Пётр Аркуша – Вольные мореходы. Книга вторая: Проклятый меч (страница 13)
– Ты не хочешь пить, тебе не нужно к реке… – цедил мореход сквозь зубы, стараясь удержать животное. Конь мотал его, словно тряпичную куклу. Горы слились перед глазами в единый громадный валун, перечеркнутый полосой меркнущих небес. И в этом хаосе Кану с трудом различил реку, ущелье и всадника в голубом плаще…
Уж не померещилось ли ему? Мореход соскользнул с седла, поводья вылетели из рук. Кану рванулся и попытался ухватиться за гриву, но конь сильно дернул головой, и жирные черные пряди больно скользнули между пальцами. Весь мир перевернулся, словно боги решили постлать небесный свод под свои ступни. Правая нога морехода зацепилась в стременной петле, и конь потащил его за собой, волоча спиной по камням.
Несколько раз Кану крепко ударился затылком, ему показалось, что солнце стало цвета свежей крови. Меч, зацепившись крестовиной за острый камень, вылетел из ножен за спиной морехода, и звеня запрыгал по валунам. Кану ощутил пару сильных ударов по локтям, и спине. Казалось, словно его положили на колесо с острыми шипами и закрутили с демонической скоростью. Длинные волосы зацепились в стыке камней, и мореход вскрикнул, когда почувствовал, что из головы вырвался клок.
Собрав силы, Кану рванулся и, согнувшись, схватился за веревку, державшую его ногу. Конь не удержался на ногах и повалился всем своим грузным телом прямо на морехода. Увидев над собой падающую тушу, Кану в последнее мгновение рванулся в сторону. Животное ударилось боком о камни и громко и отчаянно заржало, вытягивая голову.
Чуть приподнявшись, мореход понял, что петля, затянутая у щиколотки, все еще держит его. Схватив окровавленной рукой камень, Кану несколько раз нетерпеливо провел острой кромкой по веревке. Волокна разошлись и лопнули. Он вскочил на ноги, перед глазами все закружилось. Словно пьяный, мореход взмахнул руками и рухнул на спину.
В лицо ему смотрел своим сияющим ликом Веледак. Боль, как тьма тонких клинков, пронзила все тело от затылка до ног. Кану вдруг почудилось, словно все его тело сунули в жаркий огонь. В затылке ухал кузнечный молот, и отдавались глухие удары копыт о камни. Неожиданно откуда-то из пелены сознания, из-за самой его кромки донеслось ржание. Или только эхо? Это Кану понял не сразу. Он заставил себя повернуть голову и увидел лежащего на боку коня, который бешено дрыгал ногами от боли.
Взгляд морехода скользнул по камням и замер, когда он посмотрел на собственную руку. Она вся была в крови, от кончиков пальцев до самого локтя. Даже на кольчуге, закрывавшей блестящей сеткой плечо, темнели брызги крови. Мореход отвернулся и застонал от боли, сковавшей голову. Подняв к глазам свои ладони, он неожиданно для себя осознал, что ободрал их о камни.
Штаны наверняка были разодраны. Кожу жгло, словно Кану получил две сотни хлестких ударов кнутом. Он испугался, что камни разорвали кольчугу – тогда враги смогут взять его почти голыми руками. Ночью, когда он бился с черными тварями, она надежно защищала его от коротких клинков и острых когтей. Чтобы осмотреть ее, надо было хотя бы подняться на ноги, а все тело морехода казалось крепко скованным. Боль кружила голову и подкатывала тошнотой к горлу.
Кану заставил себя сесть, протер руками виски и огляделся. Он отчетливо помнил промелькнувшую мимо него фигуру на огненном коне. Или ему снова показалось? Вокруг никого не было. Солнце слабо отражалось в водах бурной реки, с шумом бежавшей через ущелье. Из воды, будто спины больших рыб, торчали влажные темные валуны.
Мореход, пошатываясь, встал. Камни молчали, лишь журчала рядом река. Кану вдруг понял, что жажда отпустила его, он не хотел больше пить. Прозрачная холодная вода больше не манила его.
Осмотрев себя, Кану понял, что пострадали лишь его штаны, изодранные в клочья камнями. Спину сильно ломило, а боль растекалась вниз по телу. Мореход потер затылок, и понял, что его волосы слиплись от крови.
Кану обернулся и побрел назад, ища оброненный меч. Оружие лежало неподалеку между камней. Мореход поднял клинок, и на голубоватой стали тускло отразился лик Веледака. Мореход, с трудом передвигая ноги, вернулся к коню.
Животное лежало на боку и тяжело храпело. Из его ноздрей сочилась влага, а на губах белели пузырьки пены. Задняя правая нога коня была сломана. Раздробленная кость острым концом торчала из лоскутьев кожи, а камни под ней почернели от крови.
– Проклятье! – выругался мореход. Он отвязал от седла лук, извлек из колчана стрелу и, отойдя на десять шагов, прицелился. На мутном кончике стрелы виднелось подрагивающее горло животного. Конь чуть повернул голову, и Кану сошелся взглядом с его большим, истекающим слезой глазом.
– Прости меня, но так будет лучше… – стрела глубоко вонзилась в горло. Конь дернулся, взбрыкнул копытами и затих. По его черной, лоснящейся от пота коже побежала темная струйка. Кану опустился рядом с ним на колени и погладил его жесткую гриву. Пальцы морехода упали на древко стрелы и переломили ее надвое.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.