Расул Абдуразаков – Обод (страница 3)

Этой ночью Иван не спал. Он остался у себя, чтобы в сотый раз проверить всё расчёты своего изобретения, суть которого была бы настолько непонятно простому обывателю, что и объяснять, даже простым языком, не имело смысла. Он не делал этого и относительно Насти, но пустил её в тайную комнату, посмотреть. Увидев обод времени со сложным навесным оборудованием и множеством компьютеров, она с сожалением подумало только о том, что забавы взрослого мальчика могут зайти слишком далеко.

"Фантастика, да и только, сказка для успокоения души" – подумала девушка, вздохнула и улыбнулась Ивану, сидящему в кресле, с довольной и слегка наивной физиономией победителя.

– Я решил завтра запускать программу. Как думаешь во сколько? – Гладков покрутился в кресле, потерял тапочек и чуть не упал, пытаясь зацепить его на лету.

– Давай, тогда уже с утра, после завтрака – невозмутимо ответила Анастасия, как будто это касалось обыденной прогулки, а не предполагаемого путешествия во временном пространстве. Она, в который раз, обходила блестящий круг, внимательно рассматривая приборы. Обод, будто, магнит притягивал своей неповторимой идеальностью. Он манил в далёкие дали и тут Настя, неожиданно, представила реальность происходящего. Они с Ваней стоят посреди необъятного, с выжженной жарким солнцем травой, плато. К ним, не спеша, приближаются, леденящие душу и кровь, тираннозавры, а в небе громко кричат огромные, древние птицы, завидевшие лёгкую добычу. Стало не по себе, на лбу выступила холодная испарина и засосало под ложечкой. Она помотала головой, отбрасывая навязчивое видение и быстро вышла из комнаты, хлопнув дверью. Ночь они провели раздельно и этим дождливым утром Анастасия отправилась на такси к Ивану с огромным саквояжем тёплых вещей.

"И почему я это делаю? – мысленно удивлялась девушка, наблюдая за скатывающимися каплями дождя по тонированному стеклю автомобиля.

"Ну ладно Гладков верит в свою машину, но я? Зачем вещи зимние взяла? Хорошо пусть всё будет максимально правдоподобно. Игра так игра" – Настя пришла к соглашению с собой и приняла чемодан из рук услужливого таксиста.

Он встретил её у порога. Серьёзный и сосредоточенный Иван был одет в лёгкий спортивный костюм, а на диване лежали приготовленные зимние вещи. В комнате, возле обода, находились упакованные рюкзаки, пару баулов и всё это необходимо было как-то разместить на себе. Сначала они устроили тренировку, то есть надели зимние вещи, поверх джинсовых костюмов, взяли всю поклажу и с огромным трудом уместились в кольце. Настя, намереваясь устроиться по удобней, переставила ногу в тёплых унтах с толстыми шерстяными носками, покачнулась, потеряла равновесия и под весом рюкзака упала, не выпуская из рук увесистых сумок.

"Совсем заигралась" – сказала себе Анастасия, лёжа на полу и чувствуя, что порядком вспотела, летним днём, под пуховиком и вязанной шапкой с длинными ушами. Потом они попили кофе, сняв с себя тяжёлую одежду, ещё раз всё обговорили и через час уже с запущенной программой снова впихнули себя со всеми вещами в узкое поле обода. Насте всё это порядком утомило, и она с нетерпением ждала часа икс, чтобы, потом, после полного провала, успокоить, пожалеть и уговорить любимого навсегда оставить свою детскую мечту в прошлом. Довольная, своей женской хитростью, она с интересом наблюдала как осветился круг и множеством разноцветных глазок, замигали датчики. Дальше стало ещё любопытней. Вокруг них появилось еле уловимое, прозрачное облако, которое слегка колыхалось, преломлялось и становилось плотней, будто с каждой секундой что-то увеличивало толщину мутного стекла. По телу девушки пробежали мурашки, она дёрнула плечами и шмыгнув носом уткнулась в Ванину спину. Гладков был величественно спокоен. Ни капли напряжения, никаких волнений и переживаний, как опытный и уверенный спортсмен перед стартом. Появился неприятный звук, похожий на гул напряжения в многовольтных проводах, который постепенно нарастая, становился болезненным для барабанных перепонок. Облако уже почти потеряло свою прозрачность, стало темнеть, превратилось сначала в серый цвет, а затем, постепенно увеличиваясь, наполнялось чёрными тонами. Насте стало страшно. Она, не имея возможности освободить руки, пыталась прокричать Ивану, но колеблющийся гул, как будто, поглощал всё другие шумы, оставляя пространство только для себя и своих жертв. Гладков же, наоборот, ощущал прилив радости и торжества, лишь только стало больно в ушах, слезились глаза, а в голове стучали молоточки, отдаваясь во все органы. Давление в ушах возрастало. Иван помотал головой, невыносимая боль переместилась в голову, и он отключился. Почувствовав тошноту, девушка, попыталась поднять голову вверх, ещё немного и она, наверное, сойдёт с ума от этого гула и всепоглощающего страха. В отчаянии, на ударила головой в спину Гладкова раз, второй, третий, а на четвёртый попала в пустоту и всё очень быстро закружилось перед глазами. Иван падал, увлекая за собой Настю, которая уже ничего не чувствовала, так же находясь в бессознательном состоянии. Обод покатился вниз, а они остались лежать на тёплой земле, вперемешку с рюкзаками и большими баулами, слетевшими шапками и толстыми варежками.

В комнате съёмной квартиры Ивана, за крепко закрытой дверью, стоял устойчивый запах гари. На том месте, где только что стоял обод, остался выжженный в линолеуме продолговатый след. Надрывался, оставленный на подоконнике, сотовый телефон, приглашая своего хозяина ответить. Это звонила мама Гладкова, чтобы, поговорить с сыном, не забыв при этом, в очередной раз, упрекнуть его за очень редкие звонки родителям. Телефон замолчал, приблизившись от вибрации к краю, а сквозь щель между плотными шторами проглядывало стекло окна, в которое бился разгулявшийся дождь.

3

Первой пришла в себя Анастасия. Она, с огромным трудом оторвала голову от твердого рюкзака, сослужившего роль крайне неприветливой подушки, и ощутила ужасную слабость и боль в затёкшей шеи как, впрочем, и во всём теле. Настя, посмотрела в звёздное небо, которое оказалось самым привычным, перевела взгляд на Ивана, приблизилась к нему на четвереньках и без сил легла рядом, чтобы через секунду провалиться в чёрную пустоту сна.

Ранним утром, когда они всё ещё спали, когда к ним осторожно, готовое в любую секунду ретироваться, приблизилось животное. Чем-то похожее на собаку или волка средних размеров, с бело-рыжей шерстью и очень длинными, свисающими ушами, как у собаки породы Бладхаунд. Вытянутая и плоская морда этого существа придавало ему отдалённое сходство с небольшим крокодилом, у которого пасть покрылась шерстью, а мощные ноги заканчивались круглыми лапами с перепонками. Безобразное, для нашего глаза, существо всё внимательно обнюхало, осмотрело, умными, тоскливыми глазами и крадучись подошло к людям. Немного посидев, эта, с позволения сказать собака, протянула длинную морду к Ивану и принялась яростно лизать его лицо.

– Пошла вон, скотина! – Гладков проснулся. Не понимая откуда у него в квартире появился пёс и что вообще происходит, он заморгал глазами вспоминая предшествующие события.

Скотина, в виде уродливой собаки, отбежала на безопасное расстояния и принялась издавать громкие звуки, похожие звонкое хрюканье возмущённой свиньи.

– Ты кто? – спросил Иван, слегка опешив при виде этого чуда. Он всё вспомнил и теперь пытался разбудить Настю, аккуратно хлопая её по щеке. Было очень душно. Он расстегнул на девушке пуховик, достал из кармана бутылочку с водой и брызнул ей на лицо. Она открыла глаза и продолжала лежать, воссоздавая в голове, всё что было до этого. Настя села и дрогнувшим голосом произнесла: – Неужели у тебя получилось? – она посмотрела на животное, глуповато улыбнулась и принялась снимать тёплую одежду, поглядывая на хрюкающую собаку.

– Что это за странный бобик? «Где мы вообще?» – спросила девушка и подумала про себя, что скорей всего это хорошо спланированный Иваном розыгрыш. Он усыпил её, перенёс сюда и где-то откопал похожее на чудо-юдо существо, которое сейчас сидело метрах в двадцати от них, теперь уже молча наблюдая за молодой парой.

– Не знаю – казалось, что Ваня был искренен, но она ему не верила. Настя пыталась разговорить Ивана, сказать правду, но он пожимал плечами, делал круглые глаза и стоял на своём. Она ругалась, обижалась и даже пыталась плакать. Всё было без толку, Гладков не признавался, продолжая утверждать, что это не шутки, всё серьёзно, по-настоящему, а где они, он и сам не знает. Спор их прервала собака или не собака, которая легла на живот, аккуратно подползла ближе и громко, не зло, жалобно-призывным хрюканьем, будто, принялась с ними разговаривать, успокаивать и мирить. Теперь оно, показалось им уже привлекательным, и, если бы не очень необычная морда, животное могло бы сойти за крупную, охотничью собаку. Настя вынула из рюкзака и протянула существу толстую, питательный брикет из аварийного рациона, которая была мгновенно смахнута с её ладони широким и длинным языком. Животное завиляло коротким хвостом, громко крякнуло и довольно хрюкнуло. Своим поведением, существо очень походило на собаку, и они окрестили его Бобби, от бобика. Теперь собака невозмутимо сидела рядом и оглядывала окружающее пространство, словно, охраняла своих любимых хозяев. Остывший накал страстей позволим им наконец осмотреться, собрать вещи и спокойно поговорить. Анастасия успокоилась, обняла Ивана, в душе сохраняя надежду, что они где-то недалеко от дома, а главное в своём времени, в чём она была абсолютно уверенна. Сейчас они находились на возвышенности холма, слегка покатой полянке, которая, дальше, переходила в длинный, покрытый травой склон. Вокруг росли неизвестные цветочки, похожие на ромашки, только красные, а внизу, где заканчивался холм, начинался редкий лес. Было очень тепло и даже душновато и молодая пара, сняв с себя тёплую одежду, уложили её в вакуумный пакет, предусмотрительно приготовленный Гладковым. Иван обошёл поляну в поисках своего круга времени и предположив, что он скатился вниз, отправился по склону, к лесу. Настя шла следом, а рядом с ней, практически возле ноги, как преданный пёс, следовал Бобби. Появились первые деревья, разных видов и им доселе неизвестные. Это были в основном крупные породы с длинными ветвями и очень маленькими, совершенно круглыми листьями. Попадались и хвойные деревья, без веток, с огромными, редкими иглами, растущими непосредственно из ствола. Обода не было. Они прошлись по правой стороне подъёма на холм, затем вернулись и пошли в другую сторону. По пути встретили ручеёк, попили, набрали фляжки и котелок. Только обойдя сопку, с другой стороны, они, наконец, нашли пропажу. Обод, разогнавшись по покатому склону, залетел между двух деревьев и сильно пострадал, накрепко застряв в тисках мощных стволов. Практически все приборы были разбиты или помяты, некоторые болтались, чудом удерживаясь на тонких проводах. Это была катастрофа! Гладков сел на землю, обхватил голову руками, сгорая от страшных мыслей: – "Если, они действительно, переместились, что скорее всего так и есть, то это навсегда, на всю жизнь. Надежда, конечно, есть на цивилизацию, где он сможет всё наладить, но где они оказались? В будущем или далёком прошлом? Вот и сбылась мечта идиота!"