Ракс Смирнов – Мертвый Шторм. Зарождение (страница 31)
— Батарейки используются в фонариках, настольных лампах, радиоприемниках и радиостанциях. У нас атомного реактора под боком нет, поэтому и валютой является самое ценное — электричество.
— Ну за двадцать лет они же, наверное, уже все окислились.
— У нас было такое объединение, ЭлектроСоюз. Те самые технари, о которых я говорил. У них под станцией был большой советский генератор со времен холодной войны. Поэтому они продавали электричество другим станциям и научились заряжать батарейки и аккумуляторы, а также делать свои. А что валютой является у вас?
Макаров открыл нижний ящик стола и достал небольшой пластиковый пузырек с прозрачной жидкостью внутри и показал его Павлу:
— Бензин. Федерация умеет синтезировать все виды топлива.
— Бензин? Его же почти невозможно синтезировать без нефти, а если можно, то для машин он все равно не подойдет. Ни за что не поверю, что вы и нефтяные вышки восстановили.
— Не восстановили. Основным топливом у нас является биогаз и биодизель. Его производить легко. А бензин федерация получает этим… как его… методом изотерм…. Изофрик…
— Изомеризации, — поправил Павел. В Мертвом Городе он периодически общался с сотрудниками научного отдела на военной базе. Там они ему многое рассказали о том, как можно синтезировать топливо, ведь для военных его нужно было много, и этот вопрос был очень актуален.
— Точно! Перегонкой, короче, из биодизеля.
— Но зачем? Этот процесс же тратит больше энергии, чем вы получите!
— Бензин используется для запуска газовых генераторов в сильные морозы. А зимы сейчас сами знаете какие. К тому же его цена производства делает его на вес золота. Так что, по сути, это и есть золото, используемое для оплаты.
— И что, вы все таскаете с собой бутылки с бензином?
— Нет, конечно! Мы что, в средневековье? Может, где-то за пределами Федерации люди так и делают, но у нас есть своя банковская система. Бензин хранится в хранилищах, а люди просто выписывают чеки на определенное количество топлива при оплате. А это, — он снова показал пузырек, — так, чисто наличка на всякий… — Макаров вдруг увидел кого-то, вскочил и отдал честь.
— Ладно тебе, Гриш, вольно! — послышался голос за спиной Павла.
Смолов встал и обернулся. К столу подошли несколько человек. Первой Павел заметил девушку лет тридцати в строгом черном костюме и с довольно большой записной книжкой в руках. Девушка имела невероятно выразительную внешность, которая сразу зацепила Павла и утянула все его внимание: уверенный взгляд больших светло-пепельных глаз, в которых хотелось буквально утонуть. Пышные, прекрасно уложенные длинные рыжие волосы, подбородок с острыми линиями, который, несмотря на некоторую квадратность, совершенно не отталкивал, а наоборот, скорее придавал некоторой изюминки и запоминаемости всему образу.
Рядом с девушкой стоял пожилой мужчина лет шестидесяти, татарской внешности, в очень дорогом костюме. По всей видимости, именно ему отдал честь Макаров. С мужчиной и девушкой, за их спинами, присутствовали два брата-близнеца. Все те же безликие бойцы Федерации в полностью закрытой броне.
— Азамат Тахирович, какими судьбами в нашем болоте? — с радостью в голосе произнес Макаров.
— Да вот, слышал, у нас тут зарубежные гости в себя пришли, — Азамат протянул сразу обе руки к Павлу. — Исәнмесез, Павел, здравствуйте! Добро пожаловать в столицу Республики Татарстан, прекрасный город Казань! Решил лично вас поприветствовать! От лица Министерства иностранных дел приношу извинения за не самый радушный прием вначале.
— Да все хорошо! — Павлу стало даже немного неловко. Видимо, после того, как разобрались, по шапке получили все, поэтому теперь каждый хотел извиниться. — Понимаю, ситуация была неоднозначная.
— Да, Цикады вечно все портят своими выходками. Гриш, вы как тут, все закончили?
— Да, вот документы уже готовим, кстати, схожу узнаю, как там дела.
— Да уж, давай поторопи их там, церемония празднования скоро начнется, не хотелось бы, чтобы наш дорогой гость все пропустил.
Макаров тут же побежал в сторону кабинета, где оформляли документы. Азамат, тем временем, продолжал трясти руку Павла своим двойным рукопожатием.
С широкой и добродушной улыбкой максимально гостеприимного хозяина он продолжил знакомство:
— Как вам у нас в Федерации, нравится?
— Да, неплохо тут у вас. Правда, бюрократии многовато.
— Ну куда уж без нее, — он рассмеялся и повернулся к девушке, — да, Катюш? Кстати, не представил вас. Это Екатерина Упрямова, мой секретарь.
— Очень приятно! — Екатерина тоже искренне заулыбалась. — Знаете, я очень о вас наслышана, приятно знать, как вы выглядите! О вас многие говорят, но пока ведь никто не видел!
— Ничего, ничего, — Азамат наконец отпустил руку и похлопал Смолова по плечу, — скоро покажем героя стране! Паш, мы хотим пригласить вас на международный форум, который пройдет после торжественной церемонии открытия Дня Единства. Вы там будете почетным гостем!
— Да, мне тут уже рассказали, вроде даже президент там будет…
— Это разумеется! Марат Рустемович Хаматов очень хочет с вами познакомиться. Это первоочередная причина моего визита. Сейчас мы сопроводим вас прямо до «Кремлевской».
К столу вернулся Макаров с красивой черной папкой из плотного картона с гербом Федерации, который Павел уже видел на форме солдат и боевых машинах.
— Документы готовы! — торжественно заявил Макаров и протянул папку, словно это настоящая награда. — Павел Александрович Смолов! Поздравляем вас с получением гражданства Федерации! — в этот момент все присутствовавшие в участке люди, полицейские и граждане, окружили компанию, заинтересовавшись происходящим.
Под общие аплодисменты Павел открыл папку. Внутри лежала ламинированная карточка, похожая на водительские права из далекого прошлого, только черного цвета. Белым шрифтом были написаны личные данные, а в аккуратной тонкой красной рамке разместилась его фотография. Сверху красными буквами имелась надпись «United Federation». Да, у этих федералов даже обычные документы максимально пафосные.
Все торжество вручения документов даже немного вогнало Павла в смущение. Его поздравляли так, будто он победил в Олимпиаде или спас десяток человек из пожара.
— Спасибо вам! — скромно произнес он, убирая документы в карман. — Это правда приятно, как-то даже не знаю, что я такого совершил…
— Что вы, бросьте! Это меньшее, что мы можем сделать. Ладно, айда-айда, ехать пора! — он хлопнул в ладоши и подошел к Макарову. — Гриш, рәхмәт за то, что все подготовил….
— Поздравляю… — с легкой скромной улыбкой сказала Катя, пока Азамат отвлекся. — Вы действительно этого достойны, проделали такой большой путь.
— Всего лишь проплыл на лодке пару дней.
— Вы не представляете…
— Можно на «ты», — пояснил Павел перебив.
— А, круто! — обрадовалась Катя. — Вот, ты не представляешь, — очень быстро переключилась она без какого-либо смущения. Эта искренность очень располагала к себе, — как это подняло настроение всем жителям, особенно в канун праздника. Марат Рустемович уже даже намекнул в одной из речей о том, что они будут развивать туризм в другие города.
— Я смотрю, вы уже подружились? — сказал закончивший диалог с Макаровым Азамат. — Это здорово! Значит, дорога пройдет веселее! По машинам! Гриша, пока! Жене привет!
Макаров кивнул, и группа вместе с Павлом в сопровождении охраны вышла на платформу. Здесь уже вовсю играла парадная музыка и собралось очень много народу. Периодически раздавались хлопки и с потолка падало мелкое конфетти. Такая обстановка действительно передавала дух праздника. Местами Павел замечал плакаты и баннеры со словами:
Павел и Екатерина шли рядом, за ними шла охрана. Азамат шел первым, периодически показывая то на одну часть станции, то на другую, рассказывая, что тут расположено.
— А вот тут популярный итальянский ресторан! Рекомендую заглянуть! — радостно презентовал он. — А вот тут можно купить отличную одежду!
Из-за музыки и общего гула слышно его было довольно плохо. К тому же он характерно тараторил с татарским акцентом, что не сильно чувствовалось в отделении полиции, но сейчас выделялось весьма ощутимо. Поэтому Смолов просто кивал, периодически как бы случайно посматривая на Катю. Ее образ сейчас привлекал больше, чем всевозможные заведения. Впрочем, она весьма открыто улыбалась, иногда поясняя, о чем именно сейчас сказал Азамат.
Они прошли до конца платформы, где на правых путях ряд строительных вагончиков заканчивался и начинался обычный туннель, только без путей и с асфальтным покрытием. Здесь, у платформы, стоял черный бронированный микроавтобус без задних окон. Распашные задние двери были открыты.
— Катенька, прошу вас! — Азамат галантно подал руку девушке, и она залезла внутрь. Затем он кивнул Павлу, — Паш, залезай, не стесняйся.
Внутри, в задней части, была какая-то небольшая стальная комната, что-то вроде мобильного шлюза. Катя залезла глубже и открыла вторую дверь, за которой оказался роскошный белый салон с четырьмя сидениями, смотрящими друг на друга.
— Вау! — от неожиданности вырвалось у Павла. — А мы разве не на поезде поедем?
— Поезд уже не ходит, — Катя уселась на одно из кресел, — парад вот-вот начнется. К тому же представители правительства перемещаются только так.