Рацлава Зарецкая – Такая разная любовь (страница 82)

— Проснулась, проснулась я, маленький ты разбойник! — крикнула я, нехотя поднимаясь с кровати.

Сын Машки, конечно, ребенок очаровательный, но совершенно несносный. Порой мне так хотелось закрыться у себя в комнате, воткнуть наушники и не обращать ни на кого внимания целые сутки, а то и больше. Жаль, что такое не прокатит. Машка достанет меня из-под земли.

Просунув озябшие ноги в старые тапки, я подошла к зеркалу и посмотрела на свое заспанное отражение.

— Ну и чмыреныш, — пробубнила я.

— Ты всегда прекрасна…

— В последнее время я — настоящая бабайка. Скоро Кирюшка будет меня бояться, — сказала я, повернувшись к креслу возле окна.

Он сидел там. В своей синей клетчатой рубашке, немного лохматый и невероятно милый.

— Сама виновата, что перестала за собой следить. Волосы как пакля, лицо несвежее, ногти слоятся…

Я виновато посмотрела на кончики своих волос, а потом на ногти.

— Ты прав, — нехотя признала я.

Повнимательнее рассмотреть кожу на лице я не рискнула, поэтому на всякий случай отошла от зеркала и принялась переодеваться. Из открытого гардероба на меня поглядывал кусочек моего любимого желтого платья.

— Ты давно его не надевала, — сказал Антон.

— Если ты еще не заметил, я вообще не надевала платья в последнее время, — едко заметила я, натягивая спортивные штаны и безразмерную выцветшую футболку.

Я не смотрела на парня, но уверена, что он сейчас закатил глаза к потолку.

Захлопнув дверцы гардероба, я направилась к выходу из своей комнаты. Антон последовал за мной.

— Доброе утро! — бросила пронесшаяся мимо Машка. — Завтрак на столе. Ты не видела Кира?

Подруга остановилась и воззрилась на меня.

— Минут десять назад он долбил в мою дверь, — ответила я, с вожделением разглядывая два больших бутерброда с сыром, ветчиной и салатом.

— КИРИЛЛ!!! — завопила безумная мамаша. — КИРИЛЛ!!!

Закрыв уши, я села за стол.

— Ты еще не умывалась, — упрекнул стоящий рядом Антон.

— Отстань, — прошипела я, наливая в кружку заварку.

— И правда, бабайка, — ехидно заметил Антон. — Что же будет дальше? Чертенок? Баба-Яга?

— Ой, все! — воскликнула я, выскакивая из-за стола.

Тут же ко мне подлетела Машка и спросила:

— Ты нашла Кира⁇

— Нет! — рявкнула я. — Не находила я никого!

Подруга надула губы, обиженно глядя на меня. Хуже Машкиного гнева только Машкина обида.

Вздохнув, я спокойно сказала:

— Посмотри в прихожей. Он любит прятаться за выдвижной дверью гардероба.

— Точно! — воскликнула Машка и, слегка хлопнув себя по лбу, умчалась искать сына.

Посмотрев ей в след, я почапала в ванну.

— Не кричи на нее, ей тоже несладко, — шепнул мне Антон.

— И без тебя знаю, — огрызнулась я, шмыгнув ванну и закрыв дверь прямо перед носом у парня.

— О! Сестра! Дарова!

От испуга я даже подпрыгнула. Занятая своими мыслями, я даже не заметила, что в ванне горит свет.

— Утро, — буркнула я брату.

Дракон повернулся ко мне, демонстрируя наполовину выбритое лицо, и широко улыбнулся.

— Можешь делать свои дела, ты мне не помешаешь, — великодушно разрешил он.

— Спасибо, — с долей сарказма поблагодарила его я.

Почистив зубы и умывшись, я наконец-то приступила к завтраку, однако мне не дали насладиться им в полной мере. В момент, когда я прикончила первый бутерброд и коварно уставилась на второй, мой телефон ожил и начал трезвонить на всю кухню. Сморщившись, я приняла вызов и недовольно буркнула в трубку:

— Я еще ем.

— А я уже около твоего дома. Собирайся быстрее, иначе мы опоздаем на прием, — отчеканил Максим.

— Ну и славно. Надоело туда ходить, — заявила я, демонстративно чавкая в трубку.

— Ты же прекрасно знаешь, что это для твоей же пользы, — устало вздохнул Макс.

Каждый раз в неделю он говорил мне эти слова, и каждый раз я недовольно брюзжала и жаловалась, что не хочу никуда ехать. Интересно, ему когда-нибудь это надоест?

— Собирайся. Тебе и правда это надо, Лис, — сказал Антон.

Он сидел напротив и не сводил с меня своих внимательных карих глаз. Дожевав бутерброд, я вздохнула и ответила Максу:

— Выйду через десять минут.

— Жду.

Я действительно сдержала свое обещание, и спустя десять минут уже сидела рядом с Максом в его машине. В последнее время я собиралась довольно быстро, потому что совсем не красилась и не укладывала волосы, а одежду надевала ту, что первой попадалась на глаза.

Макс окинул меня усталым взглядом, потер переносицу и, ничего не сказав, завел двигатель. По дороге мы никогда с ним не разговаривали. С тех самых пор, как я узнала, что нравлюсь ему, и что он столько от меня скрывал, наша дружба полетела в тартарары.

Если разобраться, так все в моей жизни полетело в тартарары с того момента. Словно кто-то всемогущий насмотрелся на мое недолгое радужное счастье и, сморщившись, нажал на кнопку «стоп».

Поглощенная раздумьями и воспоминаниями, я не заметила, как Макс остановил машину и двусмысленно уставился на меня. Поняв его намек, я со стоном открыла дверь и поплелась к небольшой психотерапевтической клинике.

Каждую пятницу Максим заезжал за мной и отвозил сюда, в это ужасное место, где я чувствовала себя преступницей на допросе. Каждый раз мне не удавалось выкрутиться и не поехать. Воронов обхватывал меня своими ручищами и вел к машине. Пару раз я пыталась вырваться и сбежать, но Макс, разумеется, меня ловил и, испепеляя колючим взглядом серых глаз, обещал в следующий раз найти наручники. Почему-то я ему поверила, и больше физического сопротивления не оказывала.

Ирина, мой психолог, уже ждала меня в своем кабинете. Демонстративно хлопнув дверью, я подошла к кушетке и повалилась на нее как мешок с картошкой. Если уж страдать, то с комфортом.

— Итак, Лиса, как прошла неделя? — задала стандартный вопрос женщина, как всегда, одетая с иголочки.

— Сколько раз просила не называть меня так, — поморщилась я.

Ирина ничего не сказала. Лишь что-то записала у себя в блокноте.

— Моя неделя ничем не отличается от предыдущих, — начала я рутинное повествование своей жизни. — Я работала, лежала, ела, читала, смотрела сериалы. Вот и все.

— И никуда не ходили?

Я помотала головой.

— А хотели бы? Неужели так нравится сидеть все время дома?

— Нравится, — буркнула я, отворачиваясь к окну. Правильное, безупречное лицо Ирины у меня уже в печенках сидело.

— А работа? Не хотите сходить в офис? Увидеть своих коллег?