Ракс Смирнов – Вечные 1. Хранитель (страница 13)

– Ой, да ничего особенного. Шифровалась. Прибыла издалека, сталкерит по заказам и все такое. Вы еще там хорошо спелись по этой теме.

– Понятно, – снизил шаг, перешагивая через обломки четвертого этажа. – Про работу на военных – ни слова.

На последнем этаже перед нами предстало просторное помещение. У стены валялись перевернутые стойки регистрации, рядом громоздились раскрытые оружейные шкафы, из которых кто-то в спешке выдернул автоматы. У лестницы раскиданы мешки с песком – похоже, здесь когда-то пытались устроить оборону. В центре пространства выделялся широкий дверной проем с покосившейся табличкой «Научный отдел», едва державшейся на погнутом каркасе.

– Уф… ну и зрелище, – произнес Стервятник. – Хорошо песики поработали, не ожидал.

Я обернулся. Леха замер около обглоданного трупа постового с раскрытой грудной клеткой. Труп уже ссохся и почернел от времени. Я даже не хотел думать, какая тут стояла вонь – хорошо, что эти противогазы держали в том числе и запахи.

– Да, атака была молниеносной. Так… – я вошел в отдел и увидел огромное открытое пространство. Судя по всему, тут когда-то были стеклянные стены, но сейчас от них остались только горы битого стекла. ПНВ просто перестал вытягивать такие просторы. – Теперь идем тихо, – я был уверен, что именно там, в темноте, могли сидеть несколько заблудившихся тварей.

Каждый шаг и хруст стекла под ногами разносились далеким эхом, поэтому я двигался в большом напряжении.

Где-то на середине пути я снова нашел останки разорванного бойца. Точнее, его ботинки и клочки одежды. Включив логику, я подумал, что вряд ли псы застали его на рабочем месте. Скорее всего, он либо оборонял коридор, либо убегал. Так что коридор должен был идти ровно в центре помещения, копируя планировку первого этажа, и мы идем верно. Значит, искомый кабинет еще может быть где-то впереди.

Прибор наконец выхватил нормальную бетонную стену со следами когтей, разодравших штукатурку вокруг дверного проема с толстым стальным наличником, говорившим о том, что когда-то тут находилась неплохая гермодверь

– А вот и «кабинет номер десять», – прокомментировал Леха, подойдя ближе. – Если где-то и могли хранить секретное оружие, то явно здесь, – он вошел первым, держа оружие наготове. – Чисто… Ну то есть… – его голос внезапно оборвался.

Я напрягся, готовясь к худшему, и осторожно заглянул внутрь, держа автомат на уровне плеча. Вместо ожидаемой угрозы передо мной открылось небольшое помещение, некогда залитое кровью почти полностью. Запекшиеся пятна покрывали стены, пол и даже потолок, превращая комнату в жуткую сцену кровавой бойни. Выглядело это, конечно, впечатляюще, но никакой реальной угрозы я пока не видел.

Я перевел взгляд на Леху, который застыл на месте, явно потрясенный. Все еще удерживая обстановку под прицелом, я посмотрел на него вопросительно.

– Дичь, да? Ну и засрано же тут, какое уж там «чисто», – в этот момент Стервятник неожиданно заржал.

– Бля, Леха, – я опустил ствол и показал ему кулак одной рукой. – Будь серьезнее, пожалуйста!

– Прости, не удержался. Видел бы ты свои глаза!

Я отмахнулся и осмотрелся. В дальнем конце, под упавшей сверху потолочной плиткой я заметил что-то похожее на нашу цель.

Раскидав весь мусор и добравшись до места, я отодвинул кусок плитки и понял, что был прав: раскрытый защитный кейс с лежащей внутри ракетной установкой. Корпус был изрядно измят, а вся внутренняя часть бокса была наполнена кусками сгнившей плоти.

– Николай, прием, – произнес я в рацию.

– На связи, Сэм.

– У вас все хорошо?

– Да, перевели стрелки, возвращаемся.

– Нашел мятую ракету в стальном ящике. Это наша цель?

– Да. В научном отделе других ракет быть не должно.

– Выглядит так, будто ее лучше не трогать.

– Все в порядке, она такой и была с самого начала. Она не опасна.

– Принял.

– Вот она какая! – произнес Стервятник за спиной, когда я выключил рацию. – Только ты хоть чужие кишки с нее стряхни, прежде чем закрывать.

– Особо смысла нет, в кейсе мы ее точно не унесем. Давай поищем тут какую-то сумку, может?

– Ща! – ответил Леха и начал расталкивать мусор.

Я тоже начал перебирать содержимое разбитых шкафов. Если тут был склад или типа того, почти наверняка здесь должна быть какая-то более удобная емкость для переноса.

– Гляди-ка! – воскликнул Леха.

– Нашел?

– Не совсем то, но интересно, – он показал мне окровавленный кусок ткани с непонятной биркой. Затем прочитал надпись: – «Григорий Измайлов. Руководитель научного отдела. Уровень доступа третий». Да, жаль, конечно, этого добряка.

– Лех, у нас мало времени!

– Ладно, ладно… – он бросил взгляд под стол и вдруг что-то подцепил. – А, вот!

Из-под стола он вытащил плотную веревку и показал ее мне.

– Да, – кивнул я, забирая находку. – Это сгодится.

Наспех завязав узлы вокруг ракеты, я смастерил некое подобие ремня для РПГ, чтобы носить боеголовку за плечом. Хорошо, что оставил рюкзак и арбалет в дрезине, иначе бы этот груз точно меня погубил. Чуть подвигался, проверяя крепления. Все готово.

Я кивнул Лехе и направился к выходу. Затем потянулся к рации:

– Николай, возвращаемся.

– Ждем вас на исходной… – голос в динамике вдруг резко оборвался.

– Николай, что там у вас? Все в порядке? Прием?

– Вам лучше поторопиться! – выдохнул он на том конце. – Эпицентр активизировался. Псы идут!

Каждое слово пробило меня словно током.

– Вот черт… – я быстро отключил рацию. – Леха, бежим!

Разумеется, все не могло быть так просто. Ничего и никогда не бывает просто. Когда кажется, что все на мази, именно тогда все и летит к чертям!

Мы выбежали в коридор. Впереди простиралась настоящая полоса препятствий: обломки мебели, тело бойца, заваленный проход. И с каждым шагом я слышал, как грохот внизу становился громче.

– Сэм! – хрипнул Николай в рации. – Ищите обходной путь! Они уже зд… – связь захлебнулась шипением.

Резкий толчок в плечо – Стервятник тянул меня назад.

– Быстрее! Там в конце была еще одна лестница!

Снизу раздался вой, от которого мороз пробежал по коже. А затем – выстрелы, пронзившие тишину. Где-то снаружи прогремел взрыв.

– Блядь! – выругался Леха, споткнулся, но тут же выровнялся. – Живой, пошли!

– Николай! – крикнул я в рацию, перескакивая через завалы. – Что у вас? Как слышно? Прием!

Ответа не последовало, но автоматные очереди продолжались. Они держались. Пока что.

Сзади послышался утробный рык. Лестничный пролет вдруг ожил, и на нас бросилась первая волна мутантов. Леха, не оборачиваясь, выпустил дробь, а я выхватил гранату и швырнул ее в самый центр.

– Ложись!

Грохот взрыва сотряс здание, отбрасывая мутантов назад. Время куплено. Но ненадолго.

– Сэм! – снова раздался голос Медведева, на этот раз прерывисто. – Подорвали защитный… стоять нельзя… вдоль корпуса… – связь обрывалась, но последние слова я расслышал.

– Что он сказал?! – крикнул Леха, перезаряжая оружие.

– Он хочет, чтобы мы прыгнули с крыши на дрезину.

– С какой, на хрен, крыши?! Это пятнадцать метров, Сэм!

– Я не знаю! – рявкнул я, сворачивая на пожарную лестницу. Снизу тишина – она была завалена. – Может, наверху что-то найдем!

Топот псов за нами становился все ближе. На крыше мы выбежали в полный мрак ночи, только вдали огни дрезины разрезали темноту.

– Леха, держи дверь! – бросил я и подбежал к краю крыши.

Там, внизу, железная дорога – наша единственная надежда. Дрезина ползла черепашьим шагом, окруженная мутантами. Они облепили ее, карабкались на броню, рвали металл. Изнутри доносились выстрелы, кое-где тела монстров отлетали назад, но поток не уменьшался.