Ракс Смирнов – Вечные: Вита (том 4) (страница 15)
Вспышка. Взрыв.
Ослепительное пламя накрыло обе машины, дорога назад превратилась в огненную стену.
Павел вдарил по тормозам и резко вывернул руль, уводя «рендж» в сторону. Машину закрутило, и она со скрежетом впечаталась задним бампером в проржавевший полицейский внедорожник. Катю швырнуло головой в подголовник – перед глазами мелькнули искры. На миг она потерялась в происходящем, лишь наблюдая, как идеально выстроенный порядок рушится, как карточный домик.
Из леса лавиной выскакивали новые твари, которые продолжали выть. И этот вой заполнил всё пространство.
Один из пулемётчиков вдруг развернул ствол и прошил очередь в микроавтобус с бойцами, которые только начали выскакивать наружу.
Двое дружинников сцепились друг с другом, ножи блеснули в воздухе. Кто-то завыл человеческим голосом, полным ужаса, и тут же захлебнулся собственной кровью.
– Пси-удар! – прокричал Павел, распахивая дверь. – Они ломают мозг!
В ту же секунду один из демонов прыгнул на капот «ренджа». Металл жалобно прогнулся, лобовое пошло трещинами. Катя вскрикнула, но Павел уже поднял руку: из ладони вырвался слепящий разряд энергии.
Вспышка. Удар. Тварь швырнуло в дорожный знак, и она рухнула без движения.
Катя ошеломлённо смотрела на него, а потом опустила взгляд – и застыла. Её ладони сияли оранжевым светом. Пламя. Живое, текучее, обвивающее пальцы, будто собственная кровь загорелась.
Сверхспособности! Господи, как она могла снова о них забыть?!
Сердце ухнуло. Вдох – и решимость вернулась.
– Паша! – крикнула она, уже выскакивая из машины. – Я помогу!
Он лишь кивнул, занося руку для следующего удара.
Слева один из демонов прыгнул на кузов грузовика. Солдаты закричали, но Катя уже взмахнула рукой. Из пальцев сорвался пылающий хлыст, разрывающий мутанта через плечи. Существо взвыло, охватилось пламенем и рухнуло прямо под ноги своим.
Упрямова вошла в ритм и улыбнулась:
– Работает… – прошептала она, а потом закричала во всё горло: – Ещё!
И бросилась в бой.
Мутанты выскакивали из леса целыми стаями, перекрывая фланги, рвали бойцов на части, опрокидывали машины. Один из микроавтобусов завалился набок, прямо на отстреливающихся дружинников. Едва они пришли в себя, как на них тут же обрушилось несколько тварей, острыми когтями прошивая ближайших солдат насквозь.
Катя не успела подумать – вытянула руку, и огненный снаряд взорвался прямо в пасти мутанта, разорвав его на куски.
Затем следующий.
И ещё один.
Части тел мутантов полетели в разные стороны, превращая небольшой участок асфальта в кровавую баню.
– Держать строй! – орал Влад в рацию где-то у перевёрнутого «Тигра», но строй уже трещал.
Единственный уцелевший бронник в хвосте колонны, который активно отстреливался за горящим грузовиком, накрыли сразу трое демонов: один вцепился в колёса, второй пробил лапой броню, третий выдрал люк вместе с бойцом.
Павел в этот момент уже был не человеком – он был настоящим смертоносным вихрем.
Разогнавшись, он подпрыгнул на капоте «ренджа», и из-под его рукавов вылетели стальные клинки – длинные, блестящие, похожие на полноценные мечи, нежели на простые кинжалы.
И как они вообще поместились у него под его фраком?
Удар – и лапа демона падает на землю. Разворот – и ещё один мутант с пробитым черепом валится к обочине. Смолов двигался так, будто всегда ждал этого боя: локти, колени, клинки – он разрывал врагов в ближнем бою, каждый удар отдавался в асфальт гулким эхом.
Катя бежала рядом, но её сила была другой. Пламя больше не ограничивалось шарами. Когда на неё прыгнули сразу двое мутантов, она вскинула руки, и воздух перед ней вспыхнул огненной стеной. Твари завыли, врезавшись в барьер, и отлетели назад, вспыхнув, как факелы. Катя ощутила, что может держать этот щит: тепло текло по венам, по позвоночнику, как вторая кровь.
– Впереди! – закричал один из стрелков.
Катя вскинула взгляд и увидела, как огромная стая выскакивает прямо на уцелевший отряд во главе колонны. Пламя в её руках взорвалось – вспышка ослепила всех вокруг, асфальт под ногами демонов вздрогнул и взлетел в воздух, разбросав их по сторонам. Осколки, раскалённые добела, вонзались в их тела, и воздух наполнился гарью.
– Так вот как… – выдохнула Катя. – Я могу больше!
Её ноги наполнились силой, и она рванула вперёд.
Прыжок – и она перелетает через горящий грузовик, приземляясь прямо на спину мутанту. Тот взвыл, но Катя вонзила ладонь ему в затылок: вспышка, и вся его голова разлетелась в дребезги. Она спрыгнула вниз, оттолкнулась и вновь подскочила на высоту трёх метров. Почти полёт.
Сердце билось не от страха, а от восторга: это было её настоящее «я».
Павел уже сражался у перевернувшегося броневика. Он нырял под когти, разрывал горла, бил ногами так, что демонов отшвыривало в грузовики. Один прорвался к нему вплотную, лапа уже летела в грудь – клинок Смолова выстрелил из-под запястья и пронзил мутанту сердце.
– Катя! – крикнул он, но она уже действовала сама.
На левом фланге дружинники снова начали стрелять друг в друга. Очередной пси-удар мутантов бил по мозгам. Екатерина вскрикнула, подняла руки – и от её ладоней сорвалась волна оранжевого света. Энергетический взрыв прокатился по полю боя, и десятки мутантов отлетели разом, дружинники схватились за головы, и пси-плен тут же спал.
Но бой ещё не закончен.
Грузовики горели, «Тигры» выведены из строя или заблокированы, один бусик перевёрнут, второй изрешечён пулями. Дружинники гибли десятками… Ещё минут пять – и от некогда могущественной армии Империи останутся лишь воспоминания. И хотя демоны валились десятками, новые продолжали вылезать из леса сотнями.
Катя и Павел держали линию до последнего. Их дуэт – клинки и пламя – прорубал коридор в аду.
И как будто этого было мало, земля содрогнулась.
Из чащи вырвалось нечто огромное. Высотой с грузовик, шириной с буйвола. Его морда была больше человеческого торса, клыки торчали, как сабли. Тело обтянуто чёрной слизью, из-под которой пробивались жёсткие костяные пластины.
– Катя, назад! – рявкнул Смолов.
Но сам рванулся вперёд.
Монстр своей лапой, шириной с рекламный щит, сбил его, как игрушку. Павла отшвырнуло на асфальт, клинки со скрежетом высекли искры. Здоровяк-демон навалился сверху, прижимая его к земле, грудь Смолова хрустнула под тяжестью. Павел захрипел, с трудом удерживая чудовище клинками, которые дрожали в его руках, сгибаясь под немыслимой силой.
– Нет! – сорвалось с губ Кати.
Она вытянула руки вперёд, выплеснув поток огненной плазмы. Воздух завибрировал, асфальт оплавился под жаром, но гигант даже не пошатнулся. Его кожа казалась сплавом титана и камня – он лишь сильнее вдавил Павла в землю, готовясь проломить его грудь.
Катя рванулась вперёд, прыгнула на спину твари и раскинула руки. На ладонях загорелись длинные энергетические когти, оранжево-красные, как раскалённый металл. Она вонзила их в плоть, рванула на себя, разрывая костяные пластины, слыша, как трещит его спина. Демон взревел так, что загудели деревья, и с яростью отшвырнул её в сторону.
Тело Кати врезалось в днище перевёрнутого микроавтобуса. Металл жалобно взвизгнул, она промяла его, глотая пыль и кровь. Несколько секунд Катя лежала, придавленная тяжестью отчаяния: Павел полностью исчез под чудовищной тушей.
Мир будто застыл.
И вдруг её переполнила волна ярости – такая горячая, что сердце готово было разорваться. В груди разгоралось солнце, жгучая сила наполняла каждую клетку, ломая кожу, мышцы, кости. Катя поднялась на колени, разогнула руки, и по венам пошли огненные трещины, будто она сама становилась раскалённой статуей.
Она закричала. Это был не крик женщины – это был боевой рёв, в котором смешались гнев, боль и ярость.
И мир ответил.
Пламя вокруг неё взвилось столбом в десятки метров, вспарывая небо. Ослепительная вспышка разлилась по развязке, озарив всё, словно солнце взорвалось прямо над головой. Воздух дрожал, металл плавился, асфальт пошёл волнами.
Последнее, что она почувствовала, – это как сама превращается в этот огонь.
И пустота.
Катя была уверена, что выжгла к чёртовой матери всю эстакаду… и сгорела вместе с ней…
Свет и пламя угасали медленно, словно кто-то глушил ослепительный прожектор. Катя, тяжело дыша, стояла в центре обугленного кратера шириной около десяти метров: асфальт сплавился в стекло, отбойники ограждения согнулись, машины поблизости превратились в искорёженные куски металла. Даже воздух дрожал, отдаваясь в груди тяжёлой вибрацией.
Перед Упрямовой распростёрся гигантский демон. Его туша была чёрной, поджаренной, дым ещё валил из треснувшей груди. Пасть застыла в немом рёве.
Катя вскинула руки, с ужасом глядя на собственные ладони. Кожа всё ещё светилась едва заметным оранжевым сиянием, словно раскалённое железо медленно остывало.
Она дрожала, пытаясь осознать: это она сделала это?
Тишина была оглушающей. Ни звука боя, ни выстрелов, ни рычания мутантов. Только шипение горящей резины и треск расплавленного металла.
Катя вдруг подумала: все мертвы. Своей неконтролируемой яростью она убила вообще всех.