Пётр Бем – Нескучный муж (страница 2)
– Да ну!
– Вот и ну! Семейный образ жизни буду вести!
– Молодец какой! А кто невеста?
– Валюша.
– Какая Валюша?
– Обыкновенная Валюша.
– Нет, Фома, она необыкновенная. Обыкновенная девушка только при виде такого чуда, как ты, в обморок упадёт. Глянь на себя в зеркало. На что ты похож? Ты же безобразие холостяцкое!
– Потому и женюсь, – сообщил Фома радостно. – Буду жить, как в раю. Утром просыпаюсь, а Валюша тут как тут: не желаешь ли чего, Фома? Может, кофе в постель подать?!
– Чудак! – воскликнул начальник. – Пойми своей головой. Ты сейчас кто? Свободный человек – личность, понимаешь. До обеда что пьёшь?
– Пиво, – похвастался Фома.
– А после?..
– Будто сами не знаете, – смутился Фома.
– Ну вот. А женишься, будешь дуть кофе с какао!
Фома сморщил физиономию.
– То-то! – воскликнул начальник. – Твой дружок Прохор лучше тебя, а не женится! Одним словом, вступай в законный брак. Мы тебя благословим. Через месяц, другой взбесишься! Что это я говорю? Сам узнаешь!
– Не хочу! – проворчал Фома, скривив при этом значительно губы.
– Чего не хочу?
– Жениться не хочу!
– Странно, только что хотел. Нет уж, Фома, изволь держать обещанное слово. Это что же выходит, заморочил девушке голову – и в кусты! Нехорошо!
– Стало быть, из-за обещанных слов я должен свободы моей драгоценной лишиться? Нет уж! – сказал Фома решительно, быть может, в первый раз от роду.
– Фома, ты зачем ко мне приходил? Отпуск взять?
– Это теперь не имеет никакого значения.
– Имеет, Фома, имеет. Бери отпуск и быстрее в ЗАГС, пока Валюша не передумала. И никого не слушай. Живи своей головой.
– А свобода?..
– Да чёрт с ней! Ты, главное, меня не забудь пригласить на свадьбу. Лети, голубчик, лети! Упустишь счастье!
– А, была не была! – голосом счастливчика воскликнул Фома и пропал за дверью.
История третья. Женитьба Фомы
Шумел, гремел весь посёлок: «Фома празднует свою свадьбу». Наехало много гостей. На автомобиле «запорожец» приехал живущий через два дома и его друг Прохор.
Дивились гости пышному свадебному наряду невесты, но ещё больше дивились перевоплощению Фомы в жениха.
Во дворе к столам подкатили бочку с пивом, на столы немало поставили ящиков вина, шампанского и другого продукта. Вежливо усадили гостей. Музыканты в руки взяли музыкальные инструменты и замерли в ожидании.
Присутствующие благословили молодых, в их адрес выкрикнули «горько». И всё вокруг повеселело. Музыканты громом грянули музыку, молодёжь понеслась. Изрядно выпив, вслед за ней пустилось и старшее поколение, стараясь переплясать молодость.
Свадьба длилась до полуночи, и справляли так, как вряд ли где уже справляют. Плясали все, и даже те, что не умели вовсе.
Настала пора расходиться, но мало кто решался: многие гости остались ночевать во дворе; где подкосились ноги, там и лежали, храпя во весь свадебный двор, а большинство заснуло под столами и лавками раньше намеченного срока.
К Фоме незаметно подкрадывался хмель, потихоньку и осторожно, словно на цыпочках. И спустя немного времени Фома перестал чувствовать окружающий его мир. Ноги под ним обмякли, и голова вместе с туловищем рухнула на землю.
Свернувшись в клубочек, Фома тут же уснул, и ему приснился сон: тамада, расхаживая между столами, веселит гостей… Как вдруг закричала молодёжь и, пятясь, стала показывать пальцами на тамаду.
– Смотрите! Смотрите!.. – кричала молодёжь, прижимаясь плотнее друг к другу. – Тамада…
– Беда!.. – шумело старшее поколение.
Фома посмотрел на тамаду и ужаснулся: из головы тамады росли рога, а изо рта лезли два острых клыка. Тамаду изогнуло дугою, между лопатками показался растущий горб, волосы поднялись дыбом, нос вытянулся и заострился, глаза помутнели, губы отвисли, вместо голоса – рычание.
Невесть откуда возникла старуха с иконой в руках. Подняв икону высоко над головой она громко забасила: «Сгинь, нечистая сила! Пропади пропадом! Ступай в Ад!»
Гости подхватили и хором забубнили, повторяя каждое слово, сказанное старухой.
Оборотень-тамада вихрем пронёсся мимо Фомы, со всей силы ударив большим кулачищем ему в лоб, сорвал с невесты фату и с диким воплем через рога водрузил себе на голову. Но Фома мужественно встал на защиту своей невесты. Тамада не успел и глазом моргнуть, как Фома уже стоял перед ним с половником в руках. Проворно хватил им тамаду по рогам, отчего тамада рассвирепел и повалил его на землю. Фома пытался подняться, но не мог, иссякли силы. Тамада топнул ногой, земля вокруг содрогнулась, и Фома полетел в пропасть.
Очнувшись после сна, Фома открыл глаза и увидел, что за столами сидят черти и поют песни, а правит пир всё тот же оборотень-тамада. Голоса чертей, что женского пола, тянут мелодию вверх, к вершинам, а те, что мужского пола, басами удерживают её над землёй…«Во, гуляют! Точь-в-точь, как у нас», – подсказал Фоме его внутренний голос. Но тут голова закрутилась, обвела глазами весь двор и обнаружила, что за столами у забора стоит «запорожец», а в нём резвятся чертенята. «Сейчас я вам устрою!» – подумал Фома и, собрав в себе все силы, поднялся с земли, схватил оглоблю, что валялась здесь же, и, высоко подняв её над головой, пустился бежать к машине, сколько было духу, со словами: «Задам переполоху! Ад вверх дном поставлю! Ха-ха…»
Автомобиль «запорожец» зарычал, нырнул в забор и скрылся из виду.
У Фомы от такого успеха глаза загорелись. Как безумный, он закатился дьявольским хохотом и двинулся в сторону столов. Со стороны казалось, что им управляет бес, влезший в него и изнутри дёргающий за жилы, отчего смех раздавался ещё громче и страшнее. Помутневшие зрачки расширились, и Фома был похож на воскресшего покойника. Как бешеный нёсся он с оглоблей в руках, не чувствуя ни себя, ни страха.
.....
Но, не тут-то было! У столов он был схвачен чертями и повален на землю.
– Душно мне! Душно!.. – то яростно вспыхивал, то угасал голос Фомы.
– Скорую!.. Скорую!.. – кричала невеста, умоляющим голосом ребёнка.
Через несколько минут завыла сирена, и во двор въехал автомобиль. Открылась дверь, и на землю ступили спасители в белых халатах.
Получив дозу успокоительного укола, Фома, затихая, шептал: «Ангелы-хранители! Ангелы-спасители! Ангелы…»
История четвёртая. Квартирный вопрос
После свадьбы перед Фомой во всей своей красе встал квартирный вопрос. Молодым нужна квартира. Без квартиры семья не может существовать.
Фома отправился в жилотдел и несколько часов простоял в очереди. В конце рабочего дня он вошёл в кабинет, где ему сказали, что он может получить квартиру, но… чуть позже.
В «чуть позже» могут быть: и день, и месяц, и долгие годы. Фому очень интересовал вопрос: где будет жить его семья? В холостяцкой жизни такого вопроса не возникало. Большинство ночей Фома проводил там же, где и работал. А работал он в организации, которая занималась оказанием ритуальных услуг.
Начальник с пониманием относился к его проблеме и с удовольствием давал ему ключ от полуподвального помещения. И Фоме добро – и сторожа не надо. Из неудобств – отсутствовало электричество, да в зимний период без печи холодновато было. Однако какое удобство испытывал начальник. Утром приходит на работу, а могильщики, как пионеры « … готовы!» (У Фомы часто гостили коллеги по работе). Главным делом было живых от мёртвых отличить. И всего-то.
Вот и ходил начальник между гробами да за нос щипал; кто не реагировал, накрывал крышкой и заколачивал гвоздями. Однажды живого чуть было не зарыли; начальник за нос ущипнул, а тот не отреагировал. Крышкой сверху хлоп… да на кладбище… Хорошо, что протрезветь успел, а то бы распрощался с белым светом.
.....
Фома в очередной раз пришёл в жилотдел.
Начальник жилотдела, толстый, с распухшим, будто от укусов пчёл, лицом человек, сидел в мягком кресле за дубовым столом и кряхтел. С двух сторон от него сидели его подчинённые.
– Пожалуйста, дайте квартиру, – попросил Фома, сверля глазами пол. – Я женился, а жить негде. Хотя бы однокомнатную. Обещаю быть хорошим семьянином.
– Нет, – осекающимся голосом сказал начальник.
– Чего нет? – спросил Фома, отрывая глаза от пола.
– Квартир нет, – ответил начальник.
Фоме показалось, что жаркой волной хлынувшая в голову, горячо застучавшая в висках кровь разорвёт ему сейчас сосуды.
– Н-но п-почему? А-а нам г-где жить? – заплетающимся языком спросил он.