Раф Гази – Лицо Казанской национальности. Книга вторая (страница 7)
Казань изначально предстает в неприглядном виде, поскольку возникла в "нечистом месте". Там, где "издавна… вгнездевся змiи великъ, страшенъ, о двою главу, едину имея змiеву, а другую главу волову…" Царь же "Саинъ Болгарскiи… возгради на месте томъ Казань градъ", который "стоить доныне, всеми Рускими людми видимъ и знаемъ есть, а не знающимъ слышимъ есть…"
Такими "ужастиками" густо усыпано все повествование "Казанского летописца", автор не скупится на черные краски, описывая Казань, где "вогнездися змiи лютъ… и распалашеся, яко огнь, въ ярости на христьяны, и разгарашеся яко огнь, пламенными усты устрашая, и похищая, и поглащая, яко овца, смиренныя люди Рускiя…"
Что мог подумать о Казани простой обыватель, никогда там не бывавший, после прочтения сих мрачных фантазий? Ну и поделом ей! А царь Иван – герой и народный заступник.
Вспоминаю, как будучи по служебным делам в первопрестольной, посмотрел одну любопытную передачу по Московскому TV, которое решило показать в телеэфире жизнь различных национальных общин столицы. Дело хорошее, и московские телезрители идею вроде бы приняли. Но знаете, какие вопросы они задавали? Приведу лишь один, наиболее характерный. Одна солидная дама вполне серьезно вопрошала: "А правда ли, что татарам разрешено убивать своих жен?"
Спасибо Казанскому летописцу, это его привет из глубины веков!
Душа, устав от тягостных будней, ищет сказки, готовая верить любым небылицам. Пушкин по этому поводу обронил замечательную фразу: "Над вымыслом слезами обольюсь!"
Но не забудем, что слезы могут быть и горькими.
Ибрагим Хальфин – первый татарский адъюнкт-профессор
К Ибрагим Хальфину, адъюнкт-профессору Казанского университета за помощью обращался американский коллега – зачем?
Американский ученый Отто Рериг изучал язык индейцев сиу, и ему показалось, что он близок к тюркским языкам. Для того чтобы подтвердить свои догадки, ему нужна была консультация специалиста, хорошо знавшего диалекты тюркского и урало-алтайского семейства языков.
Спустя 200 лет близость тюркского и индейских языков подтвердил татарский академик Абрар Каримуллин.
Но обо всем по порядку.
Вы можете представить, чтобы на должность учителя школы назначали указом главы государства? А в XVIII веке так оно и было. В 1769 году в Казанской гимназии по велению Екатерины II был открыт татарский класс, императорский указ гласил:
“…Учредить единожды навсегда при казанской гимназии для охотников класс того языка и определить учителем оного старой и новой в Казани татарских слобод депутата и тамошней адмиралтейской конторы толмача (переводчика. – Р.М.) Сагита Хальфина…”
Набирающая силу империя устанавливала новые контакты с Востоком, и ей нужны были грамотные чиновники, владеющие арабским, персидским и тюркскими языками. Где их готовить? Лучшего места, чем Казань, которая всегда служила своеобразным мостом между Западом и Востоком, не сыскать. Первая казанская мужская гимназия – первая провинциальная гимназия в России – была учреждена еще в 1759 году и давала хорошие знания в области многих наук, в том числе в изучении языков. Через гимназию прошло много знаменитостей, одним из первых ее окончил великий русский поэт Г.Р.Державин. Благодаря стараниям ее первого директора М.И.Веревкина, театрального драматурга и в будущем знаменитого академика, именно в Казанской гимназии впервые возник профессиональный театр европейского типа.
Сагит Хальфин был назначен на должность преподавателя татарского языка в столь знаменитое учебное заведение не случайно, он уже проявил свои творческие способности в качестве активного депутата в комиссии по разработке проекта Нового уложения (1767 г.). Хальфин не только преподавал татарский язык в гимназии, но и занимался научной работой.
Татарские книги тогда еще не издавались типографским способом, все книжное наследие народа сохранялось отдельными энтузиастами в виде ветхих рукописей. В 1778 году был напечатан первый светский букварь татарского языка “Азбука татарского языка с обстоятельным описанием букв и складов” в типографии Московского университета, его написал Сагит Хальфин, а затем составил сохранившееся в рукописи пособие “Татарский словарь и краткая татарская грамматика в пользу обучающегося юношества татарскому языку”.
В Казанской гимназии преподавали также его сын Исхак и внук Ибрагим. Общий педагогический стаж учительской династии Хальфиных составляет 60 лет. Исхак Хальфин известен еще и как переводчик на татарский язык полицейского устава “Положение Управы Благочиния” и “Учреждения для управления губерний Российской империи”, изданных в Азиатской типографии при Первой Казанской мужской гимназии. Последняя работа, выполненная очень быстро и грамотно, так понравилась Екатерине II, что она пожаловала автору чин губернского секретаря и денежную награду в 1000 рублей.
Но наибольших успехов добился Ибрагим Хальфин, который, как отец и дед, преподавал в гимназии татарский язык, а после открытия Казанского императорского университета работал там сначала в качестве лектора, а потом адъюнкт-профессора. Это был первый ученый из татар в университете, оставивший заметный след в его истории.
Помимо татарского И.Хальфин обучал турецкому и арабскому языкам, занимался исследованиями в области востоковедения. Учебных пособий по его дисциплинам не хватало, их попросту не было. Поэтому он стал писать и переводить учебники сам, издав “Азбуку и этимологию татарского языка” и подготовив вместе со студентом П.Юнаковым на татарском языке “Краткую российскую историю и географию”, а также арифметику. Роль Хальфина в просвещении татарского народа, приобщении его к достижениям российской и европейской культуры поистине огромна. Ученый лично приглашал своих соплеменников в гимназию и университет на различные торжественные мероприятия, театральные представления, руководствуясь принципом “лучше один раз увидеть…”.
Научная специализация Ибрагима Хальфина – история восточных народов, точнее, источниковедение – область, в которой до сих пор остается много белых пятен. Для того чтобы стать здесь настоящим профессионалом, мало знать восточные языки, необходимо еще разбираться в различных древних шрифтах и азбуках. В Казанском университете И.Хальфин дружил и плодотворно сотрудничал с выдающимся русским востоковедом Х.Френом. Общение, которое продолжалось и после переезда последнего в Петербург, было полезно обоим. Хальфин многому научился у Френа, именно с его подачи он знакомился с трудами известных европейских ориенталистов, а Френ с помощью своего ученика постигал восточные языки. Из наиболее значительных их совместных работ исследователи в первую очередь называют знаменитую “Родословную тюрков” Абуль-Гази Бахадур-хана. Благодаря ее изданию в Казани после текстологической редакции Ибрагима Хальфина этот замечательный исторический памятник тюркских народов был введен в научный оборот и стал доступен всем ученым-ориенталистам. Причем не только российским, но и зарубежным, о чем свидетельствуют многочисленные ссылки на него европейских историков. (Заметим в скобках, что первый перевод рукописи хивинского хана Абул Гази, осуществленный и изданный в 1770 году Тредьяковским и Миллером, назывался «Родословная Татар», а не «Родословная тюрок»).
Ибрагим Хальфин имеет и самостоятельные работы, самые известные из них – “Азбука и грамматика татарского языка” и “Жизнь Чингиз-хана и Аксак-Тимура, с присовокуплениями разных отрывков, до истории касающихся, кои все слова для обучающихся расположены по алфавиту”. Эти книги долгое время оставались единственными учебными пособиями по данной тематике и послужили образцами для написания новых более поздними авторами. Специалисты отмечают, что труды И.Хальфина были замечены такими видными в то время европейскими тюркологами, как Сильвестр де Саси, А. Давиде, Парч, Шпулер, Чарльз Рей, а также немецким историком Йозефом Гаммер-Пургештелем, которого высоко ценили Карл Маркс и Фридрих Энгельс.
Казанский ученый Абрар Каримуллин, изучавший диалекты древних тюркских племен, совершил в Пушкинском доме в Ленинграде любопытную находку. Оказывается, имя Ибрагима Хальфина было известно не только в Европе, но и в Америке, о чем свидетельствует письмо американского ученого О.Рерига в Казанский университет, адресованное И.Хальфину. Отто Рериг прислал в Казань несколько писем, причем писал он по-татарски арабскими буквами. Это само по себе удивительно – в далекой Филадельфии нашелся человек, который выучил по книжкам татарский язык и обратился в Казанский университет за помощью к первому татарскому историку!
Что интересовало Отто Рерига?
Как пересказывает его письмо А.Каримуллин,
“Отто Рериг пишет Ибрагиму Хальфину, что у него имеются две его книги… и изъявляет свое желание познакомиться с его новыми работами по татарскому языку. Далее он сообщает, что давно занимается изучением татарского языка, о своих работах по описанию тюркских рукописей в библиотеках Парижа, о своем знакомстве с трудами известных тюркологов. Причину своего обращения к Ибрагиму Хальфину О.Рериг объясняет тем, что у него возникла необходимость глубокого изучения истории татар, диалектов языка, и поэтому он желает установить научные контакты и обмен новыми трудами по тюркологии”.