Пётр Паламарчук – От преддверия коммунизма до Крещения Руси. Новый московский летописец. 1979-1988 (страница 27)

И все-таки 11 декабря, в день 70-летия Солженицына, в Москве прошли три вечера в его честь, довольно четко показавшие расклад общественного отношения к его мыслям и творчеству. В «Доме кино» выступали «прорабы духа», не выходившие за пределы рассмотрения рассказа «Один день Ивана Денисовича». В Доме культуры медработника на Большой Никитской, ныне улице Герцена (прежде это была караимская синагога) собрались почитатели и бывшие друзья Александра Исаевича из среды «либералов». И, наконец, в клубе чулочно-носочной фабрики имени Баумана, где раньше находилась церковь во имя святителей московских митрополитов Петра, Ионы, Филиппа и Ермогена при епархиальном свечном заводе, собрались «почвенники» — академик Шафаревич, писатели Солоухин, Распутин, бывший политзаключенный Леонид Бородин и другие.

Окончательно «пробить» печатание «Архипелага» удалось лишь с 8-го номера «Нового мира» за 1989 год, — но это уже было делом времени, ибо в стране действительно начались необратимые духовные изменения.

И главным из них, которое венчает настоящую летопись, было отпразднованное всем миром

ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ КРЕЩЕНИЯ РУСИ. Еще 29 апреля, переломив сопротивление нехристей, с членами Синода во главе с Патриархом встретился Горбачев, пообещав им всяческое содействие со своей стороны. Оно действительно последовало: в следующем 1989 году сообщалось, что всего за его правление открыто вновь до 1700 новых храмов; отдано еще несколько монастырей, разрешено основать три семинарии и пастырские курсы. Количество верующих в стране нынче определяется в 60 или даже 70 миллионов человек.

Между прочим, в благодарственном слове Патриарха Горбачев был несколько двусмысленно назван «главным архитектором перестройки». Столь же режуще прозвучало в актовой речи Пимена уже в Большом театре заявление, что-де теперь наконец возвращаются ленинское нормы в отношениях государства с церковью. Как точно заметил несколько позже писатель и 27-летний сиделец в лагерях Олег Васильевич Волков, выступая на собрании в память священномучеников России XX века, — «Не приведи того Бог!»

Сам праздник состоялся с 5 по 17 июня. Проходивший четыре дня (6-9) поместный собор причислил к лику святых девять новых угодников Божиих: вел. кн. Димитрия Донского, преп. Андрея Рублева, преп. Максима Грека, свят. Макария, митрополита Московского, преп. Паисия Величковского, блаженную Ксению Петербургскую, свят. Игнатия Брянчанинова, преп. Амвросия Оптинского, свят. Феофана Затворника. Был принят и новый, более свободный церковный Устав (который почти сразу же потребовал новых улучшений и не скоро еще вступил в силу).

12 июня, в день всех святых, в земле Российской просиявших, в обновленном Даниловом монастыре было торжественное богослужение под открытым небом, на котором присутствовало пять патриархов… Всего за пять лет там, где прежде посреди детской колонии торчала статуя «Ильича», вновь засияло православное благолепие. Сама же судьба кумира весьма показательна. Когда колония была выведена на московскую окраину, встал вопрос о том, что с ним делать: оставить в обители явно грешно, а ломать покуда что страшно — как будто ранее не бывало тому примеров. Внешний выход подсказал некий чиновник: поскольку изваяние числится «на балансе» исправительно-трудового учреждения, путь оно его к себе и заберет. Подогнали самоходный кран, теплым вечером приподняли «Лукича» тросами — и тут он возьми да и лопни от злости на тысячи мелких осколков! Тогда уже все эти останки с легким сердцем подмели и вышвырнули на свалку. А нынче перед домом наместника, рядом с которым были похоронены Самарин и Гоголь, выросла часовня в память тысячелетия со святым источником чистой воды.

Затем празднование было перенесено в исторические центры православия — Киев, Владимир и Петроград. Списателю летописи посчастливилось присутствовать в Киеве на юбилейных торжествах. И здесь необходимо отметить некую преемственность в том, как следила за праздником сама природа. Еще в Данилове на всем протяжении службы собиралась гроза, гудевшая в расставленных повсюду громкоговорителях. Затем в «матери городов русских», когда вновь освящали монастырь при дальних пещерах Лавры, чуть было не полило из поднебесья. Но лишь на следующий, самый знаменитый день, когда намечен был молебен у памятника Владимиру Крестителю, пролились эти очистительные воды. Не успел крестный ход вступить на трижды оцепленную Владимирскую горку, как словно изо всех небесных скважин хлынул могучий ливень, длившийся все два часа, покуда шла служба — и постепенно, несмотря на плащи и зонтики, вымочивший до нитки присутствующих. Когда же запели в конце величание празднику, выглянуло жаркое летнее солнце и враз просушило продрогших людей. А древняя схимница громко промолвила: «Вот оно и второе крещение — для всех!»

ИТОГИ ДЕСЯТИЛЕТИЯ. Десять пережитых лет привели нас нежданно, но гаданно из предбанника коммунизма прямиком к вольному второму тысячелетию русского православия. Произошел прямо на глазах великий поворот от построения царства князя мира сего к возвращению веры отцов. Страшный урок оплачен невиданными в истории жертвами и посему никогда не забудется потомками. В грядущем еще ожидают многие препоны и обстояния, но упование на воскресение никогда не будет посрамлено.

…13 июня на московской окраине Орехово-Борисово был без предварительного оповещения заложен Свято-Троицкий храм с приделами Покрова Богоматери и Всех русских святых в ознаменование великого русского христианского юбилея. В январе 1989-го «левый» журнал «Век XX и мир» на последней странице (первого тиража) сделал в связи с этим знаковую опечатку. Он заявил, что к 1000-летию на Москве будет выстроен Свято-Троцкий храм(!). Была ли эта ошибка ненамеренной или нарочной, ясно одно — она показала, что путь от святого до бесовского иногда бывает длиной всего в одну букву: ведь именно буква, согласно апостолу Павлу, убивает, а Дух животворит. Немало объявилось за последнее время желающих поклониться кумиру с обрезанным именем; но мы верим и даже убеждены, что в столице вырастет новый собор именно Свято-Троицкий!

Теперь пора вступить в следующий год, когда будет отмечено 400-летие основания на Руси Патриаршества; всего 12 лет отделяют его от третьего тысячелетия по Рождестве Христове — и лишь три года спустя исполнится семь с половиною тысяч лет от сотворения мира. Посему в заключение приведем последний наш анекдот:

В новогоднюю ночь идет Горбачевпо Кремлю, натыкается на собственный портрет, долго смотрит и наконец в сердцах говорит свои мыми вслух: «Так снимут меня или нет?» — Снимут меня,—отвечает ему собственное изображение.— А тебя-то как раз повесят.

А за ним — созданную уже в нашем веке молитву

О СПАСЕНИИ ЗЕМЛИ И ЦЕРКВИ РУССКОЙ

Господи Боже сил, великий, дивный и многомилостивый! Услыши моление нас, грешных и недостойных раб Твоих, и прими в пренебесный Твой жертвенник.

Спаси, защити, укрепи, победно утверди страждущую Церковь Русскую, избави ее от гнета дерзновенно восставших на святыню.

Не остави верных правде Твоей архипастырей и пастырей, совершающих мученический подвиг, принося Бескровную Жертву за православный народ.

Утверди людей Твоих, за Христа гонимых; облегчи страдания верных чад, в заточении и тяжких работах сущих, изгнанных ради твердого стояния в вере. Расточенныя собери, молящихся Тебе укрепи и исполни во благих прошения борющихся за истину, поддержи унывающих и воздвигни изнемогших, ищущих же просвети и вразуми, призывающих имя Твое приими.

Землю Русскую и весь мир от ярых безбожников избави, силу их и намерения разори cилою Честнаго и Животворящаго Твоего Креста.

Упокой, Господи, замученных и убиенных, совершивших подвиг в стоянии за Церковь.

А нас всех на путь покаяния направи и утверди в исповедании веры Твоей, молитвами всепричистыя владычицы нашея Богородицы и приснодевы Марии и всех святых, яко благословен еси во веки веков — аминь.

1989, 29 августа, на память перенесения из Едессы в Константинополь Нерукотворного образа Господа Иисуса Христа, в попразднество Успения Божией Матери и праздник образа Богоматери Феодоровской.