Р. Баркер – Костяные корабли (страница 31)
– Нет, супруга корабля, никогда. Куда идешь ты, туда и я последую за тобой. Вот только… – Тут он смолк.
– Только? – спросила Миас.
– Старая женщина, которую ты видела раньше, та, что кажется немного странной. Она провела здесь много времени.
– И это сломило ее дух, – сказала Миас.
– Нет, супруга корабля, в ней живет дух Старухи, – возразил Меванс.
– Ты взял под опеку еще одну сломленную душу, Меванс. Корабль флота не место для…
– Она удачливая, супруга корабля, да, так и есть. Ее зовут Гаррийя, и она везучая.
Миас покачала головой, но потом повернулась к одному из морских гвардейцев.
– Приведи старую женщину, о которой он говорит, – приказала она и вновь посмотрела на Меванса. – Скажи, что она хотя бы умеет шить.
– Я очень в этом сомневаюсь, супруга корабля, – рассмеялся Меванс. – Она совершенно бесполезна. Но ей сопутствует удача.
Миас довольно долго смотрела на него, потом покачала головой.
– Меванс, мне нужны женщины и мужчины для морской гвардии. Женщины и мужчины, склонные к насилию, но соблюдающие дисциплину.
– Ну, с насилием тут все в порядке, а вот с дисциплиной едва ли, – ответил он.
– Ты хорошо знаешь тех, кто находится на борту тюремного судна? – спросила Миас.
Меванс кивнул.
– Так и есть, – сказал он. – Я знал, рано или поздно, ты здесь появишься. Кое-кого из тех, что ты не взяла, можно использовать. У меня есть список их умений. Большинство никуда не годятся, береговые крысы, но есть и такие, кто оправдает твои надежды.
– Ну, в таком случае ты можешь освободить меня и Джорона. – Она наклонилась к нему и тихо продолжала: – Нам нужна хорошая команда, Меванс, и очень не хватает людей.
– Я найду их для тебя, – обещал он.
Она кивнула, но Меванс продолжал смотреть ей в глаза.
– Что?
– Есть еще кое-что, – сказал он.
– Кое-что? – уточнила Миас.
– Ну, это для нас, я имею в виду твою команду. Но если подумать, должно помочь и тебе.
– Ты о чем? – спросила Миас.
– Черный Оррис.
– Три сиськи, – проворчала Миас. – Черный Оррис? Ты серьезно?
– Мы не можем лететь без Черного Орриса, – настаивал Меванс.
– И где он сейчас?
– У Мулвана Каханни, – продолжал Меванс. – Но так уж получилось, что мне стало известно о желании Каханни тайно перевезти кое-какие грузы.
– Но как ты можешь такое знать, ведь ты находишься на борту тюремного корабля? – спросила Миас.
– Сюда доставляют преступников, супруга корабля, и здесь бывают члены моей семьи.
– Я все еще супруга корабля флота, Меванс, а не одна из твоих преступных кузин, помогающих контрабандистам, – мрачно напомнила ему Миас.
– Да, я знаю, – сказал Меванс. – Вот только корабль мертвых… Там другие правила, разве не так, супруга корабля?
– Я не пират, – жестко сказала Миас.
– Все дело в том, что Каханни отправит с грузом часть своей команды, я слышал, что он хочет перевезти кое-что очень ценное, а его люди не только склонны к насилию, но дисциплинированны, ты ведь хочешь получить именно таких?
– Но они не будут отвечать передо мной, Меванс.
– Ну да, они подчиняются Каханни. Но, если он отдаст их под твое командование, они станут твоими, а ты сможешь в ответ попросить Черного Орриса в качестве платы.
– Если только язык Орриса не успел его погубить, – заметила Миас.
– Орриса не убьют, – заявил Меванс, сверкнув улыбкой. – Он удачливый. Как и ты.
Миас отступила на шаг.
– Гвардейцы, – сказала она. – Этот мужчина, Меванс, теперь хранитель шляпы. Он выберет команду, как если бы решение принимала я. – Она отвернулась. – Джорон, нам нужно вернуться на берег.
Он кивнул и подошел к ней.
– Кто такой Каханни? – спросил Джорон.
– Если кто-то украл со склада кости, или товары ввезены контрабандой, или чье-то тело нашли плавающим лицом вниз в гавани, скорее всего, за этим стоит Каханни.
16. Если сапоги по размеру
После миазмов, окружавших тюремные суда, вернуться к вони Рыбного рынка стало почти благословением. Людей на улицах оказалось довольно много, но Миас шла сквозь толпу так, словно никого вокруг не было. Она обладала природным изяществом и знала не только свое место, но и места других в окружающем мире – одна из причин, делавших ее хорошей супругой корабля. Всегда понимать, где находится враг – будь то морская рябь или плотный туман, – бесценное умение, подобное способности слышать пение косяков рыб, которым природа наделила его отца.
В центре Рыбного рынка, в квадрате, окруженном прилавками с дарами моря, Жрицы Старухи проводили церемонию под статуей Девы, сделанной из стеблей вариска. Они стояли на пьедестале, за ними находились три избранника, чья кожа была натерта маслом, а тела плотно охватывали ремни. Лица жриц скрывали маски, раскрашенные в яркие оттенки красного, зеленого и синего. Все жрицы являлись дарнами, одетыми как Женщины Моря: Дева, Мать и Старуха. Перед ними на коленях замерла девушка, державшая на руках новорожденного. Вокруг собралась толпа, чтобы посмотреть на ритуал передачи матерью ребенка, но когда Джорон перевел взгляд на Миас, он заметил на ее лице смесь отвращения и страха.
– Нам нужно поскорее отсюда убраться, – сказала она. – До того, как они начнут.
Но они опоздали. Морские гвардейцы уже перекрыли все выходы с рыночной площади, а жрица в длинной маске и рваных одеяниях Старухи возвысила голос.
– Слушайте все! Остановитесь! Стойте и смотрите, как очищаются души!
Толпа застыла и молча смотрела на жрицу.
– Слушайте все! Остановитесь! – прокричала жрица в коротком одеянии и красной маске Девы. – Эта девушка участвовала в неделе совокуплений. И нашла много мужчин, которые просили ее благосклонности. И она ее им отдала. Дева ей улыбнулась, и благословение расцвело у нее внутри.
– Слушайте все! Остановитесь! – закричала жрица в длинных одеяниях и маске Матери, на которой было нарисовано строгое лицо. – Эта девушка отдала свое цветение. Ее живот округлился, а когда Мать испытала ее силу, она оказалась на высоте и родила здорового и сильного ребенка. Слава перворожденному!
– Слава перворожденному! – взревела толпа, а когда крики смолкли, единственными звуком, нарушавшим тишину, был плач матери ребенка.
– Подними ребенка, девочка, – сказала Старуха.
Девушка повиновалась, отняв дитя от груди. Ребенок закричал, когда мать вскинула его обеими руками над головой.
– Как волны являются памятником власти Ста островов, так плод совокуплений есть наша сила, – сказала Жрица Старухи. – Я объявляю твоего перворожденного проклятым. Но не бойся, дитя.
– Не бойся, дитя, – хором повторили Дева и Мать, а Старуха взяла ребенка у матери. – В гавань входит корабль, построенный из костей потерпевших кораблекрушение; кейшаны пали в честь твоего имени, и ты будешь путешествовать на костях как зоресвет. Твое тело умрет, но душа будет жить в корабле. – Жрица Матери шагнула вперед, сняла маску, взяла девушку за локоть и помогла ей подняться на ноги.
– Мое дитя, – печально сказала девушка, потерявшая ребенка.
– Твой ребенок теперь служит Троим, – сказала Мать. – А тебя я назову ситер и дарн. Ты присоединишься к нам в спиральных жилищах, выберешь избранника и начнешь восхождение к власти, используя магию своего плодородия и силы. Ты больше не изгой дарнов.
Вперед шагнула Жрица Девы, которая также сняла – маску.
– Я также назову тебя ситер, – сказала она. – Я одену тебя и научу правилам двора и обычаям мужчин. – Она посмотрела в толпу. – А теперь скажи мне правду, ситер. Знаешь ли ты отца своего ребенка?
Девушка покачала головой, но ее взгляд был устремлен в толпу, и глаза загорелись, когда она увидела там парня, который так пристально смотрел на нее, что у Джорона не осталось никаких сомнений – он отец ребенка. Джорон оказался не единственным, кто это понял; Дева и избранники у нее за спиной тоже все видели.
– Значит, ты совокуплялась со многими?