Пётр Алёшкин – Крестьянские восстания в Советской России (1918—1922 гг.) в 2 томах. Том второй (страница 47)

Однако вскоре после укрепления Советской власти на плодородном Северном Кавказе на местные органы власти в регионе обрушился поток циркуляров и декретов в русле политики военного коммунизма: регион рассматривался как одна из основных житниц для всей страны. Прежние исполнители государственных разверсток и трудовых повинностей – казаки – потеряли значительную часть своих земель, немалая часть казаков была выселена в ходе массовой депортации терского казачества. Горец, боровшийся с «контрреволюцией» за Советскую власть, получил в награду бывшую казачью землю. Немедленно появились чрезвычайные продкомиссары во главе продотрядов, устанавливались плановые задания по продразверстке и трудовым повинностям. Тотальный учет кур, яиц, масла, национализация примитивных горских мельниц, требование от аулов, неспособных прокормить даже себя, сдачи определенного количества баранов, шерсти, хлеба быстро подготовили почву для недовольства горских народов. Попытки представителей новой власти, невзирая на особенности края, рассматривать социальные отношения в горских областях лишь через призму классовой борьбы приводили к серьезным негативным результатам. Отрицательное впечатление на горцев, даже искренне сочувствовавших Советской власти, производила система отказа в выдаче тел расстрелянных «контрреволюционеров» для погребения по исламскому обряду. В разных местах происходили эксцессы атеистического экстремизма.

Летом 1920 г. духовенство и святые шейхи со своими мюридами развернули пропаганду для мобилизации горского населения на борьбу с «гяурами—большевиками». Они использовали массовое недовольство горцев в отношении политики военного коммунизма. Учитывалось при этом, что на Северном Кавказе духовное лицо – не просто священник, но и судья, народный учитель, военный вождь, борец за свободу, носитель образованности. Муфтий (глава мусульманского духовенства) Н. Гоцинский осенью 1920 г. поднял в горах антисоветское восстание. Восстание началось в сентябре 1920 г. в Андийском и Гунибском округах Дагестана. Идейную основу восстания, по задумке его инициаторов, составляла попытка связать с исламом у горцев идею национальной независимости. Лозунги панисламизма, установления шариата наложились на фактор неграмотности крестьянской массы. В октябре 1920 г. Гоцинский был провозглашен имамом и руководителем восстания. В начале 1921 г. оно перекинулось на Чечню. Высшей властью был провозглашен «Совет четырех шейхов». Численность восставших составляла около 10 тыс. человек. Весной 1921 г. советским войскам противостояло свыше 7 тыс. штыков, около 2,5 тыс. сабель повстанцев при 40 пулеметах[322].

Восстание носило упорный и ожесточенный характер. Несмотря на то, что большинство его участников было вооружено допотопным дедовским оружием, повстанцы нанесли Красной Армии ряд тяжелых поражений. Ответные действия регулярных частей и карательных отрядов сопровождались проявлением жестокости по отношению к гражданскому населению. По оценкам современных исследователей, восстание Гоцинского стоило Красной Армии больших жертв, чем басмачество в Средней Азии (отметим, однако, что данная оценка значительно преувеличена). Оно продолжалось около 9 месяцев и было подавлено в мае 1921г.[323]

В Средней Азии, на территории образованной в апреле 1918 г. Туркестанской Советской республики в 1918 – 1922 гг. разгорелось басмаческое движение (от тюрского «басмак» – нападать, налетать) – повстанческое движение в Средней Азии. Туркестанская Советская республика являлась автономным образованием в составе РСФСР, включавшим Закаспийскую, Самаркандскую, Семиреченскую, Ферганскую, Сырдарьинскую области. В советских средствах массовой информации повстанцев именовали басмачами, сами себя они называли моджахедами («борцы за веру», «воины ислама»). Басмачество вело борьбу с большевистской властью под лозунгами «священной войны» против неверных. Движение пользовались поддержкой имущей части мусульманского населения, националистической интеллигенции, исламского духовенства, значительной части верующих (основная масса которых была неграмотной), а также панисламистских кругов Турции и других стран. Целью движения было отделение Туркестана от Советской России и создание исламского государства. Басмачи получали оружие из-за рубежа, в частности, от Великобритании.

Военный коммунизм не учитывал наличие отсталых патриархальных и родовых отношений на огромных территориях страны. Многие народы находились еще на докапиталистических стадиях развития. Существенным стимулом для повстанчества служили просчеты и ошибки большевистской власти в отношении не только коренного населения, но и русских поселенцев в области земельной, национальной и религиозной политики. Значительная часть туркестанских дехкан негативно относилось к большевистской власти из-за недовольства насильственной политикой. Экономические и политические мероприятия туркестанских советских органов основывались на общероссийской экономической политике военного коммунизма: продовольственной разверстке, запрете частной торговли, закрытии базаров, всеобщей трудовой повинности. Летом 1919 г. в Туркестане была введена хлебная монополия и объявлена продразверстка. Местные крестьяне ощутили на себе монополизацию и конфискации хлопка. Серьезное недовольство вызывали меры, ломавшие традиционный исламский уклад и образ жизни: введение светских учебных заведений вместо прежних религиозных школ, отмена религиозного суда.

Басмаческие отряды действовали во многих районах Средней Азии, но особенно активно в Ферганской долине и прилегающих к ней высокогорных Алайской и Арпинской долинах, в Сырдарьинской и Самаркандской областях, в Восточной Бухаре, Хиве (Хорезме) и Каракумах, Красноводском районе, Нарынской волости (Киргизия). Басмачи базировались в труднодоступных местах (горы, пустыни), совершая налеты и мобильные рейды. Конные отряды повстанцев хорошо знали местность, имели разветвленную агентуру. Повстанцы использовали партизанскую тактику: избегая столкновений с регулярными войсками, басмачи, как правило, внезапно нападали на небольшие советские отряды или незащищенные населенные пункты, а затем быстро отходили. Для Советского государства борьба с басмачеством была длительной и трудной. Полномочными представителями Советской России в Средней Азии являлись Туркестанская комиссия ВЦИК и СНК РСФСР. В феврале 1922 г. была создана ЧК по борьбе с басмачеством в Фергане. Общее руководство войсками при ведении боевых действий осуществлял с мая 1918 г. Военный комиссариат Туркестанской Советской республики, а с ноября 1919 г. РВС Туркестанского фронта под командованием М. В. Фрунзе.

В 1918 г. основным центром басмачества стала Фергана. Отряд Иргаша (Эргаша) являлся вооруженной силой «Кокандской автономии». Летом 1918 г. усилился Мадамин-бек. В Фергане в 1918—1919 гг. действовало до 40 басмаческих отрядов, которые возглавляли курбаши – полевые командиры. В 1919 г. басмачи контролировали почти всю Ферганскую долину, кроме крупных городов и железных дорог[324]. В Фергане на основе отрядов самообороны из русских крестьян-переселенцев была образована Крестьянская армия Ферганы – военное формирование, созданное в конце 1918 г. в Джалал-Абаде (Ферганская области) для борьбы с басмачеством. Вооружение ферганских крестьян было вынужденным шагом из-за слабости Советского государства, невозможности защитить крестьян от нападений басмачей. Численность советских вооруженных сил в Фергане была невелика, в условиях развернувшего басмаческого движения красные отряды были вынуждены перейти к обороне, сосредоточившись в городах и вдоль железных дорог. 23 ноября 1918 г. командиры крестьянских отрядов организовали штаб армии, ее командующим стал К. И. Монстров. Был учрежден Военный совет штаба, в который вошли командиры отрядов и представители сел. 2 декабря Военный совет определил структуру штаба, армии, обязанности крестьян перед штабом. В решении Военного совета не содержалось обязательства защищать Советскую власть, а также не оговаривалось подчинение Крестьянской армии СНК Туркестанской Советской республики.

Следует отметить, что организация Крестьянской армии параллельно с Красной Армией происходила вопреки мнению ряда партийных и советских работников Ферганы, командования Ферганского фронта, предлагавших Совету народных комиссаров Туркестанской СР еще в октябре 1918 г. провести на общих основаниях частичную мобилизацию в Красную Армию крестьян русских поселков Ферганской области. Считается, что санкционировал организацию Крестьянской армии военный комиссар Туркестанской Советской республики К. П. Осипов (впоследствии организатор антисоветского мятежа в Ташкенте в 1919 г. – т. н. Осиповского мятежа) в период его пребывания в Фергане. В структуре Крестьянской армии отсутствовали политические органы, партийные ячейки. На первых порах она подчинялась командованию Ферганского фронта, получала от СНК Туркестанской СР деньги, снаряжение, оружие и боеприпасы. Между тем руководители Крестьянской армии требовали сохранения беспартийности и внутренней самостоятельности армии.

15 марта 1919 г. руководство Ферганского фронта, опасаясь политической неблагонадежности штаба Крестьянской армии, предприняло попытку упразднить штаб Крестьянской армии, а саму армию подчинить оперативному штабу Андижанского уезда. Но штаб Крестьянской армии отказался подчиниться. Конфликт с Советской властью обострился. К причинам, побудившим русское крестьянство Ферганы разорвать отношения с Советами, следует отнести просчеты советских органов в организации национальной политики. В данной ситуации один из лидеров ферганских басмачей Мадамин-бек предпринял усилия, чтобы переманить руководство Крестьянской армии на свою сторону. Он не только запретил своим отрядам нападать на русские селения, но и сам повел наступление на отряды курбаши Хал-Ходжи, виновного в массовых расправах над русскими жителями. В июне 1919 г. командующий Крестьянской армией Константин Монстров заключил с Мадамин-беком соглашение о взаимном ненападении. Советское командование Ферганским фронтом, которому стало известно о переговорах, дважды пыталось разоружить Крестьянскую армию, отправив в Джалал-Абад (центр Крестьянской армии) несколько красных отрядов, в том числе кавалерийский отряд туркмен, но обе попытки закончились неудачно.