Рацлава Зарецкая – Такая разная любовь (страница 89)
Максим тихо подошел ко мне, наклонился и, разувшись, тоже ступил в воду. Волны ударялись о наши ноги, тихо шуршали и уходили назад. Кроме шума воды и криков чаек в округе больше ничего не было слышно. Место, и правда, было уединенным. Не таким ухоженным, как городские пляжи, но гораздо уютнее. Нетронутая природа всегда нравилась мне. То, что сделано руками человека не так величественно в сравнении с тем, что создала природа.
Мы долго молча стояли на берегу и смотрели вдаль, на горизонт. Потом Максим отошел к машине и через несколько минут вернулся с переносным холодильником.
— Ого, — восхитилась я, когда увидела, что лежит внутри. — Да ты, я смотрю, подготовился основательно.
Криво улыбнувшись, Макс вынул из холодильника несколько контейнеров, в которых находились порезанные фрукты, бутерброды и пирожные. Пиво и соки он оставил на месте, чтобы те не согрелись на жарком солнце.
Я не проголодалась, но пару бутербродов умяла с большим удовольствием. Холодное пиво успокоило и расслабило. Сидя на песке и поглядывая на умиротворяющее море, я думала о том, как все же прекрасна жизнь. Да, в ней бывает много огорчений, бед и потерь. Много боли, страданий, переживаний. Однако вместе с этим существует радость, любовь и наслаждение, — то, что делает нас счастливыми, что позволяет жить дальше, не смотря ни на что.
— Знаешь, я рада, что очнулась от этого страшного сна, — тихо сказала я, не глядя на Макса. — Отчасти это произошло благодаря вам, моим друзьям. Не знаю, что бы без вас делала.
— Сидела бы в нашем Мухосранске, работала бы кассиром в Пятерочке и ходила бы по местным стремным клубам, — со смехом в голосе произнес Максим.
Я наиграно насупила брови и слегка пнула Воронова босой ступней по ноге. Он картинно ахнул и, занеся надо мной руки, коварно усмехнулся.
— О, нет, только не щекотка! — заволновалась я уже не наиграно.
Улыбка Максима стала еще шире, а руки — ближе. Я вскочила на ноги и с визгом побежала вдоль пляжа. Будучи уверенной, что погоня не заставит себя ждать, я бежала со всех сил, но потом, поняв, что за мной никто не гонится, остановилась и обернулась. Максим валялся на песке и громко смеялся, поглядывая на меня.
— Старикан! — крикнула я с долей обиды. — Подняться даже не можешь.
Расслабленной походкой я двинулась к Максу, но, поймав стальной взгляд серых глаз, остановилась и попятилась назад. Макс медленно встал, все еще поглядывая на меня страшным взглядом, и двинулся ко мне. Поняв, что нарвалась, я со всей силы понеслась по пляжу, периодически оглядываясь. Преследователь не отставал, а наоборот, догонял. Не прошло и минуты, как Максим настил меня и, схватив, повалил на песок. Я попыталась подняться, но он крепко прижал меня к себе и…хохотал. Честное слово, я с детства не слышала от него
От смеха хватка Макса ослабла, и я с легкостью из нее выбралась. Отползла в сторону, села по-турецки и стала наблюдать за смеющимся парнем. Его черные волосы взлохматились и покрылись песком, челка закрывала сузившиеся от хохота глаза. Максим выглядел таким счастливым и беззаботным, что его радость передалась и мне, затопив сердце чем-то теплым и мягким.
— Красавец, — шепнула я так тихо, что сама еле расслышала.
Мой друг детства всегда был красивым, но сейчас — в особенности. Жаль, что я так редко замечала его красоту. Смотреть на нее было приятно и тепло.
Интересно, на меня он тоже так смотрел? А смотрит ли еще?..
Видимо, сквозь смех Макс украдкой наблюдал за мной, потому что, стоило мне задуматься и перестать улыбаться, как его смех разом стих. Вокруг снова стало слышно лишь шелест волн. Даже чайки куда-то улетели.
Подобрав под себя ноги, Максим внимательно посмотрел на меня. Сейчас спросит, что со мной случилось. Обязательно спросит.
— Вспомнила об Антоне? — поинтересовался Воронов.
— С чего взял? — удивилась я.
— Когда ты думаешь о нем, у тебя всегда такое лицо.
— Какое?
— Потерянное.
Я ничего не ответила. Лишь хмыкнула и повернулась к морю.
— Ты не знаешь, что тебе делать, верно? — продолжил Макс. — Начать жить заново, будто его не стало, или ждать…
— … того, что может не произойти, — закончила я за него.
Макс кивнул.
— И как думаешь, что мне делать? — спросила я, снова повернувшись к парню.
Он внимательно посмотрел на меня, прикрыл глаза и запрокинул голову. Его идеальный профиль осветили лучи солнца. Как было бы просто, если бы он изначально признался мне в своих чувствах. Возможно, я бы начала смотреть на него иначе, а потом влюбилась бы. Уж с этим человеком я бы не знала бед…
— Если бы ты так и думала, что Антон врал и использовал тебя в своих целях, то тебе было бы проще, — вздохнув, сказал Максим. Он опустил голову и посмотрел на меня печальными серыми глазами. — Но ты знаешь, что он любил тебя и хотел быть с тобой. Поначалу я сам ему не верил, но когда увидел тату…
— Тату? — переспросила я.
Максим кивнул.
— Что не так с его тату?
— Он разве не говорил, что оно значит? — удивился Макс.
По моему вытянувшемуся лицу было понятно, что нет. Я ничего не знала. Снова тайны, снова секреты. А я думала, что уже знаю все…
— Если присмотреться, то полосы не прямые, а кривые.
— Как кардиограмма, я знаю, — перебила я его. — А под ними цифры какие-то.
— Это даты. А линии — сердечные ритмы. Под каждой линией день, когда его всегда спокойное сердцебиение учащалось.
Сначала я не совсем поняла Макса. И Антона, с его татуировкой, тоже. Зачем набивать на шее такую фигню? Дни, когда у тебя сильно билось сердце… Да у меня такое по сто раз на дню бывает. Когда смотрю сериал, читаю книгу, звоню на неизвестный номер. А еще когда сижу у врача, сердце так и стучит. Однако у Антона, кажется, такого не наблюдалось.
— Вывести его из себя, заставить волноваться было задачей не из легких, — продолжил Макс, будто прочитав мои мысли. — Однако кое-что все же трогало его душу.
— Первая дата — это день его встречи с Лилей. — Вопрос прозвучал как утверждение.
Максим кивнул.
— Вторая — день, когда они начали встречаться.
Снова кивок.
Про остальные я даже думать не хотела.
— Все связаны с ней? — хрипло спросила я.
— Только первые четыре. Четвертая — дата их разрыва. Пятая — ваша встреча. Шестая тоже связана с тобой, но я не знаю, что произошло 15 числа и, если честно, не горю желанием узнать.
А вот я знала. Мое сердце в тот день тоже колотилось, как бешеное. В тот день мы были близки настолько, что мне казалось, будто я вдыхала его, и он заполнял всю меня, как вода заполняет сосуд.
— Понятно, — выдохнула я.
Слов больше не было. Остались только мысли, которые я не хотела озвучивать — слишком личными они были. У Максима, видимо, тоже не было слов. Он сидел, глядя вниз и бездумно перебирая руками песок.
Чуть позже, когда солнце начало заходить за горизонт, я поднялась и тихо сказала:
— Поехали домой.
Максим поднял на меня голову и кивнул. Мы забрали холодильник, и пошли к машине. Уезжать из этого райского места не хотелось, но я видела, как поглядывал Макс на тихо вибрирующие смарт-часы, извещающие его о входящих сообщениях, которые, наверняка, приходили от Лили.
Глава 6
Рыжая бестия
Как бы я ни старалась, Лиля Липницкая не выходила у меня из головы. Подобно паучихе, она опутала паутиной мои мысли об Антоне и Максе, снова и снова напоминая о своем присутствии в их жизнях.
Собирая сумки, я думала о ней и о том, как ей удалось опутать своими чарами сначала Антона, а потом и Максима. Воронов держался до последнего, но все равно пал перед чарами рыжей бестии. Может, она ведьма? Странно, что гадалка не предупредила меня о ней. Столько всего наговорила, а про эту рыжую — ни слова. Лучше бы про нее меня предупредила. И про аварию. А еще лучше, про Сашу, чтобы я с ним не связывалась.
Интересно, смогла бы я изменить будущее, если бы была предупреждена? Если бы не продолжила знакомство с Сашей, была бы сейчас с Антоном? Узнала бы о его обмане?
В задумчивости я коснулась шеи и провела по ней кончиками пальцев. И как я не поняла, что тату Антона не просто картинка, а нечто символичное, важное для него?
Сначала Лиля, а потом я. Оригинал и копия? Или прошлое и настоящее? Любил ли он ее, когда был со мной?
Машка считает, что двоих и более любить нельзя — только одного, но я знаю, что можно. По-разному, но можно. Ведь любовь не всегда одинаковая. Каждый любит по-своему, с разной силой и с разными обстоятельствами.
Собрав чемодан и дорожную сумку, я посмотрела на стол, где лежали три книги, которые я читала. Сначала взяла все, но потом, подумав, оставила два увесистых романа и положила в сумку миниатюрный легкий детективчик.
Раздумывая, что бы еще взять с собой, я вышла из комнаты и направилась в кухню с целью заварить себе чай. Проходя мимо Машкиной комнаты, я не удержалась и заглянула в приоткрытую дверь. Картина, которую я увидела, несказанно меня обрадовала.
Машка стояла перед кроватью, на которой лежал расстёгнутый чемодан, и задумчиво смотрела на аккуратно сложенные в нем вещи.
— Ты едешь с нами⁇ Едешь с нами⁇ — закричала я, вваливаясь в комнату подруги.
Услышав мой рев, Машка вздрогнула и попыталась отмахнуться от меня, но у нее ничего не вышло. Я налетела на нее и крепко обняла, слегка приподняв.