Радагор Воронов – Скользящий (страница 38)

Башни были уже совсем рядом. Да, вблизи они выглядели не такими маленькими, как издалека. Центральная, метров сорок в диаметре. Малые по двадцать. Да и в высоту самая большая, метров под восемьдесят, ничего себе махина.

— Не восемьдесят, а семьдесят семь. — Уточнил тот, затем добавил, — Каждое число, всегда и везде имеет значение, неуч. Малые по краям, сорок семь, сорок девять, пятьдесят один, пятьдесят три. — Перечислил он их высоту.

— А-а, — хотел я спросить, почему именно так?

Но меня перебили.

— А это тебе, знать незачем.

Я заткнулся. Так молча и дошли. Ничего, ни какого входа, двери, пролома, сплошная голая каменная кладка.

Он просто положил свою руку мне на плечо. Мы мгновенно оказались внутри, где-то наверху, в просторной комнате, по все видимости в центральной башне.

— Фу-у, — выдохнул я от испуга, чуть согнувшись вперед, часто дыша.

Мужчина, не обращая на меня внимания, прошел к большому, резному, деревянному креслу возле стены. С превеликим удовольствием уселся в него, положив руки на подлокотники, выдыхая и расслабляясь.

— Не люблю шляться просто так. — Пояснил он.

Я замер на месте, озираясь по сторонам. Огромное, круглое помещение, скорее всего целый этаж центральной башни, где-то на самом верху. В стенах множество небольших закругленных сверху окон, по всему периметру. Большой деревянный стол, возле которого он сейчас и сидит. Рядом, всего один стул и вообще больше ничего нет, совершенно пустой зал. Только на полу в центре, выложен из какого-то черного камня, большой круг.

Он кивнул на стул.

— Садись.

Я пожал плечами, прошел по помещению и сев, посмотрел на него.

— Вопросы потом, послушай вначале, что скажу. И не перебивай! — Он сердито сдвинув брови.

Я кивнул. Может что-то прояснится.

Человек сложил руки на животе, соединив пальцы в замок.

— Давненько я не чуял свежего духа. А тут гляжу, добыча сама бежит ко мне. — Улыбнулся, увидев, как я напрягся от этих слов.

— Да будет тебе известно, ты сейчас в гостях, подчеркиваю, в гостях у Хирсина. — Он даже палец поднял многозначительно вверх, произнося эти слова. Но видя, что у меня нет никакой реакции, покачал головой. Я напряг свою память, ну да, где-то, что-то читал, еще дома в Москве, но совсем не помню, кто это.

— Бестолочь! — Бросил он, недовольно. — Весь момент испортил, своим незнанием. — И Вздохнул.

— Я принц Даэдра, Бог охоты! — Величественно произнес он.

Вот сейчас это произвело на меня впечатление! Даже кое-что, на эту тему проскочило в памяти. Открыв рот от удивления, я часто задышал, мороз прокатился по коже. Передо мной настоящий Бог!

— Правильная реакция. — Он слегка улыбнулся. Посидел, полюбовавшись на меня, махнул рукой.

— Ты даже не представляешь как давно, я вот так просто, ни с кем не разговаривал. Да и сколько уже веков минуло, с того времени, как вообще оказался здесь заточен, — и тяжело вздохнул.

— Ладно, — вновь махнул рукой. — Почуял я свежий дух. Думаю, ну вот, добыча сама бежит ко мне, наконец-то перекушу молодой, человеческой жизненной силой. А то, разрешено мне охотиться раз в три года, да и что это за охота, так, подманил, да сцапал. Вот когда-то, это была охота! — Он вновь печально вздохнул.

— Думаю, надо пойти посмотреть, да забрать свое. А не тут-то было. Гляжу, а вокруг тебя вьются гончие смерти, что за чудеса? Возле человека! Да не нападают, просто рядом бегут. Сильно это меня удивило. Давненько их не видел, а тут, аж на моей земле! Смотрю, одна помогла тебе упасть, эльфы появились, ну, а это уже не порядок.

— Гончие смерти? — Вырвалось у меня.

Он сердито сдвинул брови.

Я замахал руками.

— Все, все, извините.

— Так вот, — он продолжил. — Шуганул их. Вздрогнули они, от неожиданности, да поджав хвосты, исчезли. Сейчас на границе моей земли ошиваются, глазами зыркают, но черту не пересекают, бояться. Пока эльфов пугал, поглядел на тебя, чудно стало. Печать стоит, удивился. Не встречал подобных, за свою долгую жизнь, тем более на людях. Надо же, вечный любовник смерти, да откуда здесь? Каким ветром занесло в мой мир? Вот думаю, почему гончие сопровождали, не отпуская от себя. Эльфам хотели отдать. Сбежал ты от них, начертанное пытался изменить. Кто же с тобой сотворил такое? Это же древнейшее заклятие, одно из семи. Мало кто вообще о нем знает, а уж применить, вообще не слышал о подобном.

Да, то что он рассказал, многое меняет. Теперь понятно, что остаться в живых в любом теле, после того, как я избежал смерти, мне бы не дали.

— Темный повелитель его звали, так он, по крайней мере представился. — Печально произнес я, опустив голову.

— Ну, это не имя, так мог себя кто угодно назвать. Больше ничего не сказал? Как все было? Рассказывай, уж больно любопытно, кто это такой.

Я вздохнул, ну а что скрывать? Рассказал, как вляпался в эту историю.

— Да. Весьма занятно. Дуболомов и неучей везде хватает. — Это он про меня. — Не определишь, кто он, ясно лишь одно, как-то связан с порождением тьмы.

— А сами то, что здесь сидите? — Обиделся я.

— Цыц мне, малявка. — Он аж вперед подался от возмущения. — Думай, с кем говоришь.

Я весь сжался. Повеяло ужасом.

— Простите, вырвалось. — Прошептал я, шмыгнув носом.

— Вырвалось у него. — Пробурчал тот, успокаиваясь. Убрав воздействие тьмы, вновь расслабился в кресле.

— Меня изгнали, наказали. Я на большой охоте с Богиней Смерти повздорил. Резкая она очень, не терпит подобного. А я заносчив был, вот и сослала сюда, чтобы немного поостыл. Тело это дала, земли определила, заточила в них. Разрешила лишь раз в три года, питаться силой жизни, местных существ, да не больше одного всего ловить. Вот и голодаю с того времени. — Объяснил он. А ты аппетитный. — И улыбнувшись, посмотрев на меня.

Я побелел. Тело задрожало.

— Не трясись, не трону, сказал же, в гостях. И не потому, что я такой добрый. Подобного во мне никогда не водилось, тут дело в другом. Не могу я упустить такой шанс, чтобы хоть немного не напакостить ей. — Он хитро прищурился, довольно посмотрев на меня.

— Ты же вечный ее любовник, забавляется она тобой. Ты ей отдан силой заклятия. Раскрою маленькую тайну, никто не способен провести сей ритуал, если нет договора с ней. Поэтому меня так и удивило, что кто-то смог наложить на тебя печать.

— И что мне делать?

Слезы как-то сами выступили из глаз.

— Так, мокроту мне здесь не разводи. — Бросил он.

Я всхлипнув, утер нос, протер глаза.

— Мне абсолютно наплевать на тебя. — Он почмокал губами, а я тяжело вздохнул.

— Но, как я и сказал, хочу напакостить Богине. Поэтому и помогу тебе, но только поэтому. Даже мысли не допускай, в своей пустой башке, что я мог проявить к кому-то жалость. Не вздумай меня благодарить, еще неизвестно, что из всего этого получится. Да и участь твоя будущая, может оказаться не лучше прежней.

— А вы не можете снять печать? — Я поднял взгляд, с надеждой посмотрев на него.

Он отрицательно покачал головой.

— Ее не сможет снять никто. Есть только один шанс, избавиться от этого.

— Какой? — Не выдержал я.

— Найти и убить того, кто ее тебе поставил.

У меня вообще все оборвалось внутри.

— Это невозможно. — Я покачал головой. — Кто я, а кто он! Да и как его найти.

— Ну-у. — протянул Хирсин, — ничего невозможного нет.

Я встрепенулся.

— Правда?

Он кивнул.

— Сказал же, помогу.

Я сглотнул, хоть какая-то надежда.

— Что я должен делать?