Радик Яхин – Клан Капуцинов (страница 3)

Нома побледнел снова. Во второй раз за один вечер. Кендзи подумал, что это может войти в привычку.

— Сорок второй, — прошептал Нома. — Я умер в пять лет. Утонул в реке. Фигурку мне дала бабушка. Сказала, что она спасла меня. Я думал, это просто игрушка.

— Игрушки не пахнут кровью, капитан. — Кендзи подошёл к столу с разбитым мечом. Осколки лежали неподвижно. — У нас есть одна ночь, чтобы понять, как заставить этих пятерых говорить, не убивая их. Потому что если мы их убьём, они станут частью клана. А клан не принимает мёртвых. Клан принимает только тех, кто готов умереть добровольно.

Нома подошёл ближе. Его лицо теперь было не бледным — серым, как пепел.

— Откуда вы это знаете?

— Я не знаю, — признался Кендзи. — Я чувствую. Фигурка даёт мне не ответы, а направление. Как стрелка, которая всегда показывает на север, даже если ты стоишь на южном полюсе.

Он достал из внутреннего кармана плаща маленький блокнот в кожаном переплёте. Блокнот принадлежал отцу. Страницы были исписаны мелким, почти нечитаемым почерком, который Кендзи расшифровывал последние десять лет. Он открыл его на закладке — полоске сушёной морской капусты, которую отец использовал вместо ленточек.

«Клан Капуцинов, — прочитал Кендзи вслух, — не имеет вожака. Не имеет иерархии. Не имеет правил, кроме одного: тот, кто помнит, тот и ведёт. Память — это их валюта. Они покупают и продают воспоминания, как рис на рынке. Чем старше воспоминание, тем оно дороже. А самое старое воспоминание — это то, что было до того, как люди научились бояться темноты.»

Нома слушал, не перебивая. Пятеро застывших в комнате тоже слушали — Кендзи видел, как шевелятся их уши. Не все люди умеют шевелить ушами, но эти пятеро могли. И это было самым жутким из всего, что он увидел сегодня.

— Ваш отец, — сказал Нома, когда Кендзи закончил читать. — Он знал, как остановить клан?

— Он знал, как с ним договориться. — Кендзи закрыл блокнот. — Но договор подразумевает, что обе стороны что-то теряют. Мой отец потерял себя. Я не хочу терять никого. Ни себя, ни этих пятерых, ни вас, капитан.

— Тогда что вы предлагаете?

— Предлагаю найти того, кто старше клана. — Кендзи посмотрел на фигурку обезьяны в своей руке. Средний глаз был открыт уже наполовину. — Тот старик на рисовом поле — он не часть клана. Он считает их ошибки. Значит, он существует вне их правил. Если мы найдём его в реальном мире, а не в видении, он сможет сказать, как открыть замки, не ломая ключей.

Нома хотел что-то возразить, но в этот момент один из пятерых — профессор этнографии — открыл рот и заговорил.

Голос не принадлежал профессору. Это был голос ребёнка. Девочки лет шести-семи, с той особенной чистотой произношения, которая бывает только у детей, которые учатся говорить заново после долгого молчания.

— Он врёт, — сказал ребёнок голосом профессора. — Старик на поле — это первый из клана. Он не считает ошибки. Он их создаёт. Каждый раз, когда он перебирает позвонки, кто-то в мире забывает, как дышать. Твой отец понял это слишком поздно. Ты понял это слишком рано. Разница только в том, что у тебя ещё есть шанс повернуть стрелки назад.

Кендзи подбежал к профессору и схватил его за плечи. Тело было твёрдым, как камень. Глаза смотрели, но не видели. А рот закрылся, и больше не открывался.

— Что это было? — спросил Нома.

— Это было предупреждение, — ответил Кендзи. — Или подсказка. Я не знаю. В этой игре каждый ход делает одновременно три игрока, и никто не знает правил до конца.

Он отпустил профессора и отошёл к стене, покрытой газетами. Иероглифы снова двинулись, но теперь Кендзи заметил закономерность — они не просто меняли форму, они складывались в предложения. Предложения на старом японском, языке эпохи Хэйан, который Кендзи изучал в университете, потому что его отец настоял: «Выучи, сын. Когда-нибудь стены заговорят на нём, и ты должен будешь понять, что они скажут».

Стены говорили сейчас. И Кендзи читал.

«Клан Капуцинов спит в костях каждого человека, который когда-либо смотрел на обезьяну в клетке и чувствовал не жалость, а узнавание. Потому что обезьяна — это не животное. Обезьяна — это зеркало. Тот, кто смотрит в него достаточно долго, перестаёт видеть себя и начинает видеть тех, кто был до него. А тех, кто был до нас, было много. И каждый из них оставил след. Клан собирает эти следы, как сухие листья, чтобы разжечь костёр, который сожжёт разницу между тем, что было, и тем, что будет.»

Кендзи перечитал последнюю строчку трижды. Потом повернулся к Номе.

— Мы должны увезти их отсюда. Всех пятерых. В разные места. В разные города. Чем дальше друг от друга, тем лучше.

— Зачем?

— Потому что они не замки, — сказал Кендзи, чувствуя, как фигурка обезьяны нагревается в его руке. — Они — части одного ключа. Вместе они отпирают дверь. По отдельности — просто куски металла. Если мы разделим их, клан не сможет проснуться. По крайней мере, не сегодня.

Нома кивнул и достал рацию. Но прежде чем он успел нажать кнопку вызова, свет в комнате погас снова. На этот раз — насовсем.

И в темноте Кендзи услышал, как кто-то перебирает позвонки. Медленно. Один за другим. С тем же ритмом, с каким падают капли дождя на крышу заброшенного дома.

Тьма длилась ровно семнадцать секунд. Кендзи считал удары собственного сердца, чтобы не потерять ориентацию в пространстве. Когда свет вернулся — не прежний тусклый, а какой-то болезненно-жёлтый, льющийся из ниоткуда и отовсюду сразу, — он увидел, что комната изменилась.

Пятеро застывших стояли на прежних местах, но теперь между ними и Кендзи выросла стена. Не настоящая стена — полупрозрачная, мерцающая, как марево над раскалённым асфальтом. Сквозь неё были видны силуэты, но черты лиц расплывались, превращаясь в цветные пятна. Нома остался по ту сторону вместе с застывшими. Кендзи — по эту, один.

Фигурка обезьяны в его руке раскрыла все три глаза. Деревянные веки поднялись с тихим щелчком, похожим на звук ломающейся сухой ветки. И Кендзи понял — не умом, а тем местом, где прячутся самые древние страхи, — что сейчас произойдёт что-то непоправимое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.