Райан Кейхилл – Сквозь кровь и пламя (страница 46)
Поначалу их обучение заключалось только в бесконечном повторении позиций и ударов. Нужно было добиться, говорил Эйсон, «чтобы переход от одной позиции к другой стал таким же естественным, как дыхание». В первый раз Кейлен чувствовал себя глупым и неуклюжим: эти фигуры были куда сложнее, чем те, которым его учил отец. Он вечно путался в собственных ногах. Но со временем всё изменилось. В движениях появилась сила, уверенность. Теперь занятия ему даже нравились; они успокаивали и напоминали о тех временах, когда они выходили в поле фехтовать с Варсом и Хеймом.
Постепенно к ним присоединился Эрик. Он безупречно исполнял все переходы, но Эйсон всегда находил к чему придраться. Неверный шаг, слишком высоко поднятый меч, неустойчивая поза. Однако Эрик никогда не жаловался, а просто кивал и повторял снова. Делать одно и то же замечание дважды его отцу не приходилось.
Кейлен чувствовал, что дракон наблюдает за тренировками. Его бледно-лавандовые глаза светились интересом. Юноша был готов поклясться, что во время обмена ударами его посещает предчувствие. Поначалу это ощущение сбивало с толку, но постепенно он научился к нему прислушиваться: оно никогда не обманывало. Не раз юноша встречал удивленный взгляд Эйсона, когда парировал удар, который точно не мог видеть. Тогда Кейлен улыбался и подмигивал дракону. Тот просто наклонял голову набок и продолжал наблюдать.
Кейлен спустился к ручью. Он уже успел искупаться перед ужином, но в горле пересохло, да и мех опустел.
Тэрин с закрытыми глазами сидел на бережке, погрузив босые ноги в текущую воду.
– Можно я тоже присяду?
– Да, конечно.
Кейлен опустился рядом, подтянув колени к груди, и стал смотреть на ручей.
– Тогда, возле Кэмилина, ты сказал… Откуда ты знаешь моего отца?
Тэрин вздохнул и открыл глаза, но поворачивать голову не стал.
– Мы познакомились много лет назад, в начале войны.
– Ты про Ворсундскую войну?
Тэрин кивнул.
– А почему… почему я этого не знал? Почему только сейчас?..
Чушь какая-то. Сколько Кейлен себя помнил, Тэрин регулярно бывал в Прогалине, но с Варсом при этом вел себя не более чем приветливо.
– У всех есть секреты, Кейлен. Даже у твоего отца. Он сделал свой выбор, и я его уважаю.
– Но…
– Когда-нибудь ты всё узнаешь. Но не сейчас.
Кейлен почувствовал, как в нем начинает закипать гнев. Чувство принадлежало не только ему, но и дракону. Дракон смотрел на Тэрина – не нужно было оглядываться, чтобы это понять. Кейлен вздохнул.
«Ладно, пусть будет так. Не сейчас».
Они продолжали сидеть в тишине, которую нарушало лишь журчание ручья.
– Еще не думал, как назовешь малыша? – спросил вдруг Тэрин.
– Думал, – кивнул Кейлен. – Да так и не решил.
Он оглянулся: дракон свернулся калачиком у огня. Его чешуя переливалась в бледном сиянии луны и теплых отблесках костра.
– Ты ведь назвал его валасийским драконом?
– Да, потому что он из Валации. Из ледяных земель.
Кейлен погрузил мех в поток.
– «Валация» – это ведь «лед» на старом наречии?
– Не совсем. «Валация» означает «ледяные земли», от «
Тэрин коснулся пальцами поверхности воды и прошептал: «
Кейлен аж рот открыл от удивления, когда у него на глазах вода вокруг руки Тэрина начала замерзать. Белые щупальца медленно расходились в стороны, постепенно утолщаясь и образуя толстую корку. Затем всё прекратилось. Тэрин убрал пальцы от воды и улыбнулся.
– Как… – Кейлен наконец-то смог выдохнуть. – Думаю, я к этому никогда не привыкну.
– А попробуй сам, – вполне серьезно предложил Тэрин, и юноша недоверчиво покосился на него:
– Я? А что толку? Я же не маг.
Тэрин лукаво усмехнулся.
– Верно, ты не маг. Зато ты дралейд. Кто-то от рождения способен прикасаться к искре и овладеть ее силой, кто-то нет. Однако многие проживают жизнь, так и не узнав, на что они способны. Когда вокруг нас происходят необъяснимые вещи, чаще всего мы склонны приписать их случайным совпадениям. Однако это не всегда правильно. Рист не имел ни малейшего представления о своей силе, и тем не менее у него есть шанс стать одним из самых могущественных магов за многие и многие поколения.
Драконы, – продолжал он, – по природе своей существа волшебные. Огонь, которым они дышат, можно сказать, и есть искра. Когда человек вступает в духовную связь с драконом, то он меняется. Эту связь нельзя увидеть или потрогать, но вы передаете друг другу частичку себя. Ты сам увидишь. И дралейд, и его дракон многое получают от подобной связи, но самый важный дар для дралейда – способность прикасаться к искре.
– Ты про… меня? – не сразу догадался Кейлен.
– Да, про тебя. – Тэрин тихо засмеялся. – Не задавай вопросов. Просто попробуй. Сам всё увидишь.
– А что я должен сделать?.. Просто коснуться воды и сказать слово?
– Слова необязательны. – Тэрин мотнул головой. – В начале обучения они полезны, поскольку помогают сосредоточиться. Сила искры не в словах и даже не в кончиках пальцев. Она в голове и в сердце… Везде.
Людям – я имею в виду твоих сородичей – трудно представить то, что нельзя увидеть или потрогать. Вот почему жесты важны; они как тотем, как проводник. Коснись пальцами поверхности воды, забери из нее тепло и рассей его. Представь, будто она замедляется и застывает, подобно корням дерева.
Кейлен шумно выдохнул, надувая щеки. Живот знакомо скрутило, а сердце забилось чаще. И почему он нервничает? «Не получится, значит, не получится, что с того?» – но эти мысли отчего-то не успокаивали.
Он снова выдохнул и встал на колени. Протянул руку к текущей воде. Кончики пальцев обдало холодом.
– Да она уже наполовину замерзла, – пошутил Кейлен, нервно сглотнув.
Эльф улыбнулся, но не засмеялся. Он внимательно наблюдал.
«Ладно, у меня получится».
Юноша сосредоточился на ручье, на бегущей под пальцами воде. Он попытался не думать ни о чем – только о том, как вода превращается в лед, как холод распространяется по ней рябью, будто от упавшего камня. Он замедлил дыхание, и сердце тоже стало биться спокойнее.
– Не выходит.
– Терпение. Есть пять стихий: огонь, земля, вода, воздух и дух. Искра – это смесь всех элементов. Представь себе поток энергии, сырой и необработанной. Представь, что она смотана в клубок, как пряжа. Теперь вытяни из этого клубка то, что тебе нужно. Медленно и аккуратно, словно тонкую нить. Будь осторожен, как если бы это был пылающий огонь или острое, как бритва, лезвие. Искра пожирает тех, кто слишком торопится и хочет слишком многого. Сейчас тебе нужны нити воды, воздуха и огня.
– Огня? – уточнил Кейлен.
– Знаю, звучит странно, но тебе нужно как-то забрать из воды тепло. Со временем ты поймешь, а пока просто почувствуй.
Кейлен же еще больше нервничал: «Что значит “она пожирает тех, кто слишком торопится и хочет слишком многого”?»
Юноша снова замедлил дыхание и попробовал закрыть глаза. Всё его сознание заполнила черная пустота. В центре нее был единственный источник света – пульсирующий, вращающийся шар. Чем сильнее Кейлен вглядывался, тем лучше видел, что этот шар не однородный, а состоит из переплетающихся нитей. Они казались обособленными, но в то же время таковыми не были. Они менялись, извивались и пребывали в постоянном движении. Каждая была неповторимой и на ощупь ощущалась по-своему, хотя как это объяснить, Кейлен не знал. От них исходила сила, и юноша ее чувствовал. Она омывала кожу и проникала в кости. Тянула к себе, искушала. Хотелось погрузить руку в этот шар и позволить искре поглотить себя целиком…
«Сосредоточься!»
Кейлен мысленно отщипнул две нити, втягивая их в себя. Воздух и вода. Он не знал, почему так уверен, – просто знал. Тут же была и нить огня, более сильная и манящая. Воздух, вода и огонь. Все они взывали к нему, однако слова Тэрина, звучавшие в голове, напоминали об осторожности.
Кейлен потянулся к огненной нити и впитал ее в себя. Очень аккуратно, не торопясь, чтобы не взять слишком много.
Приятная теплота окутала его с головы до ног. То же самое Кейлен чувствовал, касаясь яйца. Теперь он понял, что это было. Искра.
Его дыхание выровнялось. Он протянул нити через себя, придавая воде нужную форму. Открыв глаза, юноша с изумлением увидел, как от кончиков его пальцев начала растекаться ледяная корка.
– Валерис… – прошептал он, и губы сами собой расплылись в улыбке.
– Кейлен… Кейлен!
Голос Тэрина звучал где-то далеко-далеко, едва осознаваемый. Вдруг юношу сильно тряхнули за плечо. Он почувствовал, как тепло покидает тело, а связь с искрой теряется. Он отдернул руку от воды и потряс головой, пытаясь прогнать нахлынувшую сонливость.
– Прости. Я что-то… немного увлекся. Это…
– …затягивает, – закончил за него Тэрин. – Так и есть. Власть над вещами, способность менять их по своему желанию всегда затягивает. Тепло, которое дает искра, может заставить тебя взять больше, чем нужно. Помни об этом. Необходимо научиться сосредоточению. Со временем оно придет. – Тэрин ободряюще улыбнулся. – Тогда же ты почувствуешь, что сможешь выдержать больше. Главное – терпение и практика.
Кейлен кивнул. Руки отяжелели, дыхание стало натужным, словно он целый день провел в кузнице.