Радик Яхин – Последыш (страница 5)
– Как ощущения? – спросила Лира, сканируя его мозговую активность.
– Тишина, – ответил Кайн. – Абсолютная тишина внутри.
На экране его нейроны сияли ровным, стабильным светом. Посторонней активности не было. Интерфейс работал. Он был изолирован.
Торвик, наблюдавший за процедурой по видео, удовлетворительно кивнул.
– Хорошо. Теперь ты под защитой. Возвращайся на пост наблюдения. Но помни: никаких попыток контакта. Ты – наши глаза и уши. Не больше.
Кайн кивнул и вышел из медицинского блока. Он шёл к своему внедорожнику, и его шаги были твёрдыми. Он чувствовал себя под контролем. Защищённым.
Но глубоко в новообразованной цифровой изоляции «Янтаря-7», в месте, куда не доходили сканеры, крошечный сегмент чужеродного кода, занесённый во время нейроконтакта у купола, тихо активировался. Он не атаковал. Он начал медленно, осторожно интегрироваться в структуру интерфейса, изучая его, подстраиваясь под его ритм. Ожидая своего часа.
А на скале у купола, в палящей пустыне, существо внутри кристаллической оболочки едва заметно повернуло голову. Беззрачковые глаза были по-прежнему закрыты, но уголки его рта-щели дрогнули, образуя подобие улыбки. Оно почувствовало, как замкнулся контур. Как «Последыш» добровольно надел на себя цифровые наручники, которые однажды можно будет разомкнуть извне. Игру только начинали.
Пока Кайн возвращался на наблюдательный пункт, в другом конце света, на заброшенной антарктической станции «Восток-2», работала вторая группа СБЧ. Их задачей был поиск любых аномалий, связанных с холодом и изоляцией, по аналогии с «Арктуром». Они копались в старых, законсервированных ещё в середине XXI века серверах, когда наткнулись на скрытый раздел.
Раздел был зашифрован кодом, не похожим ни на один известный военный или научный шифр. Его структура была биологической, словно ДНК. Потребовалось подключить к дешифровке «Гелиос», и даже ему понадобилось несколько часов, чтобы найти ключ: им оказалась последовательность аминокислот, обнаруженная в тех самых 37% ксеногенома «Хранителей».
Архив открылся. Внутри были не текстовые файлы, а нечто иное – трёхмерные голографические проекции, карты генома и… чертежи. Чертежи, которым, судя по слоям льда над станцией, было не менее ста пятидесяти тысяч лет.
Голограммы изображали процесс. Череп Homo Sapiens. Затем его поэтапная трансформация. Увеличение лобных долей, изменение структуры гиппокампа, перестройка нейронных связей. Внешние изменения: уплотнение кожного покрова, изменение пигментации, увеличение роста. И самое главное – схемы внедрения в ДНК новых цепочек. Тех самых, что составляли 37% различия.
Проект носил название «ПОСЛЕДЫШ», записанное греческими буквами, но с ошибкой, характерной для машинного перевода с неизвестного языка. Подпроекты назывались «Адаптация», «Пробуждение», «Синхронизация», «Переход».
Сопроводительные записи, расшифрованные «Гелиосом», были отрывисты и полны пробелов:
«…цикл подходит к концу… атмосферная катастрофа неизбежна… спасти вид невозможно… решение – ускорить эволюцию, создать следующую форму… Последыш станет мостом… семя будущего в теле прошлого…»
«…носители отобраны… генный код внедрён в рецессивные участки… будет передаваться через поколения в спящем состоянии… активация по сигналу Хранителей…»
«…Хранители – не создатели. Они – садовники. Они следят за Садом и будят семена, когда приходит Время Цветения…»
В самых повреждённых файлах говорилось о «Переходе». Это был не метафорический, а физиологический процесс. Из человеческого тела должно было «прорасти» нечто иное. Высшая форма. Обладающая телепатией, телекинезом, способностью воспринимать многомерность пространства, жить в симбиозе с планетарным сознанием Земли и, возможно, другими мирами.
Но процесс описывался как болезненный, травматичный и не для всех. Только носители «спящего кода», «Последыши», могли его пережить. Остальное человечество… В записях на этот счёт была зловещая расплывчатость: «…непригодный материал вернётся в цикл… станет основой для нового Сада…»
«Гелиос», анализируя данные, добавил свою ледяную логику:
– Гипотеза: человечество является промежуточным звеном. Биологическим инкубатором для следующего, более совершенного вида. «Хранители» – это либо предыдущая итерация этого вида, либо его создатели/кураторы. Они контролируют процесс эволюционных скачков на Земле. Текущий «цикл» – время человечества – подошло к концу. «Сигнал» подан. «Последыши» должны проснуться и начать «Переход». Остальные особи подлежат утилизации для высвобождения ресурсов и биоматериала.
Торвик, получив отчёт, приказал провести кросс-культурный анализ. Результаты были ошеломляющими.
Мифы о «людях со звёздной кожей», пришедших с севера или из-под земли, чтобы дать знания и уйти, встречались у десятков народов: от эскимосов до древних шумеров. Легенды о «Великом Изменении», когда избранные дети богов превратятся в сияющих существ и уйдут на небо, оставив остальных в «старом мире», были у инков, в тибетском буддизме, в кельтских преданиях.
Самое поразительное совпадение было в описании «избранных». Их называли «Позднорождёнными», «Последними Детьми», «Теми, Кто Ждал». Почти дословный перевод «Последыша».
– Это не вторжение, – мрачно констатировал на экстренном совещании Торвик. – Это… жатва. Или сбор урожая. Мы – посев. И настало время для нового ростка пробиться сквозь нашу кожу.
Сопоставив данные, Торвик понял, что ключ лежит не в древности, а в недавнем прошлом. В 2041 году. Год, когда все исследования по этой теме были засекречены и спрятаны. Год, когда был создан проект «Последыш» в современных архивах СБЧ.
Он отправил запрос на доступ к файлам уровня «Омега-Нуль», тем самым, что лежали в его сейфе. Запрос требовал подтверждения от трёх из пяти высших руководителей СБЧ. Он получил два отказа и два молчания. Только председатель, старик с печальными глазами, дал согласие, добавив личное сообщение: «Майкл, будь осторожен. Некоторые истины лучше спят. Разбудив их, ты можешь разбудить не только их.»
Но Торвик был солдатом. Он ненавидел неизвестность больше, чем опасность. В своём кабинете, поздно ночью, он ввёл коды, снял биометрию и открыл сейф. Достал пожелтевшую папку.
Первая же страница заставила его кровь похолодеть. Это был отчёт о проекте «Последыш» 2041 года. Не древнем. Современном. Инициатором выступало не СБЧ, а тайный международный консорциум «Нексус» (тот самый, чье имя носила орбитальная лаборатория). В отчёте говорилось, что, изучая древние артефакты, они подтвердили существование «спящего кода» в человеческой ДНК. И не просто подтвердили. Они активировали его у группы добровольцев.
Дальше шли фотографии. Люди до и после. «После»… они были похожи на ранние, неудачные версии «Хранителей». Кожа теряла пигмент, глаза темнели. Они демонстрировали нечеловеческие способности, но также страдали от жутких психических расстройств, агрессии, распада личности. Проект был признан провальным и опасным. Все испытуемые и учёные были ликвидированы. Данные – запечатаны.
Но одна запись, личная пометка на полях, сделанная руководителем проекта, доктором Элией Сорен (той самой, что сейчас была на станции «Зенит»), приковала взгляд Торвика:
«Мы ошиблись. Мы пытались ускорить Природы. Но Переход – это не научный процесс. Это таинство. Для него нужен не просто код. Нужен Ключ. Ключ, который Хранители спрятали не в генах, а в душе. Или в том, что мы душой называем. Проект «Последыш» закрыть. Надеюсь, навсегда.»
Торвик медленно закрыл папку. Его рука дрожала. Теперь он понимал. Древний «Последыш» – это план спасения вида через эволюцию. Проект 2041 года – неудачная, кощунственная попытка человека украсть это знание. Агент Кайн, с его аномальной устойчивостью… не был ли он одним из тех «добровольцев»? Или, что хуже, потомком кого-то из них? Его особые нейронные паттерны, его «нечеловеческая» выдержка…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.