Райдо Витич – Анатомия Комплексов (СИ) (страница 4)
— В курсе, что покупку обмыть надо?
— Конечно!
— И как собираетесь это делать?
— Как все — весело и непринужденно.
— Меня пригласите? Обязуюсь исправно косить под медика, выдавая себя за историка.
Алена скептически выгнула бровь, с интересом уставившись на нахального водителя: ’Ничего себе! ‘
Парень, мило улыбаясь, ответил ей невинным взглядом и добавил со значением:
— Стол, за мой счет.
— Новый русский? — спросила Олеся.
— Старый, девочки, старый. 26 стукнуло.
— Тоже мне старый, — фыркнула девушка.
— Так куда подходить с провизией? На Шаумяна?
— Точно, адрес верный.
— И улица длинная.
— Вы всерьез?
— Я вообще очень серьезный человек, незлобивый, преданный и спокойный, — парень со значением покосился на Алену.
— Добрый самаритянин? — насмешливо спросила та.
— Верно, — серьезно кивнул Сергей. — И щедрый от рождения.
— Спонсор угнетенных государством студенток?
— Не всех, только таких очаровательных, как вы.
— Какая честь! — фыркнула недоверчиво Алена. Настырный парень улыбнулся:
— Алена у нас недовольна покупкой?
— Отчего ж? Довольна. Просто не люблю бесплатный сыр, говорят, его обычно в мышеловках используют.
— Отчего ж бесплатный? Я с вас чашку чая затребую.
— И кофе на завтрак?
— Алена, ну, чего ты? — недовольно надула губы Олеся.
— Да все нормально. Я, Аленушка, безопасен для детей и женщин. Так что, вам беспокоиться не о чем.
— А мы и не беспокоимся, — заметила Олеся. Алена только вздохнула, понимая, что подруга уже решила пригласить настырного парня к себе. Следовательно, противиться бесполезно, остается смириться с ее легкомыслием и обеспечить безопасность.
— Значит, договорились?
— Конечно.
— Когда намечается событие?
— А что откладывать? Прямо сейчас.
— Понял, — заулыбался парень, словно его на свадьбу к Мадонне пригласили. — Тогда прикупим необходимое по дороге? Что девушки предпочитают из спиртного?
— Кефир, — буркнула Алена.
— А кроме?
— Мы не пьем, — отрезала Олеся, проявив неожиданное благоразумие. — А вон гастроном, если Сережа не передумал, и жена его дома не ждет, можно сходить за провизией.
Парень тут же тормознул у обочины и серьезно заявил, глядя на Алену:
— Я не женат.
— Это радует, — сказала Олеся, открывая дверцу. — Идем? Только вы учтите, Сережа, аппетиты у нас большие, за портмоне не боитесь?
— Нет. Аленушка с нами идет?
— Нет, я здесь подожду, если можно.
— Хорошо, — согласился парень и вылез из машины, не вытащив ключи из замка зажигания.
Алена посмотрела в след колоритной парочке: высокий, с ежиком темных волос, парень атлетического телосложения в дорогой кожанке и низенькая девчонка в китайском пуховике и вязаной шапочке, и вздохнула. Ох, доиграется когда-нибудь Олеська!
Проживалова — девчонка озорная, непоседливая, маленькая, верткая, на язык острая, на подъем легкая, с импульсивной, грубоватой Ворковской почти с пеленок дружила. Сначала в садик вместе ходили, потом в школу, да и жили в одном подъезде, Олеся на 7 этаже, Алена на пятом. Подруги были — не разлей вода, везде вместе — что в кино, что зануде — физику дипломат к столу приклеить.
Но, после школы их пути разошлись, одна в пединститут подалась, другая в медучилище, по стопам матери.
Олесю мать одна воспитывала, работала в ГСМП медсестрой, света белого не видела и дочку соответственно- то на сутки, то с суток — не до воспитания, прокормить бы и то ладно. На институт, понятно, денег не было, но Олеся и не стремилась, одиннадцать классов-то не хотя закончила, с трояками и двумя сиротливыми четверками. Правда в училище легко поступила, на удивление, а тут и восемнадцатилетие грянуло — отметили эти события разом — сложились подруги, мама, и папаша прощальные алименты присовокупил, получилась астрономическая, по Олесиным понятиям, сумма, которую она и решила незамедлительно потратить на мечту своей жизни — музыкальный центр. Денег в обрез хватило и этот водитель кстати попался, а то обмыть радостное событие не представилось бы возможным.
Понять подругу Алена могла и понимала, но все же опасалась настырного знакомца с типичной стрижкой братков, оттого решила на фуршет пригласить брата. Студентов — медиков, понятно не намечалось, а сидеть в обществе этого парня, хоть и вдвоем, Алене не хотелось: странные он взгляды на нее бросал. Впрочем…. симпатичный, не отнимешь. Высокий, полноват, правда, но лицо приятное с широкими скулами, глаза опять же добрые, красивые, карие в обрамлении длинных, пушистых ресниц.
И не жмот. Вернулись они минут через 30. Олеська довольная, улыбка до ушей, Сергей с огромными пакетами в руках, спокойный, как удав, ни грамма недовольства на лице. Еще минут через десять, они все вместе поднялись к Проживаловым. Пока Сергей настраивал новенькую аппаратуру, показывая Олесе, как пользоваться и зачем на панели та или иная кнопочка, Алена, дивясь неожиданной щедрости парня, разгружала сумки.
— Вы, наверное, всю зарплату в том гастрономе оставили? — не удержавшись, спросила она, с уважением поглядывая на деликатесы: сырокопченую колбасу, банки с оливками, черной икрой, мясом криля, конфеты ‘Каркунов’, ‘ ferrero’, бутылку пятизвездочного коньяка, огромный торт и прочее. Сережа мягко улыбнулся:
— Ерунда, Аленушка, деньги дело наживное. Не мы для них, они для нас.
В общем, зря Алена опасалась, никаких эксцессов не было, и Сашу звать не пришлось.
Новый знакомый оказался мирным, веселым, откровенным и легким в общении, без всяких блатных словечек в лексиконе, пошлых шуточек и сексуальных наездов.
Узнав, что гостей кроме него не намечается, он быстро вызвонил своего друга, и через полчаса на пороге возник стройный, блондинистый парень с гитарой наперевес — Максим Кулагин или попросту, Макс. Он с ходу принялся ухаживать за Олесей, выплескивая на девушку бездну своего обаяния, и к полуночи Проживалова была почти влюблена в него, выпустив из поля зрения Сергея.
Тот, не скрывая восхищения, ухаживал за Аленой. Посвятил в свою банальную жизненную историю и заявил, что влюбился в девушку, как только увидел.
До ночи новые знакомые развлекали девушек, не пили, не наглели, и Алена совершенно оттаяла, потеряла бдительность, принимая знаки внимания, а утром, увидев серебристый Фольксваген у своего подъезда и улыбающуюся физиономию Сергея с букетом тривиальных роз, даже не удивилась. Парень не однозначно давал понять, что очарован ею и готов хоть сейчас в ЗАГС.
Однако, вот уже два года Ворковская не решалась ответить — да.
Казалось бы, что надо? Парень умный, добрый, характер прекрасный, в ней — души не чает, подарками заваливает, богат — свой автосалон, автостоянка. Олеся вон, долго думать не стала, три месяца с Максом пообщалась и под венец пошла. Живут теперь господа Кулагины, деточкой обзавестись думают, а Алена все в сомнениях тонет, не решается.
Нет, Сережка ей нравится, и братьев — уфологов, друзей его беспокойных, пережить можно, но скучно с ним и на сердце после встреч пусто, не радостно. Когда рядом — хорошо, а нет — и не надо. Разве это любовь?
Была у Алены тайна, глупая, по сути, детская, но это разумом понимаешь, а душой — нет. С ранних лет снились ей сны, и каждый был, как экскурсия в другой мир — красочный, сказочный, добрый. Даже мамин окрик: ’Вставай, в школу опоздаешь!’ не вытряхивал из нее впечатление от иллюзий.
Шли годы, и она уже сама порой не помнила, и не различала, что ей снилось, а что происходило на самом деле. Но одно виденье преследовало ее все эти годы, не меняясь и не сдавая позиций: сероглазый, темноволосый парень, в белоснежной рубашке, стоящий в зарослях молоденьких лип. Его лицо она видела четко: утонченное, ирреально-прекрасное.
Он то приближался, то отдалялся и словно звал ее, ждал. Она бежала к нему через огромное поле, не обращая внимания на колючки, цепляющиеся за подол, на рытвины и ямы, в которые чуть не падала. Сердце в тех снах билось как-то особенно, и душа словно парила, нежась под взглядом серых глаз.
Этот незнакомец и был ее мечтой. Верила Алена, что не зря снится, и оттого не спешила с Сергеем себя обещанием связывать.
Саша, единственный, кто о ее тайне знал, пока маленькая была — не насмехался, не юродствовал, с почтением к секрету относился, но с годами стал сестру осторожно в сторону реальности подталкивать, вразумлять не навязчиво:
— Ты, Аленка, слишком романтична. Глупо ждать принца из снов, когда рядом реальный принц ходит. Сама подумай, может Сергей тот и есть? Сны ведь ассоциативны. И потом, где гарантия, что ты своего сероглазого дождешься? Что он существует не только в твоем воображении? А Мальцев реален и основателен, как монумент дивизии Котовского — бери и пользуйся.
— Ага, а под мышкой летающая тарелка — привет земляне! — фыркнула девушка.