали ей на ладонь, и только тогда поняла, что это на самом деле.

Зубы.

Зуб Анджелы Данливи.

Зуб Тейлор Моррисон.

Зуб Мэдди.

— Робби, откуда у тебя это?

Она знала ответ.

Робби забрал их после убийства Анджелы.

И Тейлор.

И Мэдди.

Глядя на Робби и все еще сжимая в руке зуб мертвой подруги, Чарли чувствовала, как что-то прямо заходится у нее в груди.

Ее сердце.

На его месте теперь была пустота, внутри которой все еще отдается эхом звук последнего сердцебиения. Потом и оно исчезает, и она перестает что-либо чувствовать.

Чарли даже думала, не означает ли это, что она умирает. И разве это не было бы облегчением? Конечно, это лучше, чем терпеть подобный кошмар.

И все же она была жива. Сердцебиение еще так и не нормализовалось, но голова кружилась и острая боль в животе ощущалась так, словно ее внутренности пытались прогрызть себе путь наружу.

И неожиданно возникла тошнота, ее невозможно было сдержать. Желчь очень быстро поднялась и вышла наружу, Чарли вывернуло прямо на руль.

Она вытерла рот тыльной стороной ладони и произнесла:

— Почему?

Чарли проговорила это тихо, почти пробормотала. Так мягко, что даже не знала, слышал ли ее Робби. Поэтому она повторила вопрос, на этот раз крича, и слово буквально ударилось о стекло, эхом разнеслось по всей машине.

— Почему?!

Робби молчал. Он просто смотрел в открытый бардачок, разглядывая что-то внутри, то, чего Чарли до сего момента не замечала.

Пара плоскогубцев.

Засохшая кровь окрашивала их кончики.