Пётр Алёшкин – Крестьянские восстания в Советской России (1918—1922 гг.) в 2 томах. Том второй (страница 24)

…С 26 июня по 2 июля включительно. Население сочувственно относится к ликвидации бандитизма и в некоторых местах: Пересыпкинский, Иноковский, Паревский районы – крестьяне принимали активное участие в облавах на дезертиров и бандитов. Операции по приказу №130 производились в 8 районах, 14 волостях и 33 селах. Взято бандитов 596. Арестовано заложников-одиночек – 683, семей – 183. Взято на учет для конфискации 76 бандитских хозяйств. Конфисковано 48 бандитских хозяйств, сожжено и разрушено 79 домов. Явилось добровольно: бандитов 507, дезертиров 1063, задержано дезертиров – 1165, воров – 23. Состояло на 28 июня в местах заключения: бандитов – 1275, заложников – 931, дезертиров – 1838, разных – 79, шпионов – 28, осужденных – 395. Расстреляно 183 человека…

…С 2 по 9 июля. В Богословской и Царевской волостях чистка производится ревкомами путем периодических облав на бандитские элементы, случайно оставшиеся после оккупации местностей красноармейскими частями. В с. Горелом взято бандитов 21, которые тут же на общем собрании граждан, расстреляны. В с. Сураве 6 бандитов расстреляно особым отделом и 18 – местными гражданами; по Беломестно-Двойневской волости расстреляно 34 человека из пойманных 40 бандитов. Всего по 2-му боеучастку расстреляно 233 человека. В с. Хитрове был созван сход, на котором объявили постановление Уполиткомиссии и был дан одночасовой срок, по прошествии которого граждане ответили незнанием требуемых сведений, почему пришлось расстрелять 7 кулаков, после этого был дан еще 1 час, во время которого одна женщина заявила, что в церкви должно быть что-то скрыто; во время обыска в церкви под алтарем был найден полевой телефонный аппарат, бархатно-красное знамя с нашитой надписью: «В борьбе обретешь ты право свое.

…Общий итог: операции по приказу №130 производились в 19 районах, 30 волостях, 29 селениях. Взято бандитов 354 и разных 93. Арестовано заложников: одиночек – 432 и семей – 161. Взято на учет для конфискации, конфисковано условно и описано 80 хозяйств. Конфисковано 210 хозяйств и сожжено 4 дома. Явились добровольно: бандитов 476, дезертиров – 329, взято дезертиров – 857. Расстреляно 394 человека»[122].

О том, как применялись на практике приказы №130 и №171, председатель Полномочной комиссии ВЦИК В. А. Антонов-Овсеенко докладывал В. И. Ленину: «Во втором наиболее бандитском уезде – Тамбовском – наиболее крутые меры были применены в волостях: Беломестная Двойня, где упорствующие в укрывательстве оружия и бандитов крестьяне сдались лишь после расстрела двух партий заложников-кулаков. В общем здесь расстреляны 154 бандита-заложника, взято 227 бандитских семей, сожжены 17 домов, разобрано 24 дома и 22 дома передано бедноте, в Эстальской волости – расстреляно заложников и бандитов – 75, сожжены 12 домов, разобран 21 дом, в обоих волостях крестьянами выданы и частью приведены до 300 бандитов, 118 винтовок, 25 обрезов, револьверов 10 и т. д. Каменская волость Тамбовского уезда – место пребывание губкома СТК – сдалась после ареста всех мужчин – указала склады, тайники, выдала многих бандитских главарей, в том числе членов губернского и районного, волостного и сельского комитета СТК; добровольно явились местная „вохра“ и несколько десятков бандитов. В с. Кривополянье после расстрела 13 заложников был указан склад запчастей к пулеметам, выданы несколько бандитов, указано убежище остатков банды Селянского. В общем, в Тамбовском уезде с 1 июня по 10 июля явились добровольно бандитов с оружием – 59, без оружия – 906, дезертиров – 1445, изъято бандитов – 1455, дезертиров – 1504. Семей заложниками взято 549, проведено 295 окончательных конфискаций имущества, разобрано 80 домов, сожжено 60 домов, расстреляны 591 бандит, заложников – 70, за укрывательство – 2»[123].

Методы подавления крестьянского восстания, особенно приказ №171, вызвали неудовольствие даже в высших слоях большевистского руководства. В последние годы рассекречены два важных документа, проливающие свет на трагичный финал борьбы с антоновщиной: письмо А. И. Рыкова Л. Д. Троцкому от 18 июля и протокол заседания комиссии по борьбе с бандитизмом под председательством Л. Д. Троцкого от 19 июля 1921 г. Из опубликованных ранее ленинских документов было известно лишь, что 16 июля на утреннем заседании Политбюро Рыков просил Ленина, а Ленин обещал «через два часа» прислать номер тамбовской газеты с каким-то приказом неизвестно какого Антонова. Публикаторы этих документов оговаривали, что им «не удалось» установить наименование этой газеты, а, следовательно, и повод обмена записками на упомянутом заседании. Речь же шла о номере козловской уездной газеты «Наша правда» от 18 июня 1921 г. с приказом №171. Теперь мы знаем, что на заседании Политбюро состоялся какой-то разговор по существу и было принято постановление, согласно которому Рыков пересылал Троцкому газету с текстом данного приказа.

В протоколе заседания Политбюро от 16 июля, где между Лениным и Рыковым произошел обмен записками, пункт 8 «Заявление т. Рыкова» содержит весьма туманное решение по этому заявлению: «Передать вопрос, поднятый т. Рыковым, на рассмотрение Комиссии по борьбе с бандитизмом при участии т. Троцкого, поручив ей принять при единогласии окончательное решение»[124]. Между тем в письме Рыкова сообщалось, что в президиум ВЦИК было внесено предложение отменить приказ и отозвать из Тамбова Антонова-Овсеенко и Тухачевского. Рыкову было поручено подготовить доклад по этим предложениям, и он просил председателя РВСР Троцкого «рассмотреть вопрос срочно». Записка члена Политбюро ЦК РКП (б) А. И. Рыкова председателю РВСР Л. Д. Троцкому от 18 июля 1921 г. содержала следующий текст: «Согласно постановлению Политбюро, посылаю Вам приказ Антонова-Овсеенко и Тухачевского. В Президиуме ВЦИК было внесено предложение, поддержанное большинством его членов: 1) Аннулировать приказ. 2) Отозвать Антонова-Овсеенко и Тухачевского. За мной числится доклад в Президиуме ВЦИК об этих предложениях и согласование их с ЦК РКП. Прошу рассмотреть вопрос срочно и уведомить меня. На мой взгляд, Президиум ВЦИК должен как-то с опубликованием хотя бы в местной печати на этот приказ реагировать. А. И. Рыков»[125].

Комиссия по борьбе с бандитизмом под председательством Л. Д. Троцкого 19 июля 1921 г. приняла решение (исключительный случай в ее практике!) «отменить приказ» и в тот же день «по прямому проводу передать для напечатания в тамбовских изданиях». На заседании Комиссии по борьбе с бандитизмом при РВСР от 19 июля 1921 г. постановили: «1) Приказ №171, устанавливавший применение суровых мер расправы над мятежниками, был вызван исключительными условиями и преступно-предательской деятельностью анархо-эсеро-бандитских элементов, сосредоточивших в пределах Тамбовской губернии свои главные силы. Приказ имел целью прежде всего показать большинству крестьянства всю серьезность обстановки, создаваемой указанными элементами, и решимость Советской власти беспощадно карать такого рода элементы, подрывающие обороноспособность Республики и в конец расстраивающие ее хозяйственную жизнь. Вместе с тем Советская власть имела своей целью приостановить те зверские истязания, которые учинялись бандитами над беззащитными нередко рабочими и крестьянами, верными Советской власти. Ныне, когда бандитские шайки, после того как они оказались изолированными от населения, разбиты и фактически ликвидированы, представляется возможным отменить приказ, вызванный указанными выше исключительными обстоятельствами. 2) Постановление это окончательно отредактировать сегодня и по прямому проводу передать для напечатания в тамбовских изданиях»[126]. Решение об освобождении Тухачевского «с возвращением его на Западный фронт» было принято Комиссией еще на заседании 17 июля 1921 г., т.е. на второй день после первого разговора о приказе №171 на Политбюро. В скором времени был отозван и Антонов-Овсеенко.

16 июля 1921 г. командующий войсками Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский направил записку В. И. Ленину о положении дел в губернии, в которой выражалась его личная оценка и характеристика восстания: «I. Положение бандитизма к началу мая. В пяти уездах Тамбовской губернии: Кирсановском, Тамбовском, Моршанском (южнее Сызр-Вяз. ж.д.), Козловском (восточнее Ростовской ж. д.) и Борисоглебском (за исключением самой южной части его) Советской власти не существовало (не считая городов). В этом районе, объятом крестьянским восстанием, власть принадлежала СТК (Союз трудового крестьянства), через который проводила свою политику партия эсеров. Бандитов насчитывалось до 21 000 человек. Восстание началось в сентябре 1920 года, и местное крестьянство и бандиты именуют его своей революцией и даже датируют события, считая от момента революции (например, говорят: это было до революции, это после и т.д.). Причины восстания – общие для всей РСФСР, т.е. недовольство продразверсткой и неумелое и исключительно жестокое ее проведение продорганами на местах. Причины, организовавшие восстание, следующие: а) сильное эсеровское гнездо, свитое в Тамбовской губернии; б) искусная тактика, проявленная эсерами в создании СТК; в) скрытый большой запас оружия, сделанный Антоновым за время его начальствования Кирсановской уездмилицией и, наконец, военно-организаторский талант Антонова.