Пётр Фарфудинов – Одесский роман под знаком Девы, и Сборник рассказов (страница 8)

«Спите, – сказал он тихо. – Завтра все будет иначе».

Она не ответила, ее сознание уже погрузилось в пучину беспамятства.

Утро застало Антонио спящим в кресле. Его разбудил луч зимнего солнца, пробивавшийся сквозь жалюзи. Он услышал шорох. Бьянка сидела на кровати, вглядываясь в него с бездной недоумения в глазах. Ее взгляд был чист и пуст, как у новорожденного.

«Ты кто?» – ее голос был хриплым от сна и пережитого шока.

Антонио улыбнулся, потирая затекшую шею. «А ты кто?»

Она нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую мысль, образ, имя. Ничего. Только белая, густая пелена в голове и давящее чувство страха. «Я… я не помню».

Так начался их первый день. Антонио, опаздывая на встречу с подрядчиком, наскоро накормил ее кофе и бутербродом. «Дверь никому не открывай, – строго наказал он на прощание. – Я вернусь к вечеру».

Но страх оставаться одной в чужом доме пересилил его наказ. Дверь она не закрыла на замок.

Спустя пару часов в квартире появилась Карла – темпераментная брюнетка, с которой Антонио периодически встречался последние несколько месяцев. Увидев в его доме другую женщину, да еще и неземной красоты, Карла пришла в ярость.

«Кто ты такая?!» – закричала она, ее голос звенел, как разбитое стекло.

«Я не знаю… Антонио меня нашел…» – попыталась объяснить Бьянка, отступая.

«Врешь! Ты одна из его потаскух со стройки!» – Карла схватила с полки тяжелую терракотовую статуэтку этруска, которую Антонио нашел при раскопках фундамента своего дома.

Удар был стремительным и жестоким. Бьянка даже не успела вскрикнуть. Острая боль, теплая струйка крови, поползшая по виску, и снова – темнота.

Инстинкт самосохранения заставил ее подняться. Шатаясь, она вышла на улицу. Люди оборачивались на бледную, окровавленную женщину в одном платье. «Помогите… Вызовите скорую…» – прошептала она, обращаясь к невидимому спасителю, и рухнула на холодный асфальт.

Диспетчер, приняв вызов от соседей, выслала не только «Скорую помощь», но и участкового полицейского, комиссарио Риккардо Манфреди.

Антонио, находившийся на полпути к Умбрии, получил звонок.

«Синьор Росселли? Говорит комиссарио Манфреди. Вам следует немедленно прибыть в больницу Сант-Эудженио. Здесь находится женщина, которую вы, по словам соседей, привезли к себе прошлой ночью».

В больнице пахло антисептиком и страхом. Врач, усталый мужчина лет пятидесяти, объяснил: «Сотрясение мозга, потеря памяти на почве психологической травмы усугублена физической. Состояние стабильное, но ей нужен покой. Можете забрать ее, но при условии, что та особа, что ее избила, больше не появится».

Антонио вздохнул. «Доктор, клянусь, я ее вообще не знаю. Нашел на трассе. Не знаю ни имени, ни откуда она».

Комиссарио Манфреди, коренатый мужчина с пронзительным взглядом, подошел ближе. «Вот именно, синьор Росселли. Вот вы и выясните. Иначе мне придется возбудить дело о похищении человека и нанесении тяжких телесных повреждений. Доказательства, знаете ли, весьма красноречивы».

В этот момент из палаты вышла Бьянка, с перевязанной головой, бледная, но не сломленная. Увидев растерянное лицо Антонио и суровое лицо полицейского, она вдруг почувствовала странное доверие к этому незнакомцу, что спас ее из ночи. Она посмотрела на Антонио и четко сказала: «Не вводи людей в заблуждение, дорогой. Да, я твоя… младшая жена. Забери меня домой».

Комиссарио поднял брови, на его лице мелькнула тень улыбки. Антонио, ошарашенный, мог только кивнуть.

Так началась их странная совместная жизнь.

Антонио, сначала из чувства долга и страха перед полицией, оставляет Бьянку у себя. Он пытается проверить ее, заставляя готовить (у нее получается ужасно, но она находит в его старом ноутбуке рецепты и осваивает кухню с удивительной скоростью), ведет ее в цыганский тратторию, где заставляют танцевать тарантеллу – и она, к его изумлению, выдает изящные, выученные движения. Он обнаруживает, что она бегло говорит по-французски и по-английски, цитирует Данте. Его первоначальное раздражение сменяется растущим интересом и уважением. Он покупает ей простое, но элегантное платье, водит в парикмахерскую. Они идут в хороший ресторан, где сталкиваются с Карлой. Завязывается словесная перепалка, Бьянка держится с ледяным достоинством, что еще больше восхищает Антонио.

Тем временем Лоренцо, с помощью своего друга-карабинера, ищет Бьянку. Сложность в том, что Антонио продал свою старую квартиру, и цепочка покупателей запутана, а в новом доме он не прописан. Лоренцо выходит на след: одну из ночных бабочек, работавших на той трассе, кто-то подкупил, и она дает ложные показания, что Бьянку забрал некий «торговец живым товаром». Это подстегивает Лоренцо, он уверен, что Бьянка в опасности, и это играет ему на руку.

Начальник Антонио, синьор Витторио Конти, вызывает его. Фирме нужен человек для заключения важного контракта на поставку редких минералов в Сенегал. Кандидат – Антонио. Тот отказывается, ссылаясь на «больную родственницу». Конти, человек прагматичный и немного авантюрист, узнав, что «родственница» владеет французским, предлагает: «Возьмешь ее с собой как переводчика». «Но у нее даже документов нет!» – возмущается Антонио. «Пустяки! – отмахивается Конти. – Возьмет документы нашей стажерки Мари Диоп. Она как раз из Дакара». «Но Мари – сенегалка!» – не сдается Антонио. «Ничего, загримируем. В театре я сам когда-то подрабатывал».

Сцена в парикмахерской и у визажиста, нанятого Конти. Бьянку гримируют под темнокожую женщину. Ее лицо и руки становятся шоколадного оттенка, но тело остается белым. Смешная и нелепая сцена на таможне в аэропорту Фьюмичино, где Бьянка вынуждена говорить на беглом французском с сенегальским акцентом, которому ее научила настоящая Мари. Антонио нервничает, но они проходят.

Они прилетают в Дакар. Яркое солнце, бирюзовый океан, запах соли, специй и жары. Переговоры проходят блестяще, благодаря остроумию Антонио и безупречному французскому Бьянки. Они узнают, что конкурентная фирма (та самая, где работает Лоренцо) уже заключила такой же контракт, но у них есть 1.5 суток в запасе. Они решают отдохнуть на пляже, рядом с устьем реки. Ключевая комическая сцена: Бьянка стоит по грудь в мутной воде, над поверхностью – только ее загримированные руки и лицо. Антонио, лежа на песке, видит, как сзади к ней плывет бревно… или не бревно? Он вскакивает с криком: «Крокодил! Вылетай на берег!» Бьянка с визгом вылетает из воды, как стрела, и по белому телу, контрастирующему с темными руками и лицом, все видят, что она – белая. Случайно они спасают от назойливого торговца пожилую пару туристов – это родители Бьянки, но они видят только «негритянку» в купальнике и не узнают дочь. Та, в свою очередь, видит их лишь мельком со спины.

Лоренцо живет в том же отеле. Узнав, что контракт уплыл, он решает его украсть. Дождавшись, когда Антонио уйдет из номера, он проникает внутрь и сталкивается с Бьянкой. Шок. «Бьянка?!» – «Лоренцо?» В этот миг пелена в ее памяти рассеивается. Она все вспоминает: бар, коктейль, предательство. Лоренцо, быстро сориентировавшись, показывает ей ее же паспорт, который он взял с собой «на удачу». Он уговаривает ее бежать немедленно, пока не вернулся «этот похититель». В смятении чувств, под давлением воспоминаний о предательстве и страха, она соглашается. Она пишет Антонио записку: «Память вернулась. Улетаю с другом. Прости. Не ищи меня. Б.» Они улетают следующим рейсом.

Антонио, вернувшись в номер и найдя записку, раздавлен. Он чувствует себя обманутым и использованным. Он проверяет, на месте ли контракт, и с чувством полной опустошенности улетает обратно в Рим.

Финал: Рождественское чудо в Чините: Канун Рождества. Антонио, подавленный, покупает маленькую елку, панеттоне и едет в свою съемную квартиру. Ему звонит мать, Сильвана: «Сынок, я у твоего дома! Хочу порадовать тебя осьминогом с картофелем!». Антонио, ругаясь про себя, объясняет ей, где спрятан запасной ключ. Сильвана открывает дверь и застывает на пороге. На кухне, у плиты, стоит негритянка в костюме Снегурочки, которого Антонио купил в порыве горькой иронии.

«Мадонна!.. А ты… кто?» – выдыхает Сильвана.

Негритянка улыбается своей очаровательной улыбкой, которую Антонио уже успел полюбить: «Я – невеста вашего сына».

«О, Господи… – крестится Сильвана. – Укрой и защити моего мальчика от таких невест… Любовь зла, полюбишь и…»

В дверь звонят. На пороге – те самые пожилые туристы из Сенегала, родители Бьянки. «Нам сказали, здесь живет Антонио Росселли? Наша дочь дала нам этот адрес…»

В этот момент возвращается Антонио. Он замирает в дверях, видя всю эту сцену. Бьянка подходит к нему, смотрит ему в глаза, в которых смешались боль, недоверие и надежда, и целует его. Затем она проводит рукой по своему лицу, смазывая грим, обнажая белую кожу. Ее мать вскрикивает. Отец плачет. Сильвана продолжает креститься, но теперь уже со счастливым лицом.

Их свадьба прошла весной в Умбрии, в почти достроенном доме Антонио. Лоренцо был арестован за попытку дачи взятки и наркоторговлю. Синьор Конти, узнав историю, смеялся до слез и подарил им путевку на Мальдивы. А Бьянка, нашедшая в старой куртке Антонио свой паспорт, наконец-то узнала свое настоящее имя, но попросила всех называть себя Бьянкой Росселли. Ведь именно под этим именем она нашла свою настоящую жизнь и любовь, пройдя через огонь предательства, воду африканского океана и медные трубы абсурдных испытаний.