Рамина Латышева – Жемчужина Зорро (страница 139)
Вокруг все бегали и что-то кричали. Стоял суматошный гул. Казалось, даже океан начал гудеть вместе с небольшой группой людей на побережье.
– Стойте! Туда нельзя! – все время прорезался поверх невообразимого шума чей-то голос. – Мы не успеем!
Его голос… Что происходит?
– Не садитесь в экипажи! Поверните обратно!
Почему он кричит? Почему все бегут?
Какое-то страшное слово окружило Изабеллу со всех сторон. Оно шептало и накрывало ее с головой своим звучанием. Она слышала его отовсюду, но не понимала значения.
– Зорро! Надо уходить! – послышался крик дона Алехандро.
– Мы не успеем! Разворачивайте всех обратно! – раздался его голос совсем рядом.
– Ты понимаешь, что говоришь?!
– Быстрее!
– Это верная смерть!
– …!
Изабелла ни слова не разобрала из того, что молодой человек крикнул в ответ, однако поняла, что это был такой отборный лексикон, после которого оспаривать что-либо было невозможно.
Она почувствовала, как попала в другие руки, и уже сверху услышала его крик.
– Оставьте экипажи! Быстрее! За мной!
Лошади бесновались и пытались вырваться из пут, некоторые уже давно сорвались с места и умчались в сторону поселения. Их ржание смешивалось с криком людей и жутким гулом со стороны обрывистого берега. Повсюду были разбросаны вещи, которые не успели собрать и отправить в крепость. Изабелла краем глаза успела ухватить бросившуюся вслед за ней и Зорро толпу и оказалась повернутой в сторону океана.
В горле все перехватило. Он был белый. Совсем белый. Куски страшной белой пены выстреливали по всей его длине куда-то вверх, словно фонтаны, а затем обрывались вниз, в бушующую черную пропасть. При этом стояла ненормальная духота. Ветра не было совершенно. Черная вода вздымалась сама по себе.
Изабелла почувствовала, как у нее онемели руки.
– Быстрее! – слышала она его надрывный крик.
Они стояли на небольшой площадке около отодвинутой каменной глыбы. Мимо них мелькали бледные лица в разноцветных одеждах.
– Мы не успеем! – раздался чей-то женский визг, и Изабелла почувствовала, как кто-то бросился Зорро на грудь, несмотря на то, что у него были заняты руки. – Она подходит! – оглушил ее тот же пронзительный высокий голос.
– Во второй зал! – донеслось сверху.
Кажется, впавшую в истерику сеньориту оторвали от молодого человека и втолкнули в пещеру.
– Дон Алехандро! Быстрее!
Изабелла в оцепенении смотрела на вставшую перед ней черную бурлящую стену. Она поднялась из ниоткуда. Словно ее зацепили за белые гребни и потянули наверх на несколько десятков метров. Она закрыла собой все: и небо, и полную луну, и многотысячные звезды.
Внезапно перед глазам стало темно, страшное видение куда-то исчезло. Они попали в него? Не успели уйти?
Внизу мелькнуло темно-серое полотно. Сзади закрылся каменный обелиск. Страшный нарастающий гул, словно стая диких раненых зверей, взвыл прямо в спину и вдруг все сотряслось. Со всех сторон раздались крики и звуки падения. Сверху посыпалась каменная крошка. Под ногами зашевелился пол. В следующее мгновение в первом гроте раздался бешеный грохот.
"Вырвало главную дверь", – безотчетно метнулось в сознании.
Океан встретил на своем пути первую преграду и разнес ее в клочья. Судя по оглушительному звуку, дверь выдернуло в первую же секунду и, откинув на противоположную стену, разбило на куски, и сразу же все первое помещение до отказа заполнилось бурлящей соленой водой.
Послышался знакомый механический шум: из второго помещения внезапно открылся еще один проход куда-то вглубь скалы.
– Быстрее, проходите! Сейчас ударит еще раз! – раздался голос Зорро, отдаваясь громким эхом под невысокими темными сводами.
Толпа людей, до этого полулежавших-полустоявших у каменных стен, сорвалась со своих мест и бросилась в новый грот. Еще через секунду закрылся и этот проход, и сразу же вся пещера сотряслась под новым ударом. Вслед за этим за смежной стеной что-то заскрежетало. Стало казаться, что скалу сейчас разорвет на части изнутри. Кто-то в противоположном углу сорвал с себя крест и начал неистово молиться. К нему сразу присоединилось еще несколько человек. Их слова, забиваемые диким ревом природы, почти не были слышны, и все же это было единственным, что сейчас спасало обмирающую душу.
Леденящий кровь треск и оглушительный пушечный удар за стеной дал понять, что стихия подмяла под себя и вторую дверь. Это было то помещение, где еще совсем недавно Изабелла грелась о тепло факела, тая в руках своего спасителя и всем телом чувствуя его дыхание. Сейчас там уже ничего не было. Может быть, там уже даже не было внешней стены и от самой пещеры ничего не осталось.
Они все еще были живы лишь благодаря тому, что третье помещение стояло не в одном ряду с первыми двумя, а уходило вглубь, и ни одна из его стен не являлась внешней, поэтому потоку воды нужно было дважды изменить вектор своего давления, чтобы добраться до последней преграды. И все же это была лишь каменная дверь, а против нее сейчас восставал весь мировой океан…
Перед глазами снова все задрожало. Третий удар обрушился на скалистого исполина, охраняющего побережье Эль Пуэбло от сильнейших бурь и приливов. Сверху что-то затрещало. Раздался истошный визг: сквозь невидимые щели начала просачиваться вода. Со всех сторон доносился глухой тяжелый рокот. Изабелла в беспамятстве бросилась молодому человеку на шею и, целуя его в губы, исступленно зашептала:
– Мой сеньор, скажите, что Вы никому не отдадите меня! Я умру, если кто-то другой прикоснется ко мне! О, пожалуйста, не дайте этому произойти. Я могу принадлежать только Вам! – с надрывом вырвалось из ее груди.
Она не чувствовала оглушающего сердцебиения, не ощущала боли в теле от недавнего падения, не слышала мечущихся голосов за своей спиной.
– О, мой сеньор, – едва уловимо прошептала она, – молю, скажите, что я Ваша…
– Ты моя, – прозвучал его сильный голос.
И сразу же сбоку от них раздался сжимающий сердце железный скрежет.
– Линарес! К двери! – услышала она, понимая, что внезапно оказалась рядом со своей бесчувственной подругой.
Уже со стороны она увидела, как ее брат метнулся к каменной глыбе и как следом за ним кинулось еще несколько мужчин. Стало нечем дышать. Вода пробивалась в нескольких местах большими фонтанами. Над головой что-то царапалось и гремело: необъятная масса воды волочила по обнаженному уступу камни и вырванные с корнем деревья, обрушиваясь далеко за те пределы, за которые можно было успеть убежать.
Металлический гул стал превращаться в каменный треск, сопровождаемый человеческим стоном и криками. Все мужчины, находившиеся в пещере, прильнули к двери и держали ее руками и спинами, отдавая все силы на то, чтобы помочь гигантскому механизму справиться с напором стихии. Толща воды, непрерывно подходящая со стороны океана, заполнила до отказа два первых грота и теперь готова была ворваться в третий. Отступать было некуда. Последний рубеж отделял их от верной смерти. Такой мощный по сравнению с ними и такой незаметный для гнева природы…
Единственный догорающий факел брезжил в полумраке, освещая неровным светом до предела напряженные фигуры и черный каменный контур.
А если бы они побежали в сторону поселения? Пусть даже в экипажах или на отпряженных лошадях. Что было бы, если бы он не позвал их за собой? Их бы уже никого не осталось в живых? Хотя, может, судьба просто дарит им еще несколько минут…
Опять эта повязка на плече. Это точно не было ранением. Он там что-то скрывал.
Интересно, кто-нибудь увидел рисунок на его спине? Там наверху было темно, а здесь все же горел один факел. Изабелла положила голову на колени. И почему он оказался зажженным? Ведь Зорро никуда не уходил из второго грота, когда они попали сюда вместе в первый раз. Она вообще не могла и предположить наличие третьего помещения. А, оказывается, из второго зала был проход еще дальше.
Так глухо. За стеной совсем ничего не слышно, как будто все помещение забили ватой. Правда, она превращается в воду и просачивается сквозь щели. А сверху все грохочет, вода утягивает за собой поверхность земли…
Можно ли считать это примером схватки неодолимой силы с неодолимой преградой? Они так часто обсуждали это с учителями, а вот сейчас она видит это воочию. Кто бы мог подумать, что здесь такое происходит, и местное население знает, что это. Такое странное слово они все кричали. Цунами…
– Изабелла, ты слышишь меня?
Кто-то зовет ее.
– Изабелла, посмотри наверх.
Его голос. Странно, он же стоял у двери. Почему сейчас он так рядом?
– Моя малышка, все закончилось, слышишь? Ну же, открой глаза.
Его руки. Он так нежен.
– Кери, мой котеночек, не плачь, все хорошо, – послышался где-то вдали голос брата. – Вода ушла.
Со всех сторон начал пробиваться какой-то шелест. Под негромкое потрескивание факела и изредка сыпавшийся с потолка на пол каменный песок люди шепотом успокаивали друг друга и своих родных.
– Есть раненые? – внезапно громко и отчетливо прозвучал голос дона Алехандро.
В груди сразу же появился воздух, а из головы начала испаряться неприятная глухая вата. Изабелла осмотрелась по сторонам. Все сидели около стен небольшими группами. Наверное, семейными или соседскими кругами.
– Нет, вроде бы нет, – раздался ответ дона Антонио.
– Зорро, Рикардо, у вас кровь на спине и плечах, – перебил его дон Ластиньо.