Райан Хардинг – Генитальный измельчитель (страница 16)

            Это была Кэрри, которой он восхищался в "Кинорае" всего два часа назад.

    

            - Не знал, что ты хотела стать актрисой, - сказал ей Гэбриел на следующий день.

            - Я тоже не знала, - ловко парировала Кэрри и, словно обращаясь к Рене, закатила глаза. Ее подруга хихикнула в той своей визгливой манере, благодаря которой всегда оказывалась в его личном хитпараде "Самых горячих сосок "Кинорая" на втором после Кэрри месте, причем с большим отрывом. Когда его попытки поприкалываться в очередной раз провалились, один ее отказ от веселья уже стал лучиком надежды.

            Гэбриел горько улыбнулся предсказуемо уклончивому ответу Кэрри. Какие они все-таки! Постоянно от него что-то скрывают, многозначительно переглядываются, хитрят. Их перешептывания по углам всегда заканчивалось неестественно громким смехом Рене, как будто Кэрри была Эдди Мерфи. Естественно, Гэбриел понимал, что разговор идет о нем. Как долго они будут продолжать этот свой спектакль? Бесконечно?

            - Но я видел твою работу, - когда смех Рене, наконец, затих.

            - Он это о чем? - спрсила Кэрри Рене.

            - Не знаю... но похоже на сексуальное домогательство. Зуб даю.

            - На "Вкусе смерти-9", - объяснил Гэбриел, к своему удивлению, спокойным тоном. Хотя внутри у него все кипело, особенно когда Кэрри разговаривала о нем, словно его рядом не было. Он уже подумывал взять из "Кинорая" один из прокатных "видаков" домой, чтобы переписать себе сцену со смертью Кэрри, просто смеха ради.

            - На "Вкусе смерти-9"? - В выражении ее лица было бы, наверное, меньше отвращения, если б прокаженный стал склонять ее к оральному сексу.

            - Ага, - ухмыльнулся Гэбриел. - Знаешь, та цифра, которая стоит между восьмеркой и десяткой?

            Он заметил, что Рене при этом не рассмеялась.

            - Как ты можешь смотреть этот трэш? - спросила Кэрри, ее лицо сморщилось, напомнив знаменитое выражение актрисы Рене Зеллвегер. - Это же за гранью добра и зла, Гейб.

            - Я хотя бы там не снимался. - Он повернулся обслужить клиента, мужчину с пронзительным взглядом, выбравшего любопытные по своему разнообразию фильмы - "Тупой и еще тупее", "Десять заповедей" и "Зияющий анус".

            Гэбриел счел необходимым прокомментировать последний выбор.

            - Этот четыре часа идет.

            Губы покупателя разомкнулись, обнажив пятнистые от никотина и кофе зубы, и растянулись в улыбке.

            - Ага... Знаю.

            Пока Гэбриел считал деньги и предупреждал мужчину о растущих пени за просрочку (у него было чувство, что клиент, Грег Брэкен, тоже не вернет эти вовремя... Четыре часа - дело серьезное), Кэрри и Рене переместились в другую часть "Кинорая", вероятно пытаясь держаться от него подальше. Он увидел, как они стоят бок о бок, старясь не привлекать к себе внимания, у стелажа с секс-комедиями 80-ых вроде "Последнего девственника Америки" и "Радости секса".

            Только на этот раз они не хихикали. А были явно обеспокоены. И это хорошо. На то у них были все основания.

    

            На светофоре у 37-ой и Гаррен ему пришлось опустить окно - он почувствовал, будто задыхается.

            Перед глазами снова возникла жертва дробовика, потом восемь других людей, чьи красочные смерти он лицезрел в новой серии "Вкуса смерти". Там была блондинка с убранными в хвост волосами, горло которой перегрызла бешеная собака ("лучший друг человека, просто дамочке не повезло"). Стриженный под ежик парень, который вылетел сквозь ветровое стекло при ударе об телефонный столб ("Должно быть, он набрал 1-800-КОЛЛЕКТ (служба, производящая начисление оплаты на вызывваемого абонента - прим. пер.)". Двое наркоманов, которые, будучи окруженными полицией, открыли огонь. Один кричал, что он Иисус Христос ("Почему-то я не думаю, что он воскреснет через три дня"), а другой умолял, чтобы кто-нибудь "убрал их с него". Были и другие.

            Гэбриел дал по газам и проехал на красный свет, едва не задев какого-то "торчка" на переходе. Резко свернув на Гаррен, он продолжал давить на газ до самого дома.

Из машины он вышел не сразу. Он сидел с трясущимися руками, потея вовсе не от августовской жары.

            Что, черт возьми, происходит? Он готов был смириться с тем, что тот человек из сцены с дробовиком не умер на самом деле. Набей искусственную голову презервативами с кровью и взорви ее. Получится очень правдоподобно. А что насчет других? Женщина с "конским хвостом", например? Она все время была в кадре, пока собака вгрызалась ей в горло. Там не было никакой возможности сделать врезку со спецэффектами. Он видел, как жизнь уходит у нее из глаз. Видел разорванное горло и осколки шейных позвонков, пока кто-то, наконец, не накинул на собаку аркан и не оттащил в сторону. И этот кто-то безцеремонно выстрелил псине в голову, опять же без склейки.

            Женщина была мертва, и Гэбриел не сомневался в этом. То же самое с наркоманами, потому что где бы они ни ловили этот свой последний кайф, это был уж точно не Барток. Если бы Гэбриел жил где-нибудь в другом месте, то списал бы все на очень реалистичные спецэффекты.

            Он, что, сходит с ума? Таким будет естественный вывод, если он расскажет кому-нибуть о том, что видел, а главное, что думает об этом. Родители поместили бы его в институт Саншайн Элкинс в Хэсбруке. У него в школе учился парень, который попал в Элкинс. Хронический мастурбатор. Может, проблема была не такая и серьезная, только он передергивал свой затвор, где ни попадя. На автобусной остановке, в кафетерии, на собрании болельщиков школьной команды, на водительских курсах (один раз на заднем сидении, плка ждал своей очереди). И последней каплей стал день профориентации. В тот день присутствовало много родителей и важных гостей... и он учинил это прямо там, во время презентации копа с немецкой овчаркой, который был весьма озадачен таким зрелищем. Одна багровая от злости мамаша из родительского комитета потребовала, чтобы коп немедленно тащил его на электрический стул. Шутки о нем ходили до самого окончания школы. Все гадали, что он отчебучит, когда на нем будет мантия выпускника. Хотя сейчас Гэбриел не находил в этом ничего смешного. Он сойдет с ума, если его запрут... если уже не сошел.

            Он подумал о Кэрри и хрястнул рукой по приборной доске. Она явно понимала, что происходит... она была в теме. Это какая-то игра. Иначе, почему она так легкомысленно повела себя, когда он заговорил с ней.

            Он еще долго не выходил из машины.

    

            На следующий день случилось две любопытных вещи. Один парень взял напрокат "Вкус смерти-6: Кровавый финал". Гэбриел хотел открыто рассказать ему о том, что видел в городе, но девчонки стояли рядом и, заметив название кассеты, обменивались неодобрительными взглядами.

            Почему бы вам, тупым сучкам, не пойти полесбиянничать в солярий? - хотел было он им сазать. Однако сама идея ему приглянулась, и следующие три часа он ловил себя на том, что эта концепция обрастает у него в голове новыми красочными подробностями. Тот клиент никак не шел у него из головы, и когда он появился во второй половине дня, Гэбриел почувствовал прилив возбуждения.

            Он знает... Он тоже видел в городе всех этих жертв. Теперь ему нужно посмотреть девятую часть, там, где сцена с Кэрри.

            Рене была на обеде, а Кэрри отлучилась в туалет. Лучшей возможности он и представить себе не мог. Оказалось, ничего подобного.

            Кдиент с трудом пытался подобрать нужные слова.

            - Ну... я брал это, как бы... сегодня утром.

            - Я помню, - сказал Гэбриэл. Неторопливость и нечленораздельность речи сразу погасили в нем интерес. Возможно, это было не то, на что он надеялся. Парень мог бы пройти сквозь зеркальное стекло и не заметил бы этого.

            - Так, ладно... э-э, да, кассета, как бы, пустая и все такое.

            - Пустая? - эхом отозвался Гэбриел.

            - Ага... и все такое. Там как бы, одни помехи.

            И все такое. Ага, понимаю.

            Он неоднократно пересматривал их в течение несколько недель, пока ждал выхода 9-ой части. Все игрались нормально. Некоторые имели небольшие проблемы с трэкингом, но состояние у всех было рабочее.

            - Извините... посмотрим, можно ли починить. Или хотите поменять на что-нибудь другое?

            Парень оглянулся через плечо, и Гэбриелу на секунду показалось, что тот боится слежки. Может, весь этот спектакль был нужен, чтобы отвести подозрения.

            Немного успокоившись, клиент снова повернулся к нему и тихо спросил:

            - А "Зияющий анус" есть?

            Гэбриел вздохнул.

            - Новая, 24-ая часть? Нет. Еще нет.

            - А двадцать третья? - спросил парень с надеждой в голосе.

            Двигаясь в порядке доступности по убывающей, они, наконец, остановились на 19-ой, хотя и к небольшому сожалению клиента (4-часовые "анальные оргии" начинались лишь с двадцатой части, хотя "двух с половиной часов анального безумия" тоже должно было вполне хватить... даже такой помешанный клиент, как он, вряд ли, будет сильно разочарован). Также он оставил заявку на фильм с Лолитой Рим, предварительно уточнив графир работы Гэбриела.