Райдо Витич – Анатомия Комплексов (СИ) (страница 60)

— Еще одна информация к размышлению. Или точка на твоих выпадах, если ты в состоянии здраво оценить ситуацию, — Рэй значительно успокоился, сел в кресло и кивнул жене. — Выгляни в окно.

Та выглянула, вернее, глянула и ужаснулась. Торнадо и смерчи, сдобренные компьютерными спецэффектами, собрались все вместе и хозяйничали в саду: пыль, комья земли, ветки, камни, обломки бог знает чего и странные, маленькие, светящиеся шарики, пролетающие то там, то здесь, сталкивались с предметами и взрывались яркими брызгами. Стекло было крепким и звуконепроницаемым, это несказанно порадовало девушку. В такую погоду она меньше всего хотела бы оказаться на улице.

— Что это? — тихо спросила она у мужа. Тот глянул на неё, отщипнул мокколи и, кинув в рот пару семечек, удосужился ответить:

— Хошотт.

Алена села напротив и заинтересованно уставилась на парня, ожидая продолжения, но тот словно забыл о ней, смотрел в сторону и думал о чем-то своем, бледный, утомленный. Девушка, видя, что буря в душе Рэя миновала, решилась переспросить:

— И что?

— Что? — поморщился Лоан.

— Хошотт. Это смерч?

— Это? Катаклизм. Налетает мгновенно, сметает все. Ошо, те маленькие шарики, несут в себе электрические заряды подобно вашим шаровым молниям, но во много раз больший. Для вас это смертельно. Для нас — болезненно.

— Значит, если б я была там… — Алена махнула в сторону окна. — Умерла?

— Значит, — кивнул парень и опять смолк, задумчиво поглаживая подбородок.

— Ты переживаешь, что из-за меня поссорился с братом? — несмело спросила девушка, почувствовав некоторую вину перед ним.

— Мы не поссорились. Мы начали войну.

Алена сникла, тяжело вздохнула и начала нервно щипать мокколи. ‘Не жизнь, а ‘сказка’. Сам черт в их епархии ногу сломит. Разберись тут. Нет, посижу-ка я спокойно, ну, их всех с мозговыми заворотами, а то и вправду шею сломаю. Тайм- аут, однако. Все, все, ребята — я тиха и неприметна, как изюминка в булочке’.

Напряжение спало, и Рэй чувствовал себя безмерно усталым. Ему спешно требовался либо допинг, либо полноценный сон на пару часов, а лучше и то, и другое. Он внимательно посмотрел на жену и потер лоб. Нет, сначала нужно выяснить, куда делся Кхэ. Стейпфил сказал, что искал всюду, но… на свободе, а если поискать в казематах брата и отца?

Он нажал кнопку связи на своем браслете, и Алена, вздрогнув, выронила семечки. Прямо в воздухе, меж ней и Рэйсли, появился знакомый лысый дядечка с полосами на щеке. Правда, не весь, по плечи, и поклонился.

— Возьми людей и проверь казематы Иллана и Гвидэра. Кхэ может оказаться там. Вытащи его. Тихо, если получится.

— А если нет?

— Тогда громко, — отрезал Лоан. — Найди Дейксклифа Мэчигу. У него канно Наталья. Пусть прибудут оба.

Стейпфил вновь поклонился, и парень, отключив связь, посмотрел на жену. Она крепкая, сильная, и все же он должен быть уверен, что с ней и ребенком все в порядке, и сегодняшний стресс не отразился на их здоровье.

— Иди ко мне, — позвал он властно, и Алена пошла. После увиденного сопротивляться не было желания. Почему-то именно средство их связи окончательно ее сразило.

ГЛАВА 24

‘А, в общем-то, не так все и плохо’, — подумала Алена, разглядывая мужа из-под опущенных ресниц. Рэй стоял у зеркала, прилаживая к тонкому поясному ремню плоскую коробку — носитель информации. Темно — бордовые обтягивающие брюки, малиновая безрукавка в обычном стиле: высокий воротник, открытая грудь и россыпь страз по спине и плечам. Высокий, стройный, мускулистый, гибкий, волосы сильно отрасли и ложились трехцветными прядями на шею, а вычурная одежда на нем не казалась столь дикой, как раньше, а, наоборот, удивительно шла ему. ‘Красивый’- залюбовалась девушка: ’Ласковый.’ Действительно, если не перечить, Рэй вполне приятная и приличная особь неземного происхождения. Алена вздохнула, вспомнив его щедрость, и улыбнулась: ’Душка!’

За четыре дня, что прошли с момента впечатляющей встречи с сероглазой мечтой, девушка решила сменить тактику и хотя бы для видимости, пока, до родов, изобразить послушную, доброжелательную, ласковую и тактичную жену. Эта роль оказалась не так плоха, как ей казалось поначалу, а Рэй на глазах из чудовища превратился в доброго, внимательного и нежного … нет, не только мужа, но и любовника, и друга. С ним произошла удивительная метаморфоза: монстрик исчез, уступив место очаровательному человеку, наделенному тонким юмором, тактом, острым умом и обаянием, против которого невозможно было устоять. Лоан буквально сразил ее этим. Или она просто перестала отталкивать действительность и смогла посмотреть на него с другой стороны? Ей это уже было не важно. Она чувствовала себя сейчас настолько счастливой, насколько считала несчастной еще четыре дня назад.

Девушка перевернулась набок, опершись на локоть и спросила:

— А почему такой цвет?

— Проснулась? — улыбнулся ей Рэй в зеркало, потом взял что-то с полочки и подошел, сел рядом, погладил волосы и протянул маленькую пуговку, похожую на клипсу, с загнутой антенной сантиметра в три.

— Что это? — озадачилась она.

— Лэктор. Стандартный курс обучения. 567 языков и наречий, — парень осторожно вдел прибор в ухо жены, закрепил и положил ладонь ей на живот, прислушиваясь к ребенку. Алену же больше интересовал прибор:

— И что? — потрогала она ухо.

— Ничего, — вздохнул Рэй и нахмурился, взгляд задумчивый и настороженный.

— Что-то случилось? — озаботилась девушка.

— Мне нужно уехать, милая. Дня на три. Я вызвал Дэйкса и …Наталью. Скучать не будешь. Слушайся Стейпфила.

Девушка задумчиво погладила ладонь мужа, не зная даже, отчего так огорчилась — вроде бы ничего страшного, подумаешь, уезжает, а на душе пасмурно стало. Может, она влюбилась?

— Я специально даю тебе лэктор, что б не возникло недоразумений. Надеюсь, ты не огорчишь меня?

Девушка мотнула головой. Рэй подбадривающе улыбнулся ей:

— Три дня пролетят быстро. Потом нас с тобой ждет масса дел. Займись чем-нибудь. Подбери одежду, купи еще украшений…

— Куда еще? И потом — если я потеряю этот… лэктор, как буду объясняться?

— Скажешь Стейпфилу. Выдаст новый.

— А если и тот? — вглядывалась в лицо мужа Алена. Тот головой покачал:

— Через 26 дней он тебе не понадобится. Он обучает на уровне импульсов, преобразуя незнакомые слова в знакомые образы, и автоматически, заполняет клетки мозга, отвечающие за звукообразования. Меньше, чем через месяц, ты будешь знать языки в совершенстве, не прикладывая и малейших усилий.

— Здорово, — грустно кивнула Алена. — Илона Давыдова отдыхает.

— На нашем языке это звучит забавно, — приподнял ее за подбородок Рэй и, поцеловав, кивнул на прощанье. — Не скучай.

Долго огорчаться Ворковская не умела, поэтому, покрутившись в раздумье, пришла к выводу, что отсутствие мужа не причина для печали, и, нажав кнопку вызова слуг, позавтракала прямо в постели, как королева. Вкусный завтрак растворил остатки уныния, и Алена, соскочив с кровати, весело подмигнула своему отражению и залезла в недра шкафа — любоваться. Количество подаренных ей Рэем нарядов пугало, а их красота просто обескураживала, но ведь все это она должна не только лицезреть, но и примерить. И Алена принялась за излюбленное занятие любой особи женского пола, от года до гроба — примеркой и самолюбованием. Легкое прикосновение пальчика к сенсорной панели — прямо перед ней выросло огромное зеркало, а не маленькое встроенное в дверцу шкафа, и …полетела душа в рай.

’Ах, да муж- муженек!’- напевала девушка, прикладывая к плечам бирюзовый пеплум с брильянтовой отделкой, темно-синее платье с открытой спиной и широким узорчатым поясом, топик из золотых нитей на тонюсенькой цепочке на левом плече, облегающее и с низким лифом из ткани ’хамелеон’, меняющей цвет в зависимости от падающего на него света. Прозрачные и плотные, с выбивкой из кожи, усыпанные стразами, все в золоте и скромненькие — платья, костюмы, кофты, юбки, брюки, пеньюары, и бог знает что еще. Она остановилась на голубом, скромненьком платьице с воротом под горло и открытыми плечами, с выбитым бархатным рисунком и жемчужной окантовкой.

‘Приятно быть замужем за мультимиллиардером’,- кивнула своему отражению чрезвычайно довольная девушка, прикладывая к шее изумрудное колье в виде ветки плюща, сапфировое, в виде галстука с огромным бриллиантом посередине, золотистую сетку от подбородка до плеч с росинками брильянтиками и бутонами неизвестных самоцветов, спускающихся от плеча до середины груди. Широченные браслеты и тонюсенькие, как иголочки, из каменьев и золота, из платины и непонятного материала, с отделкой и без, серьги, обручи на голову, кольца…. Вообщем, мерила бы она все это до возвращения Рэя, да приустала.

‘Не легкое, однако, это занятие’, — вздохнула она, затягивая высокие мокасины на щиколотке, и улыбнулась, показав своему отражению язык: ’Но приятное! Жаль, девочки меня не видят. И мама’.

Алена выплыла в соседний зал и нос к носу столкнулась с Дэйксом. Тот широко улыбнулся и, поклонившись, заметил, весело поглядывая на девушку:

— Сверкаете кьяро?

Она пожала плечами, довольно улыбнувшись в ответ, и уже хотела отвесить мужчине ответный комплимент, но увидела Наталью. Та выглядела весьма презентабельно: легкий костюм из чего-то невесомого и переливающегося, на голове газовый шарф, с блестками, малахитовый браслет на запястье и лицо уверенной в себе и удовлетворенной жизнью женщины.