Priest – Легенда о Фэй. Том 2. Башня разлуки (страница 16)

У Чучу велели идти впереди, за ней шел Цзи Юньчэнь, напряженный, как натянутая струна, и хозяин Хуа, не выпускающий из уцелевшей руки Инь Пэя, которому предусмотрительно прожал точку немоты. Среди этого сборища немощных и калек только Чжоу Фэй могла сражаться, поэтому она замыкала строй с мечом наготове.

Между тем Се Юнь с первого взгляда понял, что Повелитель Цинлуна ранен. Сам Вэнь Юй вряд ли смог бы одолеть этого демона во плоти, чья дурная слава шла далеко впереди своего обладателя, но у него было много солдат, и все они беспрекословно подчинялись его приказам. Если бы не ранение, даже будь у Се Юня не «Пустой город», а настоящее подкрепление, вряд ли ему удалось бы Повелителя одурачить. На первый взгляд, в горах было спокойно. И чем беспечнее вел себя принц Дуань, тем тщательнее приходилось его врагам взвешивать свои решения. Се Юнь не верил, что этот человекообразный сом не дорожит жизнью: настоящие безумцы, десятилетиями творящие зло, редко остаются безнаказанными.

Так они шаг за шагом продвигались вперед, пока демон с горы Живых и Мертвых застыл на месте как вкопанный. Лицо его внушало оторопь, а взгляд впивался в спину Чжоу Фэй острым шипом. На самом деле их жизни и впрямь зависели от одного его слова. Фэй изо всех сил прислушивалась к каждому звуку и, даже отойдя на приличное расстояние, не решалась расслабиться, внимая беспокойному шороху листьев позади. Она сжала рукоять клинка покрепче, но обернуться не смела и мысленно подсчитывала удары бешено стучащего сердца: «Ушел – не ушел? Ушел – не ушел?»

Мрачно наблюдая за удаляющимся силуэтом Инь Пэя, Повелитель Цинлуна наконец решил, что людей у него осталось слишком мало, чтобы сражаться, так что пока лучше отступить. Он взмахнул рукой, и последователи в белых одеяниях ровным строем приготовились возвращаться. Но вдруг серая мышь соскользнула с его плеча!

Зверьку неведомы людские тревоги: конечно, он не чувствовал ни взаимного недоверия, возникшего между противниками, ни напряжения, витающего в воздухе. Заметив, что манящий запах постепенно удаляется, мышь решила, что ее работа еще не закончена, проворно подпрыгнула на месте и бросилась вверх по тропе. Один из слуг хотел было схватить ее, но Повелитель остановил его жестом, и ищейка, покачивая длинным тонким хвостом, проворно побежала по склону. Повелитель задумчиво посмотрел на нее и расплылся в улыбке, широко раскрыв свою уродливую пасть, способную поглотить и небо, и землю.

– Ах, вот как, – прошипел он. – Чуть не позволил какой-то кучке щенков одурачить себя!

Мышь-ищейка хоть и обладала особыми способностями, но по природе своей все еще оставалась простым грызуном – существом пугливым – и в людных местах обязательно попыталась бы спрятаться. Но сейчас она так смело взбегала по склону, что это могло значить только одно: никакого подкрепления и в помине не было!

Ладонь Чжоу Фэй внезапно похолодела, и в этот самый миг Повелитель Цинлуна, от которого они, как им показалось, ускользнули, издал протяжный свист. Поросшие лесом склоны содрогнулись: испуганные четвероногие заметались от страха, стаи птиц взмыли в небо. Листва вновь зашелестела, как бы доказывая: засады в горах нет.

Их раскрыли!

– Бежим! – крикнула Чжоу Фэй не раздумывая, и Се Юнь тут же, подхватив У Чучу, в два шага умчался вперед, быстро, словно стрела, выпущенная из лука.

Цзи Юньчэнь и хозяин Хуа, едва успевшие прийти в себя от того, что сопровождают самого принца Дуань, узрев его невероятный цингун, и вовсе лишились дара речи. Однако за долгую жизнь они все же повидали немало, так что быстро пришли в себя. Хуа Чжэнлун ладонью оглушил Инь Пэя, подхватил его, как мешок, под мышку, зацепился оставшимся обрубком руки за пояс Цзи Юньчэня, и они оба помчались вперед что было сил.

Чжоу Фэй отставала. Она оглянулась и увидела, что приспешники Цинлуна уже догоняют их. Рядом мелькнула крошечная серая тень.

Совсем забыла про эту проклятую мышь!

Чжоу Фэй остановилась. Клинок сверкнул в воздухе. Раздался тонкий писк, и серого грызуна рассекло надвое. Фэй резко развернулась на опорной ноге и нанесла мощный удар по горной стене. В него она вложила всю свою мощь: ци Цветения и Увядания, все еще непокорная и неизведанная, свободно растеклась по телу, и, когда лезвие длиной всего в два чи безжалостно обрушилось на скалу, Чжоу Фэй вдруг нащупала суть элемента «Гора»: тонкое рассекает твердое, едва уловимое сокрушает непробиваемую мощь!

Острие, пропитанное истинной ци Цветения и Увядания, вонзилось в разлом скалы. Чжоу Фэй сделала глубокий вдох и напрягла запястье, тут же онемевшее от удара, огромный валун содрогнулся, пару раз качнулся и с грохотом покатился вниз.

Несколько преследователей подошли уже совсем близко, но вступить в бой с огромным камнем, свалившимся словно из ниоткуда, они оказались не готовы. Самый быстроногий тут же поплатился за свое проворство: в тщетной попытке спастись он ухватился за соратника и едва не увлек его за собой. В мгновение небольшой отряд последователей Цинлуна превратился в непонятную белую кашу.

– Бездари! – выругался Повелитель. – Вот ведь соплячка!

Он отшвырнул перепуганного прислужника, бросившегося ему под ноги, и, замахнувшись, ударил по валуну. Раздался оглушительный треск – и огромный камень взорвался под его ладонью, разлетевшись на множество обломков.

Положение было хуже некуда, но именно сейчас на Чжоу Фэй снизошло озарение: она смогла глубже постичь суть «Клинка, рассекающего лед». Великая воительница из Сорока восьми крепостей почувствовала, как ее мимолетный страх уступил место… восторгу! «Девять элементов „Клинка, рассекающего лед“ всегда шли в определенном порядке. Но что, если использовать два из них одновременно?» – осенило ее.

Конечно, ударить мечом сразу и вправо, и влево невозможно, поэтому осуществить слияние приемов получалось редко и под силу было разве что величайшим мастерам. Но Чжоу Фэй всегда мыслила по-своему. Она заметила, что истинная ци Цветения и Увядания противоречива по своей сути: с одной стороны, ее неистовая безумная мощь способна была свернуть горы, с другой, благодаря своему изяществу она могла незаметно подстраиваться под любой боевой прием, выявляя скрытые в том или ином элементе смыслы.

Чжоу Фэй сломя голову бросилась в самую гущу леса. Полная решимости, она применила ци Цветения и Увядания в «Ветре Бучжоу» так, как только что использовала ее в элементе «Гора». И без того стремительный, точно легкое облако, «Ветер» внезапно наполнился яростью завывающей бури.

На одном дыхании она нанесла семь ударов сразу – казалось, и блеск лезвия, и его тень слились в одно целое, после чего ее клинок устремился Повелителю Цинлуна прямо в лицо!

Они уже сталкивались в бою, но тогда Вэнь Юй прервал их поединок, и Повелитель не успел в полной мере оценить способности юной противницы. Теперь же, впервые испытав на себе легендарный «Клинок, рассекающий лед», сотрясавший мир двадцать лет назад, он был поражен. От удара снова дали о себе знать внутренние повреждения, полученные им прежде. Повелитель Цинлуна попятился. Приспешники вслед за хозяином насторожились и без лишних слов замерли, будто повстречали грозного врага.

Тем временем их «грозная» противница Чжоу Фэй сама еле на ногах стояла. Семь ударов опустошили ее море ци: напади кто на нее сейчас, не смогла бы даже меч поднять. Почему Повелитель Цинлуна вдруг отступил, Фэй не понимала – она ведь и не задела его совсем, – но передышкой все же воспользовалась.

Подражая напускной важности Се Юня, она перевернула меч, слегка склонила голову и без зазрения совести заявила:

– Гора Живых и Мертвых? Не впечатляет. Му Сяоцяо ты даже в подметки не годишься!

Услышав знакомое имя, Повелитель Цинлуна насторожился еще больше.

– Кто ты такая? – мрачно спросил он.

Придумать громкий титул Чжоу Фэй не смогла, да и бесстыдства, с каким превозносил себя Се Юнь, ей явно недоставало, поэтому она игриво хлопнула густыми ресницами и сказала:

– Догадайся сам.

Повелитель не успел озвучить ни одной догадки: откуда-то сверху донесся свист. Удивительный цингун Се Юня, благодаря которому он едва не пересек Чернильную реку, вновь показал себя во всей красе – Чжоу Фэй не ожидала, что за столь короткое время можно так высоко забраться. Рядом с ней возникла длинная лиана, спущенная Се Юнем. Фэй обмотала ее вокруг запястья и взмыла в воздух, на лету собрав последние силы и направив в сторону старого демона еще один удар.

Согласно легендам, элемент «Преломление» «Клинка, рассекающего лед» был способен разбить даже Млечный Путь на небосводе. Повелитель Цинлуна прекрасно об этом знал, но удар пришелся сверху, а он все еще оставался на узкой тропе у подножия горы, окруженный шайкой неуклюжих трусливых псов. Не оставалось иного выбора, кроме как поймать клинок Чжоу Фэй руками!

Раздался крик, и, сверкнув металлическим блеском, пальцы Повелителя мертвой хваткой сжали лезвие меча Чжоу Фэй. Силы «разбойницы» давно иссякли: она даже ручей не смогла бы рассечь, что уж говорить о Млечном Пути. Мощный удар был лишь уловкой!

Завидев, что противник попался на ее крючок, Фэй отпустила рукоять, подарив очередной клинок врагу, а сама, воспользовавшись силой его ладоней, оттолкнулась и полетела вверх. В тот же миг лиана натянулась, и Чжоу Фэй исчезла из виду.