Радуга Светлова – Светлый путь в никуда (страница 7)

Это был обычный день. Тося вернулась со школы, зашла во вторую половину дома и прямо на кровати увидела их – обувь своей мечты! Они были очень красивые, абсолютно новые и связанные между собой веревкой. Она так обрадовалась, схватила вкусно пахнущие кеды и побежала на кухню.

– Ура-а-а, ура-а-а! Мама, спасибо! Я самый счастливый человек в мире!

Мама, очень строгая и скупая на чувства, улыбнулась краешком рта и, продолжив месить тесто, строго взглянула на дочь.

– Носи аккуратно, после тебя еще три девки.

Тося поставила кеды на стул, полюбовалась еще раз и побежала помогать матери. Работа так и кипела в руках у девочки: она быстро натаскала в баню воды, собрала яйца в курятнике, встретила корову, подоила её, попутно рассказав Бурёнке про свою радость.

Корова слушала внимательно и жевала жвачку, время от времени кивая головой, мол, я рада за тебя. Вечером, переделав все дела, после бани, Тося лежала и не могла уснуть: сердце выпрыгивало от предвкушения, какая она будет завтра красивая. Ночью ей снились живые кеды: большие и маленькие, они были повсюду, и она их пыталась поймать за хвостики-шнурки, но они убегали от Тоси, расстраивая её и огорчая.

Проснулась она раньше обычного – проверила, на месте ли кеды. Они стояли там же, на стуле. То, что они были на месте, было и так понятно – по всей комнате разлился легкий запах резины. Собравшись, Тося перед выходом посмотрела на себя в отражении шкафа – теперь она красавица, нет сомнения. Обувь была немного великовата, и пока она дошла до школы, немного натерла мозоль на ноге. Но это нисколько не омрачило настроение девочки, потому что все ей смотрели вслед и восхищались. В школе одноклассницы заметили обновку Тоси и вместе, беззлобно посмеялись над теми, кто был в калошах. Она теперь не в их числе.

День был такой теплый, ясный, что обратно из школы Тося решила идти другой дорогой, более длинной, чтобы её видела вся деревня. Обошла школу, прошла мимо магазина и спустилась по центральной улице. Ей казалось, что люди тайком смотрят на неё из окон и немного завидуют.

Почти около дома надо было пройти через ручей, но из-за того, что она пошла другой дорогой, мостик оказался слишком далеко, и Тося решила перепрыгнуть через небольшой ручеек. Разбежалась, прыгнула и немного не долетела – обеими ногами оказалась в воде. Кеды сразу начало засасывать в песочное дно. Сердце ёкнуло, провалилось в пятки, и она, в ужасе, выскочила на другой берег. Кеды были грязные, мокрые, и от былого лоска не осталось и следа. Она села прямо на берег и заплакала.

Соседка, пасшая рядом гусей, подошла, увидела в чем дело.

– Не плачь, дурёха, сейчас прямо тут помоем, дома высушишь на завалинке, и будут как новые. Даже мамка не отругает.

Тося шла домой босиком, прижимая к себе мокрые кеды, и всхлипывала. Пришла домой и поставила на завалинку, на солнышко, как учила соседка. Мама увидела, накричала на дочь, обещала больше не покупать ей никаких вещей.

Приготовив ужин и накормив младших, Тося пошла доить корову, а заодно и забрать высохшие кеды. Спустившись с крыльца, она увидела картину, которая заставила её закричать и схватиться за волосы – посреди двора стояла корова и дожёвывала одну из кед. Вторая валялась вся истоптанная около Бурёнки. Тося, не помня себя от ярости, подскочила к корове, начала вытаскивать изо рта остаток обуви и, увидев в руках скомканную резиново-тряпичную массу в слюнях, в сердцах кинула в морду удивленной корове. Потом подобрала вторую и тоже кинула ей.

– На, доедай, бесстыжая.

На следующее утро, с опущенной головой, Тося шла в школу в калошах.

Экономия

Юля с детства знала, что такое «нет денег». И экономить – это у неё в крови. Её мама тянула двоих детей одна. Времена были тяжелые – дефицит, безработица.

Женщине, простой учительнице, дополнительно пришлось освоить много новых навыков: швея, чтобы перешивать вещи и ставить заплатки или из старых тряпок соорудить дочерям по платью; вязальщица – нужны были теплые носки, варежки, шапки.

Покупать возможности нет, но зато сколько старых свитеров, чего добру пропадать. Уборщица – ходила мыла подъезды за пятьдесят рублей. Пару раз была сиделкой у лежачего больного за ведро помидор и пучок лука.

Когда стало немного полегче, девочки начали работать, пропала необходимость на всем экономить, женщина немного вздохнула с облегчением, но всё равно старалась не разбазаривать лишние деньги.

Девочка Юля, как прилежная ученица, перенимала опыт, запоминала все способы и возможности, как сэкономить. Профессию выбрала хлебную, в прямом смысле, кондитер-технолог, зная, что дома всегда будет мука и сахар. А что еще для счастья нужно? Отучилась попутно на швею и вплоть до трусоввсё шила себе сама.

На работе заприметила Андрея, скромного парня, водителя с доставки тортов, год наблюдала за ним и сделала заключение: не пьет, не курит, спокоен и застенчив. Немного лысоват в свои 26, но это ерунда. А то, что живет с матерью, – только плюс, будет кому с их детьми сидеть, пока они работают. Юля после работы подошла к нему и предложила пожить вместе, если всё устроит обоих, через пару месяцеврасписаться. Юля ему нравилась: высокая, стройная, рыжая. Он согласился. Свадьбу не играли, оформили отношения и побежали на работу.

Оказавшись в доме мужа, она начала строить свои порядки. Первым делом поставили счетчики на воду. Набирали полную ванну – сначала мылась Юля, потом Андрей, потом свекровь. С рождением сына иерархия не особо сменилась: маленький Максимка купался первый, а потом всё по старой схеме. Потом из этой ванны убиралось два ведра воды для смывки унитаза. Оставшейся водой Юля стирала вещи и мыла полы. Посуда мылась только в тазике, без моющего средства. Один раз к ним приходили из ЖЭКа проверить, не стоят ли магниты на счетчиках.

Юля своих коллег учила, как мыть голову содой и вместо крема использовать жир. К слову сказать, шевелюра у неё была шикарная: густые рыжие волосы, собранные в косу, и белая чистая кожа.

Свекровь, тихая и скромная, маленькая седая женщина, поначалу еще пыталась как-то призвать Юлю немного быть помягче, немного побаловать себя.

– Юленька, дочка, мы же не голодаем, купи себе красивое пальто, туфельки, ладно я уже старая, но ты же молоденькая совсем, так уж урезать во всем нельзя. Максимка конфеток просит в садик.

– Мама, я же не для себя стараюсь. Откладываю. А конфеты детям вредно. Знаете, сколько зуб один вылечить стоит?

На что они с мужем откладывают, Юля ответить не могла. Несколько раз Андрей предлагал съездить отдохнуть всем вместе, на что Юля делала огромные глаза и удивленно махала руками.

– Ты что, с ума сошёл? Сто тысяч кому-то подарить? Тогда уж проще выкинуть вон на помойку деньги, заработанные таким трудом.

Муж и свекровь, будучи неконфликтными и мягкими людьми, отстали. Со временем привыкли к такой жизни. Вещи не покупали – Юля шила по вечерам после работы. Андрей любил читать, и, чтобы не тратить на книги, они с женой ходили по мусорным бакам и находили выкинутые книги, частов очень хорошем состоянии. Мебель тожебыла оттуда. Андрей немного умел мастерить по дереву – вот и переделывал из старых шкафов новые.

Машины не было, бензин очень дорогой, лучше пешком – очень полезно с утра прогуляться до школы и работы, благо всё в получасе ходьбы.

Первые десять лет они были вроде как даже счастливы. Растили Максима, экономили, крутились как белки в колесе, но Юля стала замечать в последнее время в глазах мужа какую-то тоску. Он реже стал разговаривать, сидел на кухне, читал книгу и долго не шел спать. Жена решила, что это кризис среднего возраста, и не трогала его. Пройдет.

Однажды он пришел с работы на взводе. Видно было, что он волнуется и у него дрожат руки.

– Юля, нам надо поговорить.

Жена напряглась и присела на стул напротив мужа.

– Я давно собирался поговорить, но не мог собраться с духом. Больше так не могу, Юль. Не хочу так жить больше. Устал. Чувствую, что-то уходит, убегает от меня. Уже взрослый мужик, а нормальной жизнью так и не пожил.

– И что ты хочешь?

– Зная тебя и твое отношение ко всему, хочу развода. И половину денег. Ты не думай, я эти деньгине только на себя хочу тратить. Хочу сыну велик спортивный купить, телефон хороший. Отдохнуть с ним и мамой съездить, море им показать.

Как он мог? Юля даже не могла вымолвить и слова. Сердце стучало, она уже не слышала, что он там бормочет. Столько лет она даже трусов себе не покупала, огурцом лицо мазала, чтобы у их семьи были запасы. А руки? Да они в мозолях же, все от шитья постоянного! Она встала, посмотрела на мужа, ушла в спальню и там дала волю слезам.

– Неблагодарный… Я ему жизнь свою под ноги кинула, ребенка ему родила… Молодостью пожертвовала… Развод, как легко он это сказал! Годы, проведенные вместе, ничего не значат для него. Он не знает, что такое любовь!

А говорила ли она мужу, что любит его? Юля пыталась вспомнить. Знает ли он вообще, как дорог ей? Как важно ей засыпать рядом с ним? Может быть, он не в курсе этого? Она же никогда об этом ему не говорила!

Свекровь пришла на помощь очень кстати – не спрашивая, продала свои припрятанные от невестки украшения, обручальное кольцо и купила две путевки. Пинком под зад отправила детей на пять дней отдыха, а сами с Максимкой каждый вечер в кафе быстрого питания пропадали.