Ракс Смирнов – Вечные 2 – Лилит (страница 7)
Павел заглушил мотор и аккуратно подвел катер к помосту. Затем тут же открыл справа полотно тента, защищавшего пассажирскую часть, и закинул канат на торчащий из воды столб.
– Мы на месте! – с выдохом произнес он.
– Наконец-то! Меня знатно утомила эта поездка! Какой план дальше?
– Ты оставайся на катере. Я попробую дойти до станции. Если там никого нет, вернусь,
– Да куда я денусь… Но если кто-то нападет? Я не думаю, что из меня выйдет хороший боец.
– Из тебя-то? Ха-ха, не придуряйся. Ты голову любому взорвешь.
– Это да, только ты кодовый футлярчик открой тогда, там кое-что лежит для этого необходимое.
– Обойдешься. Но ладно, есть мысль одна.
Павел спустился в каюту и достал сумку, спрятанную под койкой. Вышел наружу, положил её на пол. Внутри было около десятка противопехотных мин.
– Сделаем так же, как в Самаре. Раскидаю рядом. Если кто-то сунется, ему не понравится. Здесь довольно тихо, я буду недалеко. Думаю, услышу.
– Надеюсь… Это тоже решил в кустах спрятать? – Темный кивнул на бутылку Dom Perignon 2001-го, – Может лучше откупорим в честь прибытия?
– А, блин, забыл, что она здесь, – Смолов достал бутылку и убрал под сидение. – Не сейчас. Все-таки подарок от Олега на свадьбу с самой красивой татарочкой, которую тут встречу.
– Романтик он блин. Ладно, ты давай это… не задерживайся, мне одному не очень круто сидеть.
– О'кей!
Павел взял сумку и вылез из катера. Прислушался. Ничего, кроме звуков такого же мертвого города, из которого они пришли. Где-то совсем далеко послышался едва заметный лай псов.
– Ну конечно, куда же без вас. Надеюсь, в этом городе вы проблем не доставите, – пробубнил Павел.
Он достал карманный дозиметр. Показания на порядок выше, чем в Волгограде. С таким фоном без нормальной снаряги не побегать. На всякий случай проверил крепление фильтра у стекла. Убедившись, что все закручено надежно, прошелся по пирсу до киосков.
Нужно было учесть стратегию тех, кто заинтересуется катером, чтобы правильно раскидать мины. Если противники будут идти пешком, то скорее всего попытаются подходить к лодке осторожно, прячась за укрытиями. Они же не знают, есть ли кто-то внутри. Поэтому сначала следует раскидать мины там, где Павел спрятался бы в таком случае сам. Он установил несколько сюрпризов за углами киосков, пару штук в кустах и одну прямо между досок пирса для тех, кто подъедет внаглую на транспорте и выйдет из него только здесь.
Завершив установку защиты, Смолов вернулся к катеру, закинул пустую сумку и наполнил свой рюкзак предметами первой необходимости.
Достал из одного из ящиков АК-74 и повертел оружие в руках. Держать огнестрел было крайне непривычно, Павел не стрелял уже лет пятнадцать. Раньше ему это было просто не нужно, до того, как он полностью растерял свои способности. Теперь же предстояло снова привыкать к жизни обычного человека и надеяться, что автомат использовать не придется.
Смолов ещё немного подумал и захватил упаковку батареек. Он понятия не имел, какую валюту использовать в этом городе, но в Волгограде это были именно батарейки. Кто знает, может, и тут мышление людей сработало похожим образом. Теперь можно выдвигаться.
Он подошел к борту и произнес:
– Ладно, я пошел.
Быстро пробежав по набережной до выхода, Павел оказался на дороге у самых кремлевских стен. Башня с часами, которую было заметно с воды, как и вход на станцию, находилась ровно с обратной стороны.
Он взял энергичный темп.
Дорогу перегородила груда ржавых машин. Павел обратил на них внимание: несмотря на хаос, в этой «вечной пробке», заполнившей улицу, по центру дороги тянулась идеально ровная полоса, свободная от машин. Такое впечатление, будто кто-то специально раздвинул весь металлолом к обочинам, чтобы освободить путь. Значит, здесь всё-таки продолжали ездить. На поверхности, в этом опасном мире, передвигаться на транспорте могли себе позволить только сильные или безрассудные.
Значит жизнь в этом городе скрывает массу интересного… Главное, чтобы это интересное не грохнуло в самом начале пути.
С левой стороны дороги Павел заметил величественное здание, больше похожее на роскошный дворец. Его центральная часть выглядела особенно странно: через фасад проросло гигантское искусственное дерево, вплетённое в архитектуру. Оно тянулось от пола до крыши, придавая зданию одновременно фантастический и торжественный вид.
Пройдя ещё метров триста, Смолов поднялся на небольшой склон и остановился. Отсюда открывался панорамный вид на северную часть города за рекой.
Его догадки подтвердились: от этого района осталась лишь первая линия домов, и та была сильно обгоревшей. За ней начиналась мёртвая пустошь, идеально ровная, выжженная огнём. Барханы бетонной пыли и обломков перемешивались с серой пустотой, словно кто-то стер всё живое огромным ластиком. Здесь было особенно тихо, и этот гнетущий фон заполнял пространство так же неумолимо, как радиация.
Павел опустил взгляд к реке, потому что заметил какое-то движение.
С такого расстояния ему сложно было разобрать детали, но он понял, что от разрушенного здания с поваленной набок крышей в форме чаши едет автомобиль. И, судя по тому, что его получилось распознать аж с Кремля, это было что-то большое, вроде микроавтобуса.
Неужели катер привлек чье-то внимание?
Однако машина доехала до перекрестка и повернула в сторону пустоши.
– Какие-то странные у вас тут движения, – уже вслух сказал Павел.
Чужой, странный, почти непостижимый для него город открывал свои тайны неспешно. Здесь всё казалось незнакомым и холодным, даже не смотря что весь мир после Катастрофы был таким. Но оставаться на месте было нельзя. Нужно идти дальше.
Добравшись до башни с часами, он осмотрел площадь перед входом. Это место уже имело свой след в воспоминаниях, потому что именно здесь останавливались все экскурсионные автобусы с туристами. У Смолова даже была фотография, где ему то ли тринадцать, то ли пятнадцать лет, и он пытается изобразить, будто прислонился к этой башне спиной. Сейчас часы замерли на отметке в 17:25. Время, которое электро-магнитный импульс запечатал в момент ядерного удара.
Вдали снова затарахтели мотоциклы. Павел встряхнул головой, прогоняя лирические мысли. Времени мало, не стоило тратить его на осмотр достопримечательностей!
Он начал спуск по склону с обратной стороны Кремля. Насколько он помнил, вход на станцию возможен как через главный вестибюль, так и через подземный переход, который находился ближе всего, поэтому нет смысла идти слишком далеко, сначала стоило попробовать ближайший.
Спустившись в переход, Павел тут же уперся в стальную стену с небольшой дверцей и маленьким окошком. Это не было похоже на герму, скорее всего, помещение с той стороны использовалось как буферная зона.
– Ну что же, была не была! – набрался решимости Павел и постучался.
Удивительно, но ответ последовал незамедлительно. Буквально через пять секунд после удара прикладом, окошко открылось. Через узкую щель получилось разглядеть только какой-то суперкрутой шлем на голове встречающего.
– Кто такой? – послышался голос через динамики громкой связи в шлеме.
Сначала Павел хотел сочинить какую-то историю, что он челнок или торговец, но по снаряжению обычного дозорного понял, что на этой станции работает какая-то серьезная организация, и такая наивная ложь может стоить ему жизни. Поэтому он честно ответил:
– Приветствую! Возможно, вы не поверите, но я прибыл к вам из другого города.
– Чего? Ты пока радгрибы собирал, обожрался ими, что ли?
– Не понимаю, о чем вы, я говорю абсолютно серьезно.
– Ты на себя посмотри, чушпан. Без защиты, в каких-то обносках из другого города он приехал! Ага! – дозорный повернулся назад: – Тох, иди сюда, тут какой-то клоун к нам нарисовался…
После этих слов окошко резко захлопнулось и послышался звук открывания засовов. Павел хотел было побежать обратно, но понял, что уже поздно. На поверхности на сотни метров вокруг только открытое пространство – если побежит, его пристрелят, как мишень в тире.
Дверь отворилась, и на улицу вышли два бойца. Их броня не уступала шлему, который удалось разглядеть в окошко. Мощная, стильно пошитая, черного цвета с красными элементами, она выглядела будто снаряжение из фантастического фильма про космические войска. На шевроне отчетливо различим красный круг, в центре которого расположился черный силуэт той самой башни с часами, мимо которой Павел только что прошел. У обоих солдат в руках были американские винтовки М4 с тепловыми прицелами.
– Ты типа турист, говоришь? Пройдем, документики твои проверим, турист. Ствол сбрасываем.
Павел послушно снял с плеча АК и оружие тут же забрали. Один из бойцов прошел через дверь, второй указал своим стволом следовать за ним. Команда была послушно выполнена.
С той стороны действительно оказалось буферное помещение пешеходного перехода, длиной примерно метров тридцать-сорок. В дальнем конце виднелась гермодверь выхода на станцию.
У этого содружества явно все хорошо. Об этом говорила не только форма бойцов, но и состояние буфера: пол украшала свежеуложенная плитка черного цвета, под потолком висел ряд стильных ламп. У самой гермы расположилась проходная рамка металлодетектора и огромный стальной шкаф. Похоже, у всех пришедших изымалось оружие.