Рацлава Зарецкая – Такая разная любовь (страница 103)

Марк неуверенно кивнул, затравленно глядя то на меня, то на Машку. Он вообще, кажется, забыл, как шевелиться. Замер на одном месте, не зная, что ему делать в такой ситуации. Бедный, я бы тоже, наверно, растерялась.

Тем временем у Машки прорезался голос, и она закричала так, что, наверно, подняла весь дом — мы приехали в седьмом часу утра.

— Какого хрена тут происходит??? Почему этот тип ходит голым в моем доме???

К кому обращалась подруга, было не совсем понятно. Она смотрела куда-то между мной и Марком, отчего казалось, что спрашивала она у воздуха. Разумеется, ни мы, ни воздух ей ничего не ответили. Как бы ни хотели, мы не знали, что ей сказать. Знала только Кристя, которая, как по команде, вылетела из своей комнаты растрепанная и похожая на барабашку.

Увидев сестру, Машка нервно моргнула и прокричала:

— Что тут происходит⁇

— Маша, спокойно, — пролепетала Кристя, поправляя лезущие в глаза волосы, которые, наконец-то, стали нормального, естественного цвета — чуть темнее, чем у сестры. — Я тебе все объясню сейчас.

— Что ты мне объяснишь⁇ Как в моей квартире оказался чужой раздетый мужик⁇ Ты зачем его вообще впустила⁇

— Вообще-то он не незнакомый, — подал голос Дракон. — Он нам помог Ваську найти. А еще с Кристей занимался всякими делами…музыкальными.

Я толкнула Даньку локтем — его тупые намеки могут превратить Машку в монстра. Благо, она их не поняла.

— Мне все равно, что он сделал! Этот человек нам не друг и не родственник! И вообще, надо было спросить сначала у меня, можно ли его впустить! А еще надо было предупредить, что ты приедешь! Почему не позвонила?

— Ты же была на отдыхе, я не хотела тебя тревожить, — пролепетала Кристя.

— Хотя бы сообщение написала! Явилась, пока нас нет, непонятно кого пускаешь в дом…

Подруга вдруг резко оборвала свою речь и, нахмурившись, быстро захлопала глазами. Это могло значить только одно — она начала складывать два и два. Сейчас все поймет, и будет такое мракобесие, что даже в Аду удивятся.

— Пойду я за Киром схожу, — объявил Данька, понявший, что назревает что-то страшное.

Я не успела моргнуть, как его уже сдуло. Везучий, я бы с удовольствием тоже куда-нибудь сбежала. Блин, надо было еще на вокзале согласиться поехать с Максом в кафе, но я так хотела уединиться у себя в комнате и подремать. Видимо, теперь мне это не светит…

— Так, — подозрительно тихо начала Машка.

Марк и Кристя вздрогнули, как по команде и затравленно уставились на Машку, как на палача.

— Вы что, вместе? — голос подруги все еще был очень тих.

От напряжения я закусила губу. Сейчас громыхнет. Вот сейчас…

Кристя, сжав кулаки, шагнул ближе к Марку и уверенно объявила:

— Да, мы вместе! И даже хотим пожениться. Вот! — девчонка выставила вперед правую руку и продемонстрировала нам аккуратнее колечко с камушком.

— Ого! Красота какая! — воскликнула я, увидев украшение. Ювелирка всегда была моей слабостью. — Это платина? А камень какой? Бриллиант? Красотииища!

Засмущавшись, Кристя принялась отвечать на мои вопросы. Марк наблюдал за нами с робкой улыбкой. Такой высокий, взрослый и сдержанный в сравнении с Кристей. Пусть они такие разные, но смотрятся вместе потрясно. Как будто сошли с экранов романтических мелодрам.

— Кристин, ты с ума сошла? — голос Машки был тихим, но от этого не менее угрожающим.

Мы втроем сразу же повернулась к ней, нервно сглотнув.

— Ты еще юная, у тебя все впереди! Зачем он тебе? Какая у вас разница? Десть лет? Двенадцать? Это смешно, Кристин. Представь, что скажут родители?

— Да какая разница, Маш? — воскликнула Кристя. — Сейчас не восемнадцатый век. Я люблю его! И он меня любит! — Она посмотрела на Марка таким умилительным взглядом, что я чуть не прослезилась. Захотелось закричать: благословляю вас, дети мои!

Машка, насупившись, смотрела на парочку.

— Нет, это смешно. Я такое не поддержу. Пусть он выметается отсюда.

Мда, пора уже вклиниться мне в этот разговор. Кашлянув, я заметила:

— Знаешь, Машенька, что действительно смешно? — Кристя с Марком с интересом уставились на меня, а подруга подозрительно сузила глаза. Выдержав томительную паузу, я продолжила: — То, что ты сошлась с Данькой. После всех ваших перебранок и заверений в том, что вы друг друга ненавидите.

— Я, кстати, никогда не говорил, что ненавижу ее! — подал голос из коридора Дракон.

Все устремились взгляды на тихо вошедшего Даньку. Интересно, он вообще уходил? Или все это время прятался в коридоре и подслушивал? Какие же все-таки мужики любопытные!

— Ты же за Кириллом пошел! — воскликнула Машка.

— Я забыл кошелек, — оправдался Данька. — Чем мне, по-твоему, за проезд платить?

— Дань, подтверди, пожалуйста, мои слова, — попросила я брата.

— Подтверждаю, — кивнул он. — Мы с этой странной женщиной мутим любовь. Все, я ушел за ребенком!

— Стой, сволочь! — гаркнула Машка и, сорвавшись с места, полетела вслед за Данькой.

Увы, мы так и не узнали, чем все это закончилось. Может быть, Даньку побили, а может, расцеловали, но только после того, как побили.

В общем, мой аргумент подействовал, и Машка более-менее смирилась с отношениями Марка и Кристи.

Оказывается, Кристя привезла Марка, чтобы официально представить его семье, а так как он уже давно продал свою квартиру, предложила ему пожить у нас, пока мы благополучно отдыхали в Крыму. Наше возвращение было неожиданным, поэтому эти двое не успели подготовиться. Зато встречу с родителями Кристи они репетировали почти два дня, пока Марк не сдался и не сказал, что пусть все будет так, как будет, и заучивать приветственную речь он не собирается.

К слову сказать, все прошло нормально. Да, были истерики и мама Кристи даже пила валидол, но в итоге, скрепя сердце, Марка приняли, как вскоре приняли и Даньку. Так что теперь у меня на горизонте маячили целых две свадьбы.

Все это, а еще и предыдущие события, я записала в толстый бирюзовый ежедневник, который купила в книжном магазине на распродаже. В какой-то момент я вдруг поняла, что мне надо записывать то, что со мной происходит. Иначе говоря, вести дневник. Вот только в своих записях я обращалась не к дневнику, как это обычно бывает в стереотипах, а к Антону. Будто бы все это я рассказывала ему, чтобы он ничего не упустил. Возможно, я потом ему это прочитаю, если смогу к нему попасть. О том, что он когда-нибудь сам сможет взять в руки мой дневник и с ухмылкой прочитать его, я даже не думала, однако какая-то часть моей души все еще ждала его и все еще надеялась на лучшее.

Глава 14

План «Б»

Лиля просматривала Инстаграм Макса и, кусая ноготь, сверлила недовольным взглядом его фотографии с отдыха. На каждом снимке была Лазурина. Абсолютно на каждом. Улыбающаяся, беззаботная и легкая, словно ничего не случилось. Если бы Антон был в сознании, Лиля бы обязательно показала ему эти фото. Не из-за того, чтобы их разлучить, нет — Бессонов давно был ей не нужен. Просто Липницкая любила указывать на недостатки, на темную сторону человека. Ей не нравилось, когда эту сторону скрывали, поэтому никогда не прятала свою — пусть все знают, какая она.

Фотографии ужасно раздражали Лилю. Во-первых, потому что их нельзя было никому скинуть, а во-вторых, потому что на них не она. Девушка была почти уверена, что ей удалось заполучить Макса, но внезапно вмешалась эта Лазурина, которая вдруг ожила и снова начала липнуть к Воронову. Этот остолоп тут же забыл о Лиле, поддавшись чарам своей зазнобы. Сколько Липницкая ни убеждала Макса в том, что его драгоценная Василиса никогда не будет с ним, все было без толку.

В отчаянии Лиля даже спуталась с бывшим женихом Лазуриной, который оказался настолько мутным типом, что даже было не понятно, как его зовут на самом деле. А потом он еще и сиганул со скалы, придурок. Благо, никого рядом не было, и смерть этого идиота осталась незамеченной. Лишь она и Макс об этом знали. Кстати, Воронов так испугался, что Лиля все расскажет, что даже предложил ей денег. Еще один идиот. Рассказывать о таком ей совершенно не выгодно. Пока что.

То, что случилось в тот день, немного прочистило Лиле мозги. Она убедила себя в том, что от Макса Воронова надо отстать. На некоторое время.

Всю дорогу домой из головы Лили не выходил Игнат Галицкий. Она соврала, что не помнила его. Разумеется, помнила. Такие люди не забываются.

Они встретились в Париже, на Монмартре. Он сидел на складном стуле и позировал уличному художнику. Увидев его, Лиля удивилась: как можно было сидеть на ущербном низком стульчике и при этом выглядеть, как бог? Внешность Игната была далека от идеала Лили, однако этот мужчина привлек ее внимание своей харизмой и глазами — яркими, зелеными, с пляшущими в них огненными искрами.

Галицкий тоже приметил Лилю. Шел за ней до самого отеля, а потом окликнул и пригласил на кофе. Признался, что без ума от рыжих. Вел себя как дерзкий рыцарь. Лиля хорошо провела с ним время, но от его предложения начать отношения отказалась. Как бы хорошо ни было с зеленоглазым, ее целью был Максим Воронов.

Теперь же Лиля была бы не против снова встретиться с Игнатом. Порывшись в столе, она быстро нашла его визитку. Игнат Галицкий был богатым наследником корпорации, что делало из него очень и очень желанного жениха. Он рассказывал, что уже был женат однажды, но брак закончился на трагичной ноте. Сейчас, возможно, Игнат снова женился, однако позвонить ему Лиля все же хотела.