Ракс Смирнов – Мертвый Шторм. Зарождение (страница 46)

— Я это поняла. Потом уже. Рыдая в душе. Отца не было дома, когда я пришла, и он не знал, что я в ванной комнате. Поэтому, когда он вернулся и с ним кто-то созвонился по внутренней связи, я узнала, что тебя хотят сначала чем-то накачать, чтобы получить информацию, а потом убить, сославшись на алкоголь и передозировку наркотиками. Видимо, еще и хотели тебя потом из героя в антигероя превратить, сказав, «посмотрите, какие люди живут в других городах».

— Жесть. А так тепло встречали.

— Они всегда так делают. Грязно, подло и втихую. Ты думаешь, откуда взялось Сопротивление? А Цикады? В мире, где все хорошо, по их словам, где практически рай и утопия, разве могут сформироваться целые сообщества банд?

— Ну… Я думал, что это типичные маргиналы, которые просто не хотят жить нормально. У нас в Волгограде тоже такие были.

— Отчасти да. Но очень большое число этих людей — это изгнанные из Федерации или преследуемые ей по тем или иным причинам. Те, кто задавал слишком много вопросов. Или те, кто не хотел подчиняться строгому распорядку… Те, кому больше нет места в остальном метро, потому что их никто не примет.

— Почему? А другие объединения?

Катя усмехнулась:

— Какие? Лесничество — сателлит Федерации. Новый Олимп, хоть федералов не любит, но и чужих не принимает. А Южный Базар за хорошую цену продаст даже родную мать. Вот и бегут они… Те, кто накосячил попроще — в Сопротивление, а те, кто посерьезнее — в Цикады, где их точно никто не достанет.

— А как вообще получается, что Сопротивление прямо под боком у Федерации и с ним до сих пор ничего не произошло?

— Погоди… — она встала. — Пойдем. Мне холодно. И, наверное, хватит уже, я три часа тут сижу без защиты.

Они зашли в кабинет, и она закрыла окно. После чего подошла к столу, выдвинула ящик и достала оттуда два инъектора.

— Что, опять? — насторожился Павел.

— Ага. Сейчас правду мне говорить будешь, — она по-доброму рассмеялась, хотя из-за общего поникшего состояния получилось это немного странно. — Нет, успокойся. Это биорад. Мы с тобой нахватали достаточно. Особенно я, — она взяла один шприц и с размаху воткнула себе в ногу, прошипев — Ф-ф-ф-ф, мра-а-а-азь…

— Ты еще и выражаешься?

— Что, образ прекрасной принцессы разрушается? — совершенно спокойно спросила она. В ее голосе чувствовалась какая-то… серьезность и хладнокровие. Она даже будто стала на несколько лет старше. Сейчас перед Павлом стояла настоящая уверенная в себе женщина, а не девушка.

— Типа того.

— Я никогда и не была такой. Просто держалась при Азамате. Я всегда хотела сделать что-то с этим… Просто не было должной мотивации. Пока не появился ты, — она кинула ему второй инъектор. — Держи, герой.

Павел посмотрел на биорад, немного задумавшись. Посмотрел на Катю, которая даже немного склонила голову, как бы спрашивая: «Серьезно?». Этого взгляда было достаточно. Смолов спокойно сделал укол.

— Это наше местное изобретение… Ну как наше… Лесничества. Очень мощная штука. По крайней мере, пару часиков насладиться рассветом с ней можно вообще без последствий, — она подошла к книжному шкафу и начала рассматривать полки. После чего открыла дверцу и провела рукой по книгам. — Знаешь, где мы? — Павел в ответ лишь пожал плечами. — В Губернаторском дворце. А это, — она провела рукой, показывая помещение, — кабинет Президента республики… Не Хаматова, он вообще не имел к нему никакого отношения. Того, из старого правительства. Тут все держат в идеальном состоянии на консервации. Как символ того, что однажды правительство снова будет сидеть здесь.

— Ого! А я думаю, почему тут такой порядок.

— Ну да. Тут еще и чистят постоянно. В вентиляциях, — она указала рукой на решетку в стене, — подается чистый воздух из бункера.

— Мы тут в безопасности?

— Должны… — она задумалась. — Так… что-то я отвлеклась… Ах… Ну да, когда о тебе узнала, я подумала: «Блин, круто! Мужик тысячу километров проплыл, а я не могу себя в руки взять». А когда я о тебе узнала получше, что ты сюда из-за письма приехал, меня это еще больше покорило. И вот Азамат берет меня с собой на встречу. И когда я тебя увидела… Честно скажу, у меня потекло по ляхам, — она сделала наигранную эмоцию смущения, прикрыв рот ладошкой и широко раскрыв глаза. — Ох, простите, настоящей леди нельзя говорить такие вещи! — они вместе рассмеялись. — Да ты и сам вроде симпатию проявлять начал. Поэтому я решила, что ходить вокруг да около… Ну и вот.

— Просто странно это все выглядело. Девушки себя так не ведут обычно, настойчиво. Тем более при первом знакомстве.

— Ну простите, не так уж много у меня и опыта в этом!

— Просто для меня странно было такое восхищение, я ничего невероятного не сделал ведь. Я понимаю, для чего меня официально «героем» назвали. Но не понимаю, чем я тебя так покорил. Всего-навсего лодкой порулил несколько дней…

— Не знаю, — Катя отошла от шкафа и уселась прямо на стол. — Мне сложно это объяснить. Просто я всю жизнь ждала какого-то чуда. События, которое покажет, что можно сделать все что угодно, если захотеть. А тут ты… Да еще и обычный парень с обычным именем Павел. Который не знает всех этих местных традиций и обычаев и ни слова не понимает по-татарски. Для меня это… исполнение желаний.

Он медленно подошел к ней.

— Слушай, а ты вот про опыт говорила… У тебя реально никого не было?

— Ну как, — она немного засмущалась и взяла его за руки. — Было уж пару мелких интрижек, конечно. Но из-за отца никуда это развить не получалось. За мной постоянно следил или Азамат, или какие-то люди в штатском. В общем, серьезных отношений завести не выходило.

Смолов приблизился к ней вплотную. Она, сидя на столе, раздвинула ноги, чтобы он смог подойти еще ближе. Затем она обхватила его руками за спину, и они сначала нежно, а потом страстно поцеловались. Но вдруг всю идиллию прервал шум за окном. К зданию подъехала машина.

Девушка резко оттолкнула Павла и вскочила на ноги.

— Черт! Я думала, не заметят с этой стороны.

— Ну да, так себе идея была там сидеть. Отсюда можно как-то выбраться?

— Да, тут есть служебная лестница сразу в бункер, если поторопимся, нас на ней не успеют перехватить. Посох не забудь! — она указала в угол за диваном.

Павел побежал и взял свое оружие. После этого Катя схватила его за руку и потащила к выходу. Они выбежали в коридор и свернули направо. Когда добрались до конца и девушка уже открыла дверь на лестничный пролет, с другого конца коридора послышался выкрик по громкой связи:

— Вон они!

Пара быстро проскочила около пяти пролетов вниз, когда сверху раздался шум. Павел поднял голову и увидел, что сверху на него сквозь пространство между пролетами смотрит боец в черном шлеме.

— Вижу их! — выкрикнул боец в громкую связь и поспешил вниз.

Катя распахнула дверь в следующий коридор.

— У них же вроде встроенная радиосвязь, — сказал Смолов не сбавляя бега. — Зачем они по громкой связи сообщают, для нас, что ли?

— Нет, скорее всего с ними мой отец или кто-то из его друзей. Они по открытому воздуху почти не ходят, либо машина, либо помещения. Поэтому шлемов не носят. Сюда!

Девушка открыла очередную дверь, и они оказались в помещении огромного склада высотой метров десять.

— Эй, вы кто такие, вам сюда нельзя! — возмутился рабочий, сидевший в погрузчике.

Совершенно его игнорируя, пара проскочила под вилами с грузом и, пробежав несколько полок, свернула в один из пролетов. Затем они несколько раз меняли ряды, чтобы не быть в прямой видимости преследователей. Позади звучали выкрики, топот тяжелых ботинок, кто-то даже врезался в одну из полок, из-за чего раздался шум падения ящиков. По пути пару несколько раз пытались остановить рабочие, но Павел ловко отбивался от них посохом, сбивая с дороги.

Добежав до роликовых ворот в конце склада, которые уже закрывались, Павел уперся в них руками, удерживая.

— Быстрее!

— Бегу-бегу! — Катя ловко проскочила в проем.

Павел отпустил ворота и запрыгнул следом. Рольставни тут же шарахнулись о пол.

Новое помещение — небольшая грузовая парковка. Спрятаться тут совершенно негде, потому что единственный грузовичок уже свернул в пятидесяти метрах правее в транспортировочный туннель.

— Так… — размышляла Катя. — В туннеле нас быстро схватят. Пошли, тут есть проход на общественный паркинг бункера, может быть, там что-то найдем.

Девушка провела Павла через помещение к дальней двери, за которой находился лестничный пролет вниз. Катя обошла лестницу и, открывая следующую дверь, объяснила:

— Это пожарная лестница до жилых уровней. Туда нам точно нельзя!

За второй дверью действительно была парковка бункера, которую Смолов хорошо помнил. Им повезло — сейчас, кроме припаркованных фургонов и внедорожников, беглецов никто не встречал.

— Блин, только вот куда теперь, не знаю, — сказала Катя.

Павел пробежал вдоль машин, дергая каждую ручку. Все они оказались заперты.

— Черт!

— О, я знаю! — радостно выкрикнула Катя и побежала к припаркованному красному внедорожнику президента.

— Ты что, серьезно?

— А чем черт не шутит? — она подбежала к задней двери и дернула ручку и… дверь открылась! — Та-да!

— Да тебе в лотерею нужно играть!

— Обязательно купишь мне билетик! — она заскочила в салон. — Прыгай!

Павел почти занырнул на заднее сидение и тут же захлопнул дверь. В этот же момент на парковку выбежала целая толпа охранников.