Пётр Паламарчук – От преддверия коммунизма до Крещения Руси. Новый московский летописец. 1979-1988 (страница 22)
«ОТЧЕ, ОТПУСТИ ИМ — НЕ ВЕДАЮТ БО, ЧТО ТВОРЯТ» — так было написано на памятнике убитому генерал-губернатору Москвы, великому князю Сергею Александровичу в Кремле; его разорвала на куски бомба, брошенная эсером Каляевым, а вдова вел. кн. Елизавета Феодоровна по-христиански просила царя простить убийцу.
Памятник 1 мая 1918 года собственноручно снес Ленин, набросив, по воспоминаниям первого советского коменданта Кремля Малькова, петлю на шею Распятия работы Васнецова. Взорвали и соседний Чудов монастырь, где в подклете стояла гробница страдальца. Но вот нынешним летом при рытье траншеи на Ивановской площади случайно наткнулись на уцелевший склеп великого князя. Откопали две камеры; во второй из них стоял гроб с серебряными накладками, внутри которого были найденные после взрыва части тела в истлевшем мундире. Взявши в музей только серебро, остальное все-таки не стали ломать, а вновь закрыли и засыпали землей до будущих поколений.
ПОКРОВ БОГОМАТЕРИ. Летом после 55-летнего перерыва был вновь освящен первый престол в возрождаемом Даниловском монастыре — нижний храм во имя Покрова Божией Матери. К следующей Пасхе готовятся открыть и Троицкий собор. Последний оставшийся в живых насельник старой Даниловой обители, отец Иоанн, рассказывал собравшимся на праздник, что сразу после закрытия в 1930-м монастыря одна из богомолок, ходившая сюда прежде постоянно (она умерла лишь в прошлом году), в сокрушении сердца шла вдоль стен и неожиданно встретила вживе Сергия Радонежского чудотворца и преподобного Даниила Московского. «Что ты плачешь? — утешил, перекрестив ее, святой князь. — Помни: аз с вами и никто же на вы!»
1986
НОВОГОДНЕЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ. 1 января впервые показали по телевизору взаимные обращения Рейгана и Горбачева к народам двух стран, напечатанные затем в газетах. Рейган сидел в простой комнате, позади него стоял портрет жены. Горбачев восседал в зале царского дворца за чужим столом. Рейган в числе прочего сказал, что американское общество основано на убеждении в том, что каждая человеческая личность есть бесценное творение Божие. У нас это напечатали дословно, и даже трубки в телевизорах от такой новости не полопались — но только в «Правде» букву имени Божия с прописной переменили на строчную.
ХИМЕРОПРИЯТИЯ — таково по заслугам должно быть имя перемен минувшего года, но для вразумительности разобьем еще на подзаголовки и первым назовем среди них —
ХВАТИТ ХЛЕБА: ибо в отчете о выполнении планов за прошлый год было выразительно сказано, что зерна собрали «достаточно для удовлетворения потребностей населения». А раз гак, то и никакие цифры не требуются.
НАДЦАТЫЙ СЪЕЗД ЧЕЛФАКОВ. С 26 февраля по 6 марта, сверх обычного длительно, прошел 27-й съезд коммунистов Союза. Поскольку созван он после трехкратных генсечьих похорон, родилось такое четверостишие, переиначенное из известной песенки про духовой оркестр:
На заседаниях Горбачев по своей привычке очень много разглагольствовал про три главных понятия первой поры своего правления — «человеческий фактор» (в повседневном сокращении «челфак»), «перестройку» и «ускорение».
Удивительным было лишь то, что московский вождь Ельцин сам покаялся в трусоватом поведении при Брежневе; а потом еще сказал, что недовольсгво современной архитектурой столицы стало вопросом политическим. «Правда» получила по шее за упоминание о том, что между народом и правительством встала глухая стена партийной бюрократии. Единственным положительным решением была отмена проекта поворота северных рек — но сохранилась формулировка задачи «углубить проработку проблем, связанных с региональным перераспределением водных ресурсов». Пользуясь ею, поворотчики все-таки продолжили копать — пока 15 августа не было принято окончательное решение прикрыть всю шарашку. За это мудрое решение Горбачев был наречен имеющим
Вдогон была создана теория о правивших Советами семи головах на букву «т»:
Помянув деятельную жену генсека, сочинили загадку:
И еще такую эпитафию 27-му сабантую:
ПЯТЬ ЗАКОНОВ ГОРБАЧЕВА. Первым было постановление от 28 марта о разрешении половинчатого мелкого личного и семейного порядка на селе, а также продажи колхозами сверхпланового урожая государству по рыночным ценам; ему мало кто поверил — уж слишком много обещали, а потом давали по рукам.
Вторым делом упразднили несколько старых ведомств и создали взамен новые: например, вместо единого министерства строительства образовалось целых четыре в соответствии со сторонами света.
28 мая вышел указ, который вместо поощрения деловитости призывал следить за ближним и отнимать у него «нетрудовые доходы». Усиление мелочной опеки и учета мигом сказалось на рынках: одни товары исчезли, другие стали продаваться втридорога. За большие взятки вообще пригрозили смертною казнью. Несоответствие задачам времени этого указа было таково, что его почти тотчас по выходе даже пугливая советская печать принялась честить на все корки.
21 ноября появился закон об ИТД — но это не «и так далее», а «индивидуально-трудовая деятельность» (хотя по внутренней сути все-таки — и так далее…). Когда в банках не хватает денег для выплаты жалованья рабочим и служащим из-за бестолковой войны с вином, решили чем только можно стеснить людей, желающих трудиться на совесть.
И учредили на всех предприятиях вместо подходящих условий труда — еще одну проверочную службу под названием «госприемка». О ее целебности долго дудели в печати и на экране; но через несколько лет признали, что толку опять-таки никакого и надо как можно скорей упразднять.
ПОБЕДА БЕЗ ПАМЯТИ. Под давлением общественности отменили отвратительный проект памятника победы во второй мировой войне, который был утвержден ранее на «закрытом» холуйском конкурсе для одного. Однако пролазистые миллионеры-скульпторы и архитекторы успели уже дать команду срыть до корня старую Поклонную гору, а также воздвигнуть вместо нее сараеобразное здание — все это было исполнено. Народное возмущение постепенно выдохлось: на проведенных вслед нескольких конкурсах не было представлено ни одного действительно достойного великой трагедии проекта, и потому вопрос о постройке памятника вообще повис в воздухе, а никому прежде не нужное строение на костях горы было превращено в музей со штатами, директором и даже охраной—однако без экспозиции.
ЧЕРНОБЫЛЬ. 1986 год останется под черным знаком этого имени — хотя вообще-то оно ни в чем не виновно. По-украински чернобылем зовется обыкновенная полынь (а если проводить параллели с другими именами, то по-татарски она называется «емшан», по-немецки «вермут», а по-французски «абсент»). Но в связи с нашим Чернобылем в первую голову вспоминали «звезду Полынь» из Апокалипсиса, которая, по заключенному в нем пророчеству, упав в воду в конце человеческих времен, отравит ее на треть и треть жителей земли погубит.
Под Лазареву субботу, рано утром 26 апреля в половине второго часа взорвался четвертый ядерный реактор на Чернобыльской атомной станции, у которого снесло крышу, и облако радиоактивного горючего из 1600 стержней полетело по близлежащим землям Украины и Белоруссии. Как установило затем расследование, реактор должен был выводиться из действия для ремонта, но вывод попросили на время приостановить из-за нехватки под первомайский праздник энергии в Киеве. Рассчитывавший на надежность оператор повиновался — чего никак нельзя было допускать. Однако главным виновником все-таки оказался тот, кто спроектировал столь слабую систему защиты.
Обезумевшие от страха непосредственные руководители сбежали от радиоактивного заражения, а прибывшие тушить пламя пожарные, не зная его природы, употребили сперва для погашения огня обыкновенную воду, что в данном случае было полностью противопоказано. В итоге 31 человек погиб, 300 с диагнозом острый лучевой болезни положено в больницу. В первый день боялись даже эвакуировать жителей близлежащих сел и городов, опасаясь распространения паники и тем увеличивая число облученных; затем потихоньку стали вывозить население — но остальным гражданам страны еще ничего не хотели объявлять. Молчание прорвалось, лишь когда зараженное облако достигло Швеции, и там 28-го числа, то есть через два дня после взрыва, забили тревогу.