Priest P大 – Макбет (страница 16)

– Разве Чжоу Хуайцзинь не мог тебе помочь? А Чжоу Хуайсинь? Ты сразу указал на Ян Бо, но откуда нам знать, что тебе не велели его подставить?

Ло Вэньчжоу тут же задал ещё один вопрос:

– И какая польза Ян Бо от такого сговора? Скандал вокруг семьи Чжоу сильно уронит акции корпорации, то есть он готов пожертвовать и своим благополучием ради мести?

– Нет, нет! – водитель лихорадочно замотал головой. – По плану, как только подтвердится, что Ян Бо – незаконнорождённый сын господина Чжоу, страница компании ляжет, они об этом позаботятся. На ней нельзя будет разместить никакое объявление, и что бы ни потребовали похитители, им нельзя будет ответить. Под этим предлогом они избавятся… избавятся от президента Чжоу. Иначе зачем похитителям настаивать на размещении ответов именно на официальном сайте корпорации?

– И тогда останется только оплакивать безвременную кончину Чжоу Хуайцзиня и проклинать сумасшедших похитителей. Все вопросы без ответов можно будет объявить клеветой. Постепенно шумиха уляжется, люди вспомнят о политкорректности и примутся порицать насилие и сочувствовать жертвам. Репутация компании особо не пострадает. После устранения Чжоу Цзюньмао и Чжоу Хуайцзиня останется только художник-провокатор Чжоу Хуайсинь со своими скелетиками, которого можно не брать в расчёт. Понятно, кто встанет у руля. – Фэй Ду развёл руками. – Неплохой план. Полагаю, он мог бы иметь успех. – Водитель ошарашенно уставился на Фэй Ду, уловив в его словах какой-то скрытый намёк. – Отвезите его в управление!

На берегу реки Байши полицейские машины разделились на три группы и, угрожающе завывая, окружили лесополосу, как вражескую крепость[29].

На влажной от недавнего дождя почве нашлись отчётливые отпечатки шин.

– Замкапитана Тао, здесь свежий след от колёс!

Тао Жань вытер пот и скомандовал:

– Вперёд!

Вода в реке поднялась, по мере приближения к ней журчание становилось всё громче и громче. Вскоре отпечатки шин привели полицейских к берегу.

– Там!

– Прямо в воде!

Белый грузовик, покачиваясь, медленно погружался в воду всё глубже и глубже…

В доме Чжоу все, за исключением Ян Бо, которого увели на допрос, затаив дыхание ждали новостей. Лица присутствующих отражали разные эмоции, каждый думал о чём-то своём. Один Чжоу Хуайсинь, похоже, не скрывал своих истинных чувств: он намертво вцепился в подлокотники стула, и его необычайно длинные ногти царапали древесину с мерзким скрипом. Каждая секунда, казалось, тянулась по две недели.

– Капитан Ло, – перекрикивая шум воды, отчитался Тао Жань. – Мы проверили фургон, заложника там не было. Пока неизвестно, похитители забрали его с собой или его унесло течением.

Лицо Чжэн Кайфэна потемнело, а Ху Чжэньюй неожиданно напрягся.

Чжоу Хуайсинь так резко встал, что с силой ударился бедром о столешницу, однако, казалось, совсем не почувствовал этого. Губы у него побледнели, точно у Джокера-полуночника[30].

– Продолжайте искать, – сдавленным голосом велел Ло Вэньчжоу.

Тао Жань, который только что сам вылез из воды, сделал вдох, откашлялся и передал:

– Продолжайте поиски!

– Замкапитана Тао, смотрите!

Видимо, похитители так спешили, что не успели добить жертву. Их напугал приближающийся вой полицейских сирен, они торопливо ударили по газам, загнали грузовик в реку и, забыв запереть фургон, скрылись в неизвестном направлении. Чжоу Хуайцзинь всплыл вместе с деревянным стулом, который сыграл роль спасательного круга. Теперь заложника – живого или мёртвого, – как листок в шторм, уносило течением.

– Я поймал его!

– Держи крепче, не отпускай! Погодите… Он живой!

Двадцать минут спустя новость о спасении Чжоу Хуайцзиня достигла дома Чжоу. Бедняга был ранен ножом в ногу, но, к счастью, серьёзно не пострадал.

Ху Чжэньюй вздохнул с облегчением. Чжэн Кайфэн закрыл глаза – возможно, читая про себя молитву. Чжоу Хуайсинь грузно осел на пол и некоторое время не мог подняться, а затем, пошатываясь, двинулся в туалет, где его вырвало.

Кто-то вошёл следом за ним. Чжоу Хуайсинь подумал, что это домработница. Задыхаясь, он закрыл глаза, протянул руку и хрипло попросил:

– Дай мне воды.

Ему в ладонь вложили открытую бутылку минералки.

Чжоу Хуайсинь уже набрал полный рот воды, когда человек за его спиной вдруг спросил:

– Чего ты так распереживался, Чжоу-сюн? Ты же знал, чем всё закончится.

От неожиданности Чжоу Хуайсинь проглотил воду, которой полоскал рот.

Глава X

– Господин Фэй, – шея Чжоу Хуайсиня настолько одеревенела, что ему стоило большого труда повернуть голову и натянуто улыбнуться, – о чём ты говоришь?

Фэй Ду оглянулся. По дому сновали люди, но никто особо не смотрел в их сторону. Он плавно закрыл дверь в уборную, и в тусклом освещении его лицо стало казаться набросанным резкими мазками кисти.

– Не притворяйся, я знаком с тобой не первый день, – Фэй Ду расслабленно прислонился к двери и улыбнулся. – Ты виделся с отцом раз в несколько месяцев, не чаще. Дела семьи и внебрачные дети тебя никогда не заботили. Думаю, что со вчерашнего дня и до настоящего момента ты говорил искренне только в тот момент, когда схватил телефон Ху Чжэньюя. – Чжоу Хуайсинь повернулся спиной к раковине и с мрачным видом воззрился на Фэй Ду. – Даже если Ян Бо и в самом деле ребёнок твоего отца, ему незачем устраивать такое представление, чтобы получить причитающееся по закону. Тело старика лежит в морге – Ян Бо мог просто запросить судмедэкспертизу, чтобы подтвердить родство. Зачем ему организовывать похищение и убийство? От скуки, что ли?

– Думаешь, он может затребовать экспертизу, когда ему вздумается? Мы с братом-то пока ещё живы! Кремировали бы старика, не оставив этому подонку ни единого волоса! – Чжоу Хуайсинь усмехнулся. – Спрашиваешь, зачем ему это? Очевидно же, ради денег! Он вырос в бедности, вот и привык добиваться своего любыми методами!

– Разоблачение деятельности трёх благотворительных фондов бросает тень на всю корпорацию. Даже если это клевета, сам факт расследования уничтожит репутацию «Чжоу-ши». Какая тут выгода Ян Бо? Он бы не стал пилить сук, на котором сам сидит.

– Я же уже говорил: я художник и в этих ваших бизнес-делах ничего не смыслю, – Чжоу Хуайсинь с досадой развёл руками.

Он попытался протиснуться мимо Фэй Ду к выходу и открыть дверь, но Фэй Ду перехватил его руку. Чжоу Хуайсинь вздрогнул: ему показалось, что вокруг его запястья, в том самом месте, где бьётся пульс, обвилась ледяная змея. Хоть Фэй Ду и брезговал физическим трудом[31], у него хватило сил справиться с худым, словно стебель конопли, Чжоу Хуайсинем. Не особо напрягаясь, он оттолкнул его и прижал к шкафу.

– Ты… – изумился Чжоу Хуайсинь.

– Тсс… – Фэй Ду поднял палец. – Тише, за дверью полно полицейских. Я понял, что это не Ян Бо, как только несчастный водитель открыл рот. Уж мы-то с тобой знаем, как это работает. Ты всё спланировал, нашёл козла отпущения и избавился от улик. Парень отсидит несколько лет в тюрьме, получит денег больше, чем мог бы заработать за всю жизнь, а когда выйдет на свободу, то вернётся на прежнее место службы. Это не смертный приговор, больше похоже на неприятную командировку. Все знают: исполнители не закладывают заказчиков. Им это не выгодно. Уголовной ответственности так не избежать, для суда это не будет смягчающим обстоятельством, парень отправится в тюрьму просто так, а его семья может пострадать. Очевидные вещи.

– Впервые о таком слышу, – пробормотал Чжоу Хуайсинь.

– Не прикидывайся дураком, – Фэй Ду покачал головой. – Как только мы поняли, что твой брат заперт в грузовике, похитители сразу же перестали осторожничать и начали снимать заложника в полный рост. Видимо, побоялись, что без подсказки полиция не догадается искать «крота» и не свяжет дело с Ян Бо?

– Хочешь сказать, кто-то похитил моего брата, чтобы подставить Ян Бо и махом избавиться от обоих? – холодно усмехнулся Чжоу Хуайсинь. – Если так рассуждать, я и правда единственный в выигрыше. Итак, теперь я подозреваемый? Тогда ты можешь просто сдать меня полиции.

Фэй Ду разжал руку и спокойно посмотрел на него.

– Валяй! – голос Чжоу Хуайсиня звучал неестественно глухо, а на лице не отражалось ни единой эмоции. Он легкомысленно улыбнулся Фэй Ду: – Я тебя винить не стану. Меня уже тошнит от этой роскоши, жратва в глотку не лезет! Попаду в тюрьму – что ж, охерительный выйдет перформанс! Значит, это была по-настоящему грандиозная игра, а я великий артист!

Фэй Ду тихо вздохнул:

– Я тебя не перевариваю.

– Само собой. – Даже в такой ситуации Чжоу Хуайсинь не мог удержаться от колкости: – Мой авангардный стиль мещанам не по вкусу!

– Меня от тебя тошнит. Ты уверен, что ловко прикидываешься дураком, но на деле ты и правда самый настоящий идиот! Чжоу-сюн, вы с братом точно родные? Насколько вы близки?

Улыбка на лице Чжоу Хуайсиня тотчас застыла, он крепко вцепился в дверцу шкафчика.

– Только что ты заявил, что я похитил брата и подставил этого сукиного сына Ян Бо, убил, так сказать, двух зайцев одним выстрелом… А теперь интересуешься нашими отношениями? Ты противоречишь сам себе… Ты просто завидуешь моей красоте?

Фэй Ду проигнорировал эту неумную остроту:

– Когда похитители задали первый вопрос, ты схватил телефон президента Ху, и там уже были введены логин и пароль для входа на сайт компании…