реклама
Бургер менюБургер меню

Рацлава Зарецкая – Такая разная любовь (страница 36)

18

— Давай, жду тебя, — Машка даже не старалась подделать свой голос под мой.

Закончив разговор, подруга прыснула.

Я тоже хохотнула.

— Он даже не понял, что это не ты, — весело объявила Машка.

— Если трубку возьмет Макс, он тоже не поймет, поверь мне. Мы очень редко созваниваемся. Только переписываемся.

— Ну, у нас еще с тобой голоса похожи, многие путают, — вступилась Машка за Влада.

— Угу, — кивнула я. — Конечно.

Влад пришел быстро. Слишком быстро. Не прошло и десяти минут, как он уже стоял в квартире. Наверно, звонил уже на подходе к нашему дому…

Я поцеловала его в щеку и всунула в руку флешку.

— Ну пока, — сказала я как можно милее и нежнее. Вдруг, обидится, ранимая душа.

— А что вы делаете тут вдвоем? — полюбопытствовал он, заглядывая в гостиную, где на полу стояла пустая бутылка из-под вина и два стакана.

— Ничего, — тут же ответила я, подталкивая его к двери. — Просто женские посиделки. Сплетни и бредни, ничего интересного.

Влад недоверчиво посмотрел на меня, а потом перевел взгляд на Машку, которая стояла рядом.

— Ну ладно, — протянул он. — Тогда я пошел.

— Да, давай, — я помахала ему в след и, закрыв дверь, посмотрела на Машку. Подруга еле сдерживала хохот. Я, глядя на нее, тоже рассмеялась.

— Какой он подозрительный, — сквозь смех выдавила Машка.

— Мне кажется, — сказала я, вытирая слезы от смеха, — иногда он верит в то, что я изменяю ему с тобой.

Тут Машка сползла вниз по стенке, на которую опиралась все это время, закрыла лицо руками и начала гулко и истерично смеяться.

В этот момент у меня в голове что-то щелкнуло, и я уверенно направилась к входной двери.

— Ты куда? — удивленно спросила Машка.

Ничего не ответив, я тихо повернула замок и резко открыла дверь. На площадке, прямо рядом с нашей квартирой, стоял Влад.

— Ты что тут стоишь? — злобно спросила я. Сомнений не было — он пытался нас подслушать.

— Я-я, — замямлил парень. — Я жду лифт!

Я скосила взгляд на лифт, кнопка которого не горела.

— Так у тебя же клаустрофобия! — вспомнила я и, засмеявшись, захлопнула дверь.

Машка смотрела на меня ошалевавшими глазами. Я смеялась как ненормальная.

— Даже не спрашивай, почему я открыла дверь, — сквозь хохот и слезы сказала я Машке.

Подруга, заливаясь смехом, сдавлено кивнула.

Остаток вечера прошел за обсуждением того, как я ловко прищучила любопытного Владюшу.

Глава 3

Дела давно минувших дней

Максим уже выходил из офиса, когда ему позвонил Денис Орлов и потребовал срочной вечеринки.

— По какому поводу? — устало спросил Воронов. Только вечеринки ему сейчас не хватало.

— Ты что, забыл? Сегодня шесть лет твоему клубному бизнесу. Мы просто обязаны это отметить!

Макс устало потер переносицу. Дэну только повод дай.

— Слушай, я жутко устал, — начал было Воронов, но друг его и слушать не хотел.

— Прошу тебя, всего лишь на пару часиков в клуб.

— Дэн, пойми, меня вырубает на ходу!

— Пожалуйста.

— Не хочу.

— Ну пожалуйста!

— Забудь об этом.

— Черт, Макс, как друга прошу, я по тусовкам не ходил с тех пор как с Машкой сошелся. У меня уже ломка. Умоляю, давай хотя бы у тебя посидим.

Максим вздохнул.

— Ладно. Приезжай. Только я крепче пива ничего не буду.

— Тогда я выберу самое крепкое пиво, — пообещал Орлов и отключился.

Подъезжая к дому, Макс краем глаза заметил машину Дениса, стоящую возле его подъезда. Какой же он шустрый, когда дело касается развлечений.

Орлов, заметив друга, вышел из машины и, улыбаясь, направился к нему с двумя набитыми до отказа пакетами. При виде кучи еды и такой же кучи пивных бутылок, Максим тяжело вздохнул — он-то надеялся поскорее отделаться от друга и лечь спать.

Вместе они поднялись в квартиру. Макс отпер дверь, впустил друга и, небрежно кинув ключи на тумбочку, сказал:

— Разбирай все сам, у меня сил нет.

Орлов кивнул, разулся и направился в кухню походкой человека, который ориентируется в квартире друга как в собственной.

Максим прошел в зал и упал в мягкое кресло. У него не было сил пошевелиться. И не было больше сил держать веки открытыми. Из кухни доносился шорох пакетов, звяканье тарелок и шум воды из-под крана. Денис что-то громко напевал своим далеко не чудесным голосом.

Будто медведь на ухо наступил, подумал Макс, сморщившись.

Не заметив как, Воронов закрыл глаза и сполз в кресле. Его сильно тянуло в сон, и он уже начинал отключаться, периодически впадая на несколько минут в дремоту. Денис все еще хлопотал на кухне, но его уже было почти не слышно. Чтобы не уснуть, Макс задумался о том, как и когда познакомился с другом.

Давно…

Это было так давно…

Еще в университете, лет десять назад. Не смотря на то, что Орлов бабник и мудак — Макса он еще никогда не подводил. Из него вышел отличный друг, готовый помочь в любую минуту. Если уж говорить начистоту, то Дэн — лучший друг Макса. Их дружба крепка и надежна, уж это точно.

Еще у Макса есть Лиса. Василиса.

Они вообще знакомы с детства. Макс знает Лису почти столько же, сколько и себя. Он всегда ее защищал, всегда ей помогал, всегда ее любил…

Тут сон сняло как рукой. Глаза открылись, тело напряглось. В голове прочно засела одна мысль: почему именно она? Почему так долго? Почему думать о других даже противно? Почему она всех затмевает?

Макс потер переносицу и вновь закрыл глаза. Попытался расслабиться, но безрезультатно.

Теперь он думал о том, как приехал за Василисой в этот город, потому что боялся, что без его присмотра она наломает дров.

Воспоминания были такие красочные, такие свежие, как будто это случилось только вчера, а не шесть лет назад…

Это был его первый день в этом душном городе. Вокруг все казалось недружелюбным и чужим. Максим не любил переезды, особенно с теплых, уже насиженных мест. Однако в этот раз выбора у него не было. Пришлось оставить дом, чтобы быть ближе к Лисе, следить, чтобы она не наделала глупостей. Василиса приехала всего неделю назад и еще не знала, что он тоже здесь. Воронов догадывался, где ее искать — сегодня открытие нового клуба, она точно это не пропустит.

— Погодка здесь шик, — послышался сзади голос Дэна, который жил в этом городе с самого рождения.

— По мне, так слишком жарко, — сказал Воронов, вытирая мокрый лоб тыльной стороной ладони. Он не любил жару.