Рафаэль Дамиров – Начальник милиции 6 (страница 10)

– Ошибка в накладных, товарищ милиционер! Не тот товар на складах получили, сказали вернуть.

– Врет он, – прошипел Глеб. – Щас с березы сдерну, все расскажет.

– Погоди, – тихо проговорил я ему. – Сейчас разберемся.

Хватит на сегодня силовых методов.

Я снова повернулся к дереву и прокричал:

– А старый зачем привезли тогда?

– Дык на свалку везли, и тоже… по ошибке здесь разгрузили.

– П*здит, – раздувал ноздри Егорушкин. – Позволь, командир, я его вместе с березой поломаю? А?

– Спокойно, Глебушка. На тебе пока административка, а будет уголовка. Нельзя людей и березы ломать, даже плохих людишек нельзя. Тем более на глазах у милиции и граждан. Тут я теперь действовать буду. Допрошу, проверю, накладные изучу, на склады смотаюсь. Спасибо, так сказать, за содействие органам правопорядка.

– Врет Петухов все! – послышался глухой и одновременно гулкий голос, будто из лампы Алладина. – Мы старый шифер с кошар заброшенных содрали и привезли на садик устанавливать. А новый толкнуть хотели!

– Кто ты? – я повертел головой в поисках источника звука. – Голос из прекрасного далека.

– Я тут! Я больше не могу! Вытащите меня, пожалуйста! Я все скажу! Все!

Звук шел от бетономешалки. На территории детского сада не только за крышу взялись, а ещё заливали крыльцо. Ремонтировали ступеньки. Тут же стояли мешки с цементом и говорящая бетономешалка.

– Ну вот, – улыбнулся я Глебу. – Видишь, как все удачно сложилось. Молодец, умеешь работать с жуликами, убеждать их на правдивые показания. За это я тебе срок скощу…

– Это же суд может только сделать? – удивился суточник.

– Я хоть и не суд, но начальник милиции.

– Спасибо, – разулыбался Егорушкин. – А вы не такой плохой оказались, как я думал.

– Ты тоже ничего, – кивнул я, принимая благодарность. – Кстати, на работу сообщать не будем, что ты тут у нас отбывал и привлекался за мелкое хулиганство. Чтобы карьеру тебе не портить и репутацию. А то еще на товарищеский суд выдернут.

– Нет у меня работы, – грустно вздохнул здоровяк.

– Как нет? Ты же в ресторане гулял, как в последний раз. Столько денег просадил. Я думал, ты – кто-то вроде нефтяника, ну или геолога, на худой конец.

– Был инженером горным. Уволили.

– За что?

– Так и вот. Не давал воровать начальству. Пересекал их делишки мутные. А они на меня порчу техники повесили и по статье уволили. Теперь вот вернулся на малую родину, в Зарыбинск.

Дон Кихот-рецидивист, получается.

– Что с работой думаешь делать? – поинтересовался я.

– Извините! – снова прокричала бетономешалка. – Вы меня будете вызволять? Я же признался.

– Ваня, Тулуш, – крикнул я своим операм, что стояли в сторонке и без моей команды не двигались. – Выньте гражданина. И в отдел его. Будем оформлять хищение социалистической собственности. Да, и Скворцова с дерева снимите.

– Я Петухов, – несмело возразил прораб.

– Тем более, вам вообще не пристало на дереве сидеть. Петух – птица сугубо наземная. Максимум на забор вскочить может.

Мы с Глебом рассмеялись, а потом он вздохнул и проговорил, отвечая на мой предыдущий вопрос:

– Не знаю… Может, на мясокомбинат тут попробую устроиться, хоть грузчиком, хоть фасовщиком. По специальности я точно ничего здесь не найду.

– Образование-то какое у тебя?

– Горный техникум.

– Судимость есть?

– Нет, только в трезвяке бывал, да вот сейчас за хулиганку попал.

Ну, всё сложилось. Я сдержался, чтобы не потереть с довольным видом руки.

– Это ерунда, это все административка. Вот, что я тебе скажу, Глебушка, а давай-ка к нам…

– Куда это – к вам?

– В милицию.

– Не шутите?

– Нет. У меня в уголовном розыске единица освободилась. С техникумом сразу офицера получишь. Только бороду сбрить придется. Как со здоровьем у тебя? Медкомиссию пройдешь? Не завалишь?

Я оглядел богатыря, не слишком сомневаясь в его ответе.

– А то! – воспрял духом Егорушкин. – Чем-чем, а здоровьицем боженька не обидел. Спасибо папеньке с матушкой.

– Ну вот и славно, пошли, – я встал с лавки.

– Куда?

– Как куда? В кадры. Оформляться будем.

– А пошли! – махнул рукой здоровяк и бодро поднялся.

А после подцепил со скамейки бутылку и донес ее до мусорного пингвина – урна была в форме птицы с раскрытым широким клювом.

– Сан Саныч, нам что делать? – подошел Гужевой.

– Группу вызывайте, осмотр делайте, зафиксируйте подмену шифера, дело возбудить надо. Нехорошо ребятишек обкрадывать.

– Понял, а заведующую что – тоже задерживать?

– Ваня, ты оперативник или я? Сам реши после беседы с ней, определи степень ее участия, так сказать, в преступном сговоре.

– Ага, определим, – закивал Гужевой, а потом повел глазами на Егорушкина. – А этого куда ты повел? Нам его тоже опрашивать? Заявление на него будем брать от потерпевших?

– Ваня, это не потерпевшие, – кивнул я на человека из бетономешалки и Петухова, которые стояли возле бобика с понурыми лицами. – Это жулики. А это, – я качнул головой в сторону здоровяка. – Твой новый коллега.

– Что? – таращился то на него, то на меня Иван.

Домой к Алене я пришел пораньше, как и обещал. Скоренько поужинал, вызвонил Эдика в качестве извозчика и сопровождающего. Он, как знаток моды, вызвался помочь в выборе костюма.

Погрузились в «шестерку» и втроем направились в универмаг. Несмотря на то, что городок наш небольшой, с универмагом ему повезло.

Огромный, двухэтажный, современный – из стекла, бетона, отделанный мраморной плиткой. На входе немного несуразные квадратные колонны. Этакий хай-тек по-советски. Но для нынешнего семьдесят восьмого года здание смотрелось вполне себе модно. На мой вкус, не очень красиво, но выделялось – это точно. Магазин построили ко дню столетия Зарыбинска, эту дату отмечали лет пять назад.

В магазине продавали все – от пистона до бидона. Конечно, дефицитных товаров так просто не сыскать, но основной народный ширпотреб имелся в изрядном количестве. В том числе и мужские костюмы – эти висели длинным рядом. Множество моделей от разных швейных фабрик. Вот только цветом и фасоном – как инкубаторские. Блеклые и неброские тона, мешковатый покрой. Модный вельветовый пиджачок или венгерский батник здесь не купишь. А вот костюм для заседаний на партсобраниях вполне себе найдешь. И галстуки здесь под стать – какие-то скромные, неприметные, будто прячутся от кого-то.

– Не! Ну вы это видели? Как это можно носить? – возмущался Эдик, прохаживаясь между рядами мужских вещей. – Что за рубашки? А костюмы? Да в таких только в гроб класть…

– Джинсов здесь точно не найдешь, – поддакнул я и хитро посмотрел на Алену.

Та покачала головой и назидательно проговорила:

– Эдуард, нам нужен костюм не для похода на танцы, а для участия в важном официальном мероприятии, будем капсулу времени закладывать будущим поколениям. Так что помогите выбрать из того, что есть. Я в мужской моде не очень разбираюсь.

– Да где вы здесь моду-то увидели? – картинно закатил глаза фарцовщик. – Она умерла еще на пороге этого магазина, споткнувшись о сатиновые трусы и белые майки. И называй меня на «ты». Эдиком. Я не Эдуард, мое настоящее имя Петя. А Эдик – псевдоним…

– Вот как? – удивилась Алена. – Не знала… а почему именно Эдик?