Рафаэль Лафферти – Дни, полные любви и смерти. Лучшее (страница 38)
Остальные растворились в неясных звуках и смутных тенях старого керосинового телеприемника.
Перспективы восстановления и возрождения первого и величайшего телесериала «Удивительный мир Аврелиана Бентли», снятого и выпущенного в 1873 году, находятся под угрозой!
Единственная подлинная и полная версия хранится в одном-единственном телеприемнике – том самом, который стоит в роскошной берлоге, где Аврелиан Бентли провел столько чудесных часов со своими дамами. Оригинальные либретто находятся здесь же: по необъяснимым причинам их нельзя относить на большое расстояние от телеприемника.
Все «призрачные» разговоры, вклинивающиеся в драму, тоже находятся здесь (прочие телеприемники немы), равно как и финальная серия, «Стряпчие…». Целая золотая эра телевидения! Я купил старое керосиновое сокровище за восемнадцать долларов, сказав хозяину, что это жаровня для каштанов. И вот, по досадному совпадению, бывший хозяин телеприемника получил в наследство сорок гектаров земли с прекрасными плодоносящими каштанами! Теперь он хочет вернуть жаровню! И закон, кстати, на его стороне.
Конечно, я купил у него приемник, я заплатил. Но заплатил чеком, который ничем не подкреплен. В общем, необходимо срочно где-то найти восемнадцать долларов – или приемник вместе с хранящимся в нем сокровищем будет утрачен навсегда.
Я занял тринадцать долларов и пятьдесят центов у трех друзей и одного врага, так что осталось найти еще четыре с половиной. Нет, постойте, есть еще девяносто восемь центов по одной монетке – их собрало общество «Дети за сохранение „Удивительного мира Аврелиана Бентли“». Значит, мне нужно всего три доллара пятьдесят два цента. Если кто-то хочет пожертвовать какую-либо сумму фонду, поспешите, не то золотая эра телевидения будет утеряна навсегда! Из-за дурости правительства взносы облагаются налогами.
Поверьте, стоит сохранить наследие той эпохи – эпохи настоящих гигантов. И тогда кто-то, глядя в старый керосиновый телеприемник, воскликнет словами Барда:
«…что за великая раса поэтов звездную арку зажгла в небесах?..»[78]
Начальное обучение камиройцев
Рассказ «Primary Education of the Camiroi» завершен в феврале 1964 г., доработан в апреле 1964 г. и опубликован в журнале «Galaxy Magazine» в декабре 1966 г. Включен в авторский сборник «Nine Hundred Grandmothers» («Девятьсот бабушек», 1970).
Предисловие[79]
Р. А. Лафферти – типичный возмутитель спокойствия и нарушитель порядка.
Как ни странно, я никогда не относил его к любимым писателям и даже сегодня воспринимаю скорее как автора, о котором меня постоянно просят писать. И мне всегда это льстит, потому что Лафферти очень крутой. (Десятилетия назад Терри Карр попросил меня дать для обложки рекламный отзыв о романе «Владыка из прошлого», и я тогда чувствовал то же самое.) Проза Лафферти насквозь пронизана юмором, но обычно, похохотав, я осознаю, что смеялся сам над собой.
Мы никогда не встречались. Он жил в Оклахоме, в городе Талса, вместе со своей сестрой. А вот слухи о его непомерных возлияниях на фантастических конвентах доходили до меня регулярно.
«Начальное обучение камиройцев», помимо прочего, – это еще и история о лингвистическом сдвиге, связанном с расселением человечества вдаль и вширь на самых разнообразных территориях.
Один из сюрпризов рассказа – «откровение» о том, что расцвет древнегреческой культуры произошел в результате колонизации Земли камиройцами («Дорийского вторжения»).
Детей на Камирои учат читать медленно, чем медленнее, тем лучше, а не наоборот. (Лафферти написал этот рассказ в пятидесятые, когда англоязычный мир охватила мода на курсы скорочтения; одним из самых популярных считался курс Эвелины Вуд. Я читал очень медленно и серьезно подумывал тогда, не пройти ли ее курс…) Время от времени в перевернутом камиройском мире всплывают близкие мне по духу идеи. («Можете ли вы себе представить настолько больного человека, чтобы он по собственной воле пожелал занимать ответственный пост в течение долгого времени?» Одна из главных причин моего решения стать писателем – это то, что я смогу наблюдать за политической деятельностью и даже писать о ее последствиях, не неся за это никакой ответственности.) Сразу после дискуссии на тему правительства следует глава о том, как дети-камиройцы сами проектируют и строят собственные школы.
У Лафферти были свои увлечения – он очень интересовался индейцами чокто из его округа. Им он и посвятил свой мифологический роман 1972 года «Окла Ханнали», опубликованный Издательством Университета Оклахомы. К сожалению, сам я этой книги не читал, но многие писатели – в частности, Ди Браун – отзывались о ней превосходно.
Диоген Киник, он же Синопский, во времена Платона предположил, что дела в сфере образования пойдут на лад, если за неуспехи учеников физически наказывать учителей.
Вполне в духе историй Лафферти. И это гораздо лучше видно, когда ты сам имел педагогический опыт. Особенно с некоторой дистанции, уже выйдя на пенсию.
Последние десять страниц «Начального обучения камиройцев» – список предметов, которые преподаются в классах с первого по десятый. Далее идут комментарии на тему того, к чему могло бы привести внедрение инопланетной системы образования на Земле. В конце даны три рекомендации по осуществлению такой задачи. Поскольку они включают в себя похищение людей, акции по сожжению книг и казни («избирательное повешение отдельных нерадивых учеников»), сказка представляется мне одновременно забавной и тревожащей, в лучших традициях «Скромного предложения» Свифта[80] – книги, которую можно назвать еще одним источником сатирических мотивов в творчестве Лафферти.
Одну из моих любимых историй про Лафферти (если честно, я только что вычитал ее в «Википедии») рассказал Дэвид Лэнгфорд в журнале «SFX» (2002): «[Однажды] некий французский издатель, ужасно нервничая, спросил у Лафферти, не будет ли тот возражать, если его сравнят с Честертоном [писателем-католиком, которого, в свою очередь, за дистрибутивизм сравнивали с Марксом]. Наступила жутковатая тишина. Неужели великий человек оскорбился? Наконец, очень медленно, Лафферти произнес: „Верным путем идешь, парнишка“. И вышел из комнаты».
И хотя от его историй мне изрядно не по себе, Лафферти, похоже, шел верным путем…
Начальное обучение камиройцев[81]
Из дневника наблюдений:
– Где, – спросили мы раздатчика информации в центральном справочном бюро Камирои, – находится головная контора местной АРУ?
– У нас такой нету, – радостно ответил он.
– То есть в городе Камирои, планетарной столице, нет АРУ? – изумился Пол Пайпер, председатель нашей группы.
– Конторы у нее нет. Но вы, бедные чужеземцы, вправе получить ответ, хоть и не умеете правильно сформулировать вопрос. Видите, там на скамеечке сидит старик и греется на солнышке? Подойдите к нему, скажите, что вам требуется АРУ. Он для вас ее сделает.
– Быть может, на Камирои у этой аббревиатуры какое-то другое значение, – предположила мисс Манч, первый зампредседателя. – У нас она расшифровывается как…
– Агломерация Родителей и Учителей, разумеется. Вы знаете, разговорный английский входит у нас в число шести обязательных к изучению земных языков. Не робейте, этот старичок – хороший человек и любит помогать совершенно незнакомым людям. Он с удовольствием сделает вам АРУ.
Несколько озадаченные, мы подошли к человеку, сидящему на скамейке.
– Сэр, мы хотели бы узнать, где находится местное отделение АРУ, – сказала мисс Смайс, наш второй зампредседателя. – Нам говорили, что вы можете помочь.
– О, безусловно! – сказал пожилой камироец. – Пусть кто-нибудь из вас арестует вон того прохожего, и приступим.
– Что надо сделать? – переспросил наш мистер Пайпер.
– Арестуйте его! Я и раньше замечал, что для вас не всегда понятны слова вашего собственного языка, и не раз удивлялся, как же вы между собой общаетесь? Арестуйте, возьмите под арест, под стражу, примените физическую или нравственную силу и приведите его сюда.
– Слушаю, сэр! – воскликнула мисс Хэнкс, наш третий зампредседателя.
Она обожала такие штуки. Мисс Хэнкс взяла под арест проходящего мимо камиройца, применив отчасти физическую силу, отчасти нравственную, и привела его к скамейке.
– Меандр, им требуется АРУ, – сказал пожилой камироец арестованному. – Прихвати еще троих, и приступим. Пускай дама тебе поможет, у нее ловко получается.
Наша мисс Хэнкс и камироец по имени Меандр арестовали еще трех камиройцев.
– Пятерых достаточно, – сказал пожилой камироец. – Сим учреждается АРУ и приступает к деятельности в рандомном порядке. Так, и чем же мы можем вам посодействовать, добрые земляне?
– А это законно? – засомневался наш мистер Пайпер. – Разве это в вашей компетенции – быть АРУ?
– На нашей планете каждый камироец способен исполнять любую работу, какую понадобится, – ответил один из камиройцев (позднее мы узнали, что зовут его Таларий). – Иначе жить на Камирои было бы весьма скверно.
– Возможно, – кисло отозвалась наша мисс Смайс. – Все это как-то очень уж неформально. А если кому-нибудь понадобится стать президентом планеты?
– По статистике, такая необходимость выпадает одному человеку из десяти, а то и меньше, – ответил пожилой камироец (его звали Филоксен). – Из нас пятерых один я как-то неделю прослужил президентом планеты и провел это время весьма приятно. А теперь к делу. Чем мы можем вам поспособствовать?