Равшан Юлдашев – Студенты среди людоедов (страница 2)

Но когда Ася моргнула – его уже не было.

– Вы это видели?.. – прошептала она.

– Нет. – Саида медленно встала. – И да. Я не знаю, что я видела.

– Он стоял так, как описано в “Книге мёртвых”, – сказала Саида тихо. – “Страж перехода. Высокий, без лица. Ожидающий сознание”.

– Пора идти спать, – вмешался Григорий. – По парам. Ни один не остаётся один. Тот, кто дежурит – не засыпает. Меняемся каждые два часа.

– А если… – начал было Тимур.

– Если что-то придёт – не разговаривать. Ни в коем случае, – наставник говорил жёстко. – Даже если это будет кто-то из нас. Особенно если это будет кто-то из нас.

Ночь легла окончательно. И хотя в лесу стало тихо, каждый чувствовал: это не просто тишина. Это ожидание. Позднее, когда разговоры стихли, началось странное: из-под земли доносился низкий гул, похожий на далёкий барабан. Где-то в чаще скрипели ветки, и доносился вой – но не волчий, а человеческий, вытянутый и чужой. Некоторые студенты не смогли уснуть до утра, другие – провалились в сон от усталости, но их сны были тяжёлыми и липкими.

Час ночи. Остальные спят, костёр потрескивает. Саида и Женя сидят у огня. Саида перелистывает свою записную книжку, Женя греет руки над огнём.

Саида:

Ты правда веришь в эти петли? В залипающее время, в зацикленные пространства?

Женя:

А ты правда веришь, что порядок можно высчитать?

Саида (не отрывая глаз от блокнота):

Если хаос повторяется, он уже не хаос. А если что-то можно описать – это можно понять.

Женя:

Некоторые вещи нельзя описать. И тем более – понять. Они приходят, когда ты думаешь, что понял.

Саида:

Но тогда зачем ты изучаешь парапсихологию?

Женя:

Чтобы узнать, где заканчивается разум. А ты?

Саида:

Чтобы его отстоять.

(Пауза. Ветер шевелит верхушки деревьев. Пламя костра гаснет на секунду и снова разгорается.)

Женя:

Тогда ты будешь первой, кто сойдёт с ума, когда границы исчезнут.

Саида (взгляд в темноту):

А ты будешь первым, кто назовёт это прозрением.

Глубокая ночь. Пламя костра угасает, тлеют угли. Настя и Максим молча пьют чай из металлических кружек.

Максим (вслух, больше себе):

Удивительно. Даже чай кажется другим здесь. Густым… почти как бульон.

Настя:

Это потому что ты его вкусом воспринимаешь, а не обстоятельством. Здесь – темно, чуждо, тревожно. Организм ищет знакомое.

Максим:

Ты всегда всё объясняешь? Даже вкус?

Настя (медленно):

Если я не объясняю, я чувствую. А если чувствую – включается память. А я не всегда хочу помнить.

Максим (задумчиво):

Ты боишься не самого вкуса… а того, с чем он у тебя связан?

Настя:

Все мы боимся своих ассоциаций. Только ты их глотаешь, а я анализирую.

Максим (улыбаясь):

А ещё я – дегустатор. Всё пробую. Даже страх.

Настя:

Главное – не захлебнись.

(В этот момент с дерева над ними падает сухая ветка. Они оба вздрагивают. Настя смотрит вверх, Максим в сторону леса.)

Максим:

Ты это слышала?

Настя: Нет. Я это почувствовала. Здесь что-то меняется.

«Не всякая пища дарует жизнь. Иногда – она крадёт её»

Серое небо. Тусклый свет. Утро пришло не резко – оно сочилось, как вода из прохудившегося мешка. Первый проснулся Григорий – наставник, патологоанатом, человек сухой, но точный. Он всегда вставал раньше всех, будто смерть поджидала его на повороте и он хотел прийти первым.

Он встал, подошёл к костру и на автомате начал подкидывать дрова. Угли были ещё живы.

Григорий (бормочет себе под нос):

Жар есть – значит, мы всё ещё живы.

Позади него зашевелились остальные. Сначала Саида, потом Женя, затем Максим и Настя. Остальные – сонные, неуверенные, будто вынырнули из странных снов, и каждый пытался вспомнить, о чём они были – но память, как и солнце, не спешила появляться.

Ася:

Вы заметили?.. (пауза) Становится тише. Лес будто замер.

Максим (нюхает воздух):

И воздух другой. Не пахнет дымом. Ни утренней сыростью. Ничем.

Женя:

Возможно, мы на границе. Между ночью и чем-то другим.

Григорий:

Не начинай. Утро – это просто утро. Не ищите там мистику, где нужен кофе.

Он разливает кипяток в кружки. Они молча пьют, пряча зевоту, напряжение и сны. Один из студентов – Антон, интересующийся детективами, – всё время смотрит на землю, будто ищет следы.

Антон: