Пётр Паламарчук – Ивановская горка. Роман о московском холме. (страница 13)

В то время усмотрел нас лежащий на том дворе человек,

который в колокол рано утром звонит...

— То есть?

— Невелика честь: сторож церковной.

Вскоча, спросил нас: что мы за люди и не воры ли

самовольно на двор взошли?

Тогда товарищ мой ударил его лозой, чем воду носят...

— На приклад, коромыслом?

— А то. И сказал:

неужели для всякова прихожанина

ворота хозяйские отпирать —

почему некогда ему будет и спать.

Потом к попу в покой взошли,

но более ничего у него не нашли,

кроме попадьи его сарафан

да его долгополой кафтан,

которой я на себя надел,

и со двора обратно с товарищем моим пошел.

Дорогою у рогаток часовые хотя окликали,

токмо думаю, что, признавая меня попом,

а товарища моего дьячком,

нас не одержали, и мы пришли

под Каменной мост, где воришкам был погост —

9

— кои требовали от меня денег,

но хотя и отговаривался, однако дал им двадцать копеек,

на которые принесли вина,

притом напоили и меня.

Выпивши, говорили:

пол да серед сами съели,

печь да полати внаём отдаём,

а идущим по мосту тихую милостыню подаём —

— Ясно: мошенники!

— И ты-де будешь, брат, нашего сукна епанча!

— Сиречь?

— Такой же вор — тут и вся речь.

Поживи здесь в нашем доме,

в котором всего довольно

наготы и босоты

изнавешепы шесты,

а голоду и холоду амбары стоят.

Пыль да копоть, притом нечего и лопать...

Погодя немного, они на чёрную работу пошли.

10

Я под тем мостом был до самого свету

и, видя, что долго их нету,

пошёл в город Китай, где попал мне навстречу того ж дому

господина Филатьева человек и, ничего не говоря, схватя,

привёл меня обратно к помещику в дом.

В то ж время прикован на дворе был медведь,

близ которого и меня помещик приковал сидеть,

где я два дни не евши прикованной сидел,

ибо помещик кормить меня отнюдь не велел,

токмо, по счастию моему, к тому медведю девка ходила,

которая его кормила,

притом по просьбе моей и ко мне тихонько приносила;

между тем сказала, что-де и помещик наш обстоит в беде —

Ландмилицкой солдат сидит в гостях в холодной избе..:

— Укокошен?!

— Да мёртвой в колодезь брошен!

Потом помещик мой меня в покой к себе взял, и,

скинув все платье, сечь меня приказал.

Тогда я ему и сказал:

хотя я тебя ночью, немножко окравши, попугал,

и то для того, чтоб ты доле меня не спал;