Рамина Латышева – Жемчужина Зорро (страница 88)

– Вы передадите письмо сегодня?

– Да.

– А еще вопрос?

– Какой?

– Где будет встреча?

– На берегу.

Изабелле непроизвольно ударили в голову воспоминания о ее первом поцелуе и черной жемчужине, которая и сейчас, словно оберег, лежала у нее в кармане. Она даже немного сжала бока Арабики, на что животное с новой силой рвануло вперед.

– Неплохо катаешься, детка, – крикнул Зорро, когда Изабелла почти вышла с ним на одну линию.

– Дайте нам с Арабикой привыкнуть друг к другу, и мы будем быстрее ветра.

– Это ниша уже занята Торнадо.

– Ничто не вечно.

– Нет ничего проще, чем проверить это.

– Я согласна!

– Назначай день.

– Хоть завтра.

– Не боишься проиграть?

Изабелла презрительно фыркнула, Зорро рассмеялся. Девушка сама не поняла, как слово за слово они договорились о самых настоящих соревнованиях, назначенных на завтрашний вечер, куда входил конный забег, поединок на шпагах и метание ножа в цель. При этом, с точки зрения Изабеллы, она все продумала: ни один из видов состязаний не требовал от нее применения силы, потому что Зорро пообещал, что поединок на шпагах будет отражать исключительно ловкость и навыки фехтования, а не физическую подготовку.

Несомненно, если бы не эта бешеная скачка и не воздух свободного края, она бы даже не подумала заикнуться о таком необычном времяпрепровождении, но ощущение полета и надежного плеча в нескольких метрах от нее вытеснили из головы все страхи и сомнения. Более того, молодой человек практически окрылил ее, признав, что эта бесшабашная идея насчет Дымки сослужила им в конечном итоге хорошую службу. Ведь даже если кто-то и увидел бы рядом с ним юную особу, своим видом напоминающую английскую принцессу, он ничего не смог бы доказать, ибо маска, скрывавшая половину лица, перевешивала все возможные аргументы.

Лошади парили над землей, почти не касаясь ее.

– А долго еще? – крикнула Изабелла.

– Видишь впереди темную ровную полосу? Это океан.

– Но это же так далеко.

– Не больше десяти минут. – Зорро посмотрел в сторону спутницы. – Если, конечно, ты не устала.

Девушка ничего не ответила, почти слившись со спиной Арабики.

– Молчание, полагаю, означает согласие?

– Никогда.

– Упрямая девочка.

– Это поможет мне выиграть.

– Готов поспорить об обратном.

– Принимаю.

– На что спор?

– Как в первый раз.

Зорро от неожиданности придержал Торнадо.

– Уже готова к столь близкому знакомству?

– Уже готова снять с Вас маску, – вырвалась вперед Изабелла.

– Ты не первая, кто этого хочет.

– Но я первая, кто это сделает. Поэтому советую Вам не надевать маску уже на соревнования.

– А тебе советую вообще ничего не надевать.

Изабелла, пролетая мимо отяжелевшей ветки какого-то дерева, сорвала увесистый плод и запустила им в обидчика. Зорро со смехом увернулся и, на всякий случай, сохраняя дистанцию, прокричал:

– Мне нравится, когда ты злишься.

– Вам не повезет, если я разозлюсь по-настоящему.

– Побереги эмоции для подходящего случая.

"Разбойник в шкуре аристократа!" – разгневанно подумала про себя Изабелла.

Так, препираясь и перекрикиваясь, молодые люди домчались до побережья, за оставшуюся часть пути оговорив и значительно расширив предполагаемые награды победителей. Зорро в случае проигрыша обещал больше не называть Изабеллу "деткой", а также обязался дать исчерпывающие ответы на любые три вопроса, касавшиеся его деятельности. Изабелла же, в случае выигрыша своего противника, должна была выполнять все его желания в течение любых трех дней, которые им предстояло провести вместе.

– Стой! – скомандовал Зорро и, осадив Торнадо, спрыгнул на землю.

Изабелла остановила Арабику и последовала его примеру.

Вокруг было тихо. Слышался шорох листвы, всплески ночного прибоя и даже легкий шум брызг, изредка долетавших до середины скал.

Девушка отдышалась от невероятного галопа, который она могла испытать лишь на этой земле и лишь на лошади, предоставленной ей ее покровителем, и осмотрелась. Казалось, кроме них двоих здесь никого не было.

– Я оставлю вас часа на три. Возможно, больше, – предупредил Зорро. – Старайтесь держаться в тени деревьев.

Девушка интуитивно подвинулась ближе к нему и еще раз изучила знакомую прибрежную поляну. Ей стало не по себе. Но не потому, что они были сейчас одни, и не потому, что она должна была встретиться с человеком из другой жизни. Какое-то смутное предчувствие бередило ее душу. Такое необъяснимое и такое сильное, что у нее начали подрагивать ноги. Ей не было страшно, но она чуть не задохнулась от избытка воздуха, внезапно заполонившего ей грудь.

Зорро был так легок и общителен всю дорогу. Он препирался с ней словно подросток, чье поведение было ему явно чуждо, как по возрасту, так и по положению. Он вывел ее на эту будоражащую мысль о соревнованиях, уступил во всех ее требованиях и правилах. Он… неужели он снова отвлекал ее? От чего? От встречи с сэром Ричардом, к которой она и так подсознательно была готова со вчерашнего дня? Но зачем? Это были явно лишние действия, а молодой человек никогда не тратил слов и времени впустую.

– А он точно придет? – выдавила Изабелла, не в силах больше выносить гнетущую тишину.

Зорро вместо ответа отошел ей за спину и обхватил рукой за талию. Изабелла затрепетала. Она совершенно не понимала, что происходит, но происходило что-то значимое, и это всецело подтверждалось действиями молодого человека.

– Зорро, – едва слышно позвала она, вжимаясь спиной в его сильное тело.

И вдруг в этот же момент из гущи деревьев раздался до дрожи знакомый голос:

– Добрый вечер, сеньор Зорро.

Изабелла резко повернула голову в сторону источника звука. На условленную поляну вышел тот самый знакомый с детства невысокий седой старичок в неизменном черном фраке, до блеска вычищенных туфлях и аккуратном пенсне. Он деловито осмотрелся по сторонам и достал из нагрудного кармашка позолоченный медальон.

– По Вам можно сверять время, молодой человек. Ровно одиннадцать, – доложил сэр Ричард и, убрав часы, поклонился в сторону сжавшейся фигурки. – Ваше Высочество, несказанно рад видеть Вас вновь.

Изабелла, как ей показалось, кивнула, но ничего не смогла произнести. Сэр Ричард по-стариковски протяжно вздохнул и посмотрел за плечо, в глубину тенистой рощицы, куда был направлен взгляд огромных посиневших глаз его принцессы.

Рука Зорро еще сильнее сжала хрупкое тело, но Изабелла уже ничего не чувствовала.

– Моя девочка… – зажурчал по поляне ее собственной серебристый голос и, отразившись от скалистого берега, унесся с волнами бесконечного ночного океана.

Девушка была уверена, что услышала саму себя, но она ведь даже не разомкнула губ… Ее застывший взор прирос к медленно проявляющемуся на фоне темной листвы грациозному облику. На залитую лунным светом поляну осторожно вышла женщина необыкновенной красоты.

Изабелла пошатнулась. Луна осветила два одинаковых лица и две одинаковые фигуры, недвижно стоявшие друг напротив друга.

– Счастлив вновь видеть Вас дома, сеньора Камелия, – раздался сверху голос Зорро.

Изабелла почувствовала, как теряет землю под ногами.