Расселл Джонс – Выше головы! (страница 167)
— Разве?
— Да.
— Просто оговорился!
— Нет, не просто, — она убрала руку и даже попыталась отодвинуться, но в гамаке это сложно. — Рэй, я очень хорошо понимаю, как была неправа с тобой. Как несправедливо поступала…
— Да хватит уже! — воскликнул я, но она перебила:
— Дослушай. Я должна это сказать. Я сама не ожидала от себя такой реакции! Наверное, это материнский инстинкт. Я должна была как-то реализовать его, по крайней мере, признаться себе в нём, а вместо это позволила ему командовать мной… Ты всё ещё обижаешься на меня? Злишься?
— Нет. Мне как-то не до этого… — признался я.
— Я едва не разрушила твою жизнь, пытаясь сделать тебе лучше. Как профессор Хофнер, который хотел оставить всё, как есть, и согласился вот на это, — я знал, куда она указывает. — И ты принял это, потому что выбора у тебя тогда не было, а я отчего-то вообразила, что это потому, что ты был согласен…
— Жалеете?
— Ужасно! — вздохнула она. — Я бы хотела, чтоб ты и меня называл по имени! Как своего Ниула.
— Он не «мой», — шёпотом возразил я. — Вообще я скоро улетаю. Надолго. Вот, пришёл повидаться. И поздравить с Новым Годом.
— Спасибо! — она вновь расслабилась и даже опустила голову мне на плечо. — Мне это нужно. Наверное, лучший подарок — знать, что я не совершила ничего непоправимого, и ты можешь жить дальше. И очень удачно жить…
— Вы тоже должны, — отозвался я. — Если когда будете куда-то баллотироваться, зовите меня — помогу.
Она расхохоталась и вновь обняла меня, а потом аккуратно столкнула с гамака:
— Иди! Спасибо, что зашёл, но не нужно зацикливаться на прошлом… С наступающим тебя Новым Годом и с удачным завершением всех дел! Заранее поздравлять с победой не буду, но всё равно — поздравляю. Хороший был год, Рэй, трудный, но хороший!
— Да. И вас тоже, — я осторожно прикоснулся губами к её виску и поспешил прочь, не оглядываясь.
К счастью, мне никто не встретился по пути к выходу, и когда я покидал Сад, на лице у меня уже не было ничего, кроме приветливости, только глаза немного покраснели. Наверное, из-за высокой влажности и слишком яркого света.
Правильно было снова повидать её — и убедиться, что она такая же. Почти такая же. И может быть, через год ей станет ещё лучше, а я стану ещё «выше и сильнее», и вообще перестану беспокоиться на её счёт… И всё равно сохранялось такое чувство, как будто мы расставались навсегда. А ещё я вдруг понял, что она никогда-никогда не вернётся в Администрацию.
— Привет! — человек, с которым я чуть я столкнулся, был удивлён не меньше меня.
Зере. Куда она шла? Откуда? Какая разница? Я смотрел ей прямо в лицо и не мог удержаться от счастливой улыбки.
Через два дня я покину «Тильду», а потом мы увидимся через год или даже десять. Наверное, извинения Леди Кетаки так повлияли на меня: я понял вдруг, что многие вещи надо делать тогда, когда они делаются, а не ждать «удобного» момента. Удобный момент прямо сейчас. А послезавтра вообще Новый Год — время завершать все дела. Так чего тянуть?
— Хорошо, что я тебя увидел, — сказал я, даже не поздоровавшись и с удивлением осознавая, что дар речи по-прежнему со мной. — В общем, я хотел признаться. Я тебя люблю. Влюбился, как дурак, и ничего не могу поделать с этим! С первого взгляда, с того первого дня. Если тебе когда казалось, что я вёл себя странно, это поэтому. Я всё понимаю, что ты не можешь и вообще. Просто хочу, чтоб ты знала об этом.
День XVI: Влюблённые
Выборы мы проспали.
То есть не совсем проспали — заветное действо длилось двадцать четыре часа, чтобы могли поучаствовать все смены. Но время до обеда считалось самым важным, и мне следовало там быть — рядом с Ниулом, поддерживая и ободряя, всё-таки я его во всё втянул… А я был рядом с Зере, но стыда за это не испытывал.
— Как насчёт встретить вместе Новый Год? — спросила она, заметив, что я уже проснулся.
— Да, — прошептал я.
— А потом вместе улететь на планету?
— Серьёзно? — переспросил я, пребывая в полудрёме и потому справедливо считая её необыкновенно приятные слова частью сна.
— Только я не буду заниматься камиллами — пойду по специальности. У меня же микология… Но мы сможем встречаться! Что такое?
Я снова застонал, но продолжал держать глаза закрытыми, чтобы не спугнуть приятное наваждение.
— Это не сон. Я, правда, это говорю!.. Ты бы видел, какая у тебя сейчас довольная мордочка! — захихикала она, и тогда я позволил себе окончательно проснуться.
Вокруг меня была комната, которой я удивился ещё вчера вечером. Потолок и стены здесь были покрыты золотистым мехом с бежевым подшёрстком и тёмными крапинками. Я даже успел погладить эту красоту, хотя был занят совершенно другим
Рядом со мной лежала, лукаво улыбаясь, женщина, которую я любил и на интерес которой даже не рассчитывал! Я просто хотел высказаться — выплеснуть свои мысли, получить закономерное: «Нет, извини», — и с чувством выполненного долга перелистнуть эту страницу. Она же, выслушав моё сбивчивое признание, сказала с заметным удовлетворением: «Годится!» — взяла меня за руку и увела к себе. И почему-то совсем не возникало желания спрашивать, что она на самом деле думает, чувствует и хочет. Мне хватало того, что она озвучила: согласие на разовые отношение. А теперь речь зашла про «встретить Новый Год вместе», а потом ещё и улететь со мной на планету…
Тут я вспомнил про время, и, закрыв лицо ладонью, снова застонал.
— А теперь что? — заинтересованно спросила она, лежа на боку и опершись на локоть.
— Завтрак я пропустил! Понимаешь, я завтракаю всегда в одном месте, в «Огоньке», с одной семьёй…
— Юки и Брайном Ремизовыми, — подсказала она. — Я знаю. Плохо, это точно…
С полочки рядом с кроватью я взял один из снятых альтерных браслетов, чтобы проверить будильник. Оказывается, этот поганец, удостоверившись, что я крепко сплю (причём уснуть я смог только под утро), послал Юки вопрос: «Будить или не будить?» Она великодушно разрешила не будить и даже написала, что совсем не обижается.
«Милая Юки», — подумал я и осторожно спросил:
— А ты давно знаешь, что… Ну…
— С первого дня, — невозмутимо отозвалась Зере и провела пальчиком у меня по лбу. — Вот здесь у тебя зажглась надпись «Втрескался» — большими такими красными буквами. А из ушей пошёл пар.
— Прямо-таки пар… — пробормотал я. — А что ж ты молчала и ничего не делала?
— А я должна была что-то делать? — удивилась она. — Это ты втрескался — с тебя и поступок, — и она не больно щелкнула меня по кончику носа.
Справедливо, и я устыдился своего глупого вопроса… Так и подмывало спросить, что же чувствует она, но я крепился, и вместо этого уточнил:
— Ты случайно не спамер? Тайный?
— Не-а, — она перекатилась на спину и сладко потянулась. — А давай закажем обед сюда? Фердинанд в честь Нового Года делает какие-то сказочные слоёные штуки. Такие крохотные, на один кус. И миллион начинок внутри! Давай закажем корзину, возьмём какой-нибудь фильм — и весь день проваляемся в постели?
— То есть как? — рассеянно поинтересовался я, внимательно глядя на её упражнения.
— Прямо так! У тебя кстати, как, много бонусов? Доставка будет кусаться…
— Бонусов? Бонусы есть, но…
— А ты никогда так не делал? И проголосуем лежа… Не волнуйся! Справятся без тебя!
Я крепко вцепился в себе в волосы — предполагалось, что от этого прояснится в голове. Но я даже не мог выбрать между голодом и Зере! Она же, прекрасно понимая моё состояние, продолжала потягиваться, перекатываясь с боку на бок, и, я заворожённый этим зрелищем, позабыл о пустом желудке.
— Красивая у тебя комната, — заявил я невпопад, садясь на постели. — Никогда такого не видел! Не жалко будет расставаться? Или перенесёшь туда?
— А там разве сидят по комнатам? — спросила она, ловко развернулась — и обхватила меня ногами за талию. — Я слышала, там суровые тэферы заезжают в купола только на время бурь, а всё время проводят в своих зроа посреди пустыни.
Я вспомнил о вездеходке — и сразу же попытался представить, сколько там места. «Но есть же и побольше, на двоих человек!»
— Значит, оставишь здесь? — я принялся поглаживать её стройные бёдра — и как-то сразу понял, что обед можно отложить.
— Она мне по наследству досталась, — отозвались Зере, подложив руки под голову с таким видом, как будто была на приёме у массажиста. — Когда я только сюда прилетела. Они были страшно рады, что к ним просто так перевёлся молодой специалист, и сразу начали обсыпать меня подарками!
— «Они»?
— Админы, — пояснила она. — Ребята в управлении. А здесь раньше жила Егинe Лоран — ну, знаешь, известный дизайнер.
— Нет, не знаю, — улыбнулся я, любуясь любимой женщиной и не желая думать о чём-то ещё.
— Да ты что?! — к моему неудовольствию, Зере приняла вертикальное положение, а потом вообще встала с постели. — Странно, что про неё ещё ничего не сняли! Такая жизнь! Летает от станции к станции, останавливается на несколько лет — и оформляет комнаты. Под заказ и просто так. Причём не всегда известно, над чем она работала… Она улетела на «Финеллу» в тот же сеанс, в который прилетела я. И эту комнату ещё не успели распределить… Я сразу в неё влюбилась! Так что ты будешь? — она подошла к стене, вывела меню.
— Закажи мне что-нибудь на свой вкус… Только не капусту! Ладно, давай я сам, — и я включил экран на противоположной стороне.