Понсон дю Террайль – Похождения Червонного валета. Сокровища гугенотов (страница 4)

– Но позвольте! Кто мог сказать вам все это?

– Никто.

– Но тогда как же…

– Ваша история – точнейшее повторение моей собственной, – сказал граф.

– Что такое? – грозно крикнул люксембуржец.

– И я могу даже назвать вам имя любимой вами особы! – невозмутимо продолжал Кревкер и, наклонясь к уху люксембуржца, прошептал ему что-то такое, от чего д'Арнембург подскочил словно ужаленный.

Между тем граф, назвав Арнембургу таинственное имя, отступил с поклоном на шаг и сказал:

– Насколько я вижу, мы соперники!

– Я тоже так думаю!

– Следовательно, нам остается лишь прибегнуть к оружию!

– Но позвольте!..

– Мы должны биться насмерть!

– Погодите, сударь, – холодно прервал графа д'Арнембург. – Надеюсь, вы не заподозрите, что я способен испугаться чьей-нибудь шпаги?

– Я этого не думаю во всяком случае!

– И все же я нахожу ваше предложение решить вопрос поединком совершенно неприемлемым. Этот способ не годится, не подобает для данного случая!

– Однако позвольте! Вы только что были готовы драться из-за лошади! Значит, вы находите, что женщина не стоит того?

– Ничего подобного. Я думаю, что раз женщина, из-за которой вы хотите драться, назначила нам здесь свидание, то у нее должны были быть для этого основательные причины. Очевидно, она решила, что любовь обязывает к преданности и что если мы действительно любим ее, то подумаем не о себе, а лишь о ней. Раз она зовет нас – значит, она нуждается в нас, и не в одном только, а в обоих!

– Вы совершенно правы, – согласился граф. – Мы должны спрятать шпаги в ножны и мирно ехать вместе к развалинам, где мы узнаем, что нас ожидает.

– Отлично! – сказал люксембуржец. – В таком случае благоволите выбрать лошадь.

– Я беру черную.

– Ладно, – ответил Арнембург, садясь на белую.

– Знаете ли вы дорогу? – спросил граф.

– Нет, – ответил его спутник, – но мне было сказано, что лошадь сама доставит меня куда нужно.

– Ну а я знаю дорогу и буду руководить нашим путем!

– Отлично! Вперед!

Молодые люди дали шпоры лошадям, и граф Эрих повел своего спутника по узкой тропинке, которая шла к Долине Фей.

Оба они ехали молчаливо, погруженные в свои мысли, и оба думали почти одно и то же: «Раз нас двое – значит, ясно, что женщина, которую мы оба любим, сама не любит ни одного из нас. Но ей нужны наши шпаги, и вот она зовет нас к себе!»

Но еще другая мысль скользнула у каждого из них: «А все же, как знать? Быть может, если бы я был один, то…»

И оба они уже жалели, почему не решили вопроса смертным боем!

Когда они подъезжали к Долине Фей, над которой высились развалины старого замка, до них донесся стук чьих-то копыт и чье-то энергичное немецкое проклятие.

– Это еще что? – спросил граф Эрих.

В этот момент взошла луна, и на освещенной ею долине вырисовалась фигура всадника, который, заметив наших путешественников, направился к ним.

– Скажите, господа, – обратился он к ним, – вы здешние?

– Да, – ответил Кревкер.

– В таком случае не укажете ли вы мне, как проехать к Замку Дьявола?

– Как, – воскликнули в один голос Кревкер и Арнембург, – вы тоже едете туда?

– А разве и вы держите туда путь?

– Ну да! Нас ждут к двенадцати часам.

– Да ведь и меня тоже!

– Но если это так, – сказал граф, – то вы, наверное, не встретите никаких препятствий к тому, чтобы назвать нам свое имя?

– Меня зовут Конрад ван Саарбрюк, я вассал герцогов Лотарингских!

– А не можете ли вы сообщить нам, что заставило вас пуститься в этот путь?

– Я нашел у дверей своего замка странную записку, приколотую кинжалом.

– Ручаюсь, что записка начиналась словами: «Если Вы по-прежнему любите…» – сказал граф Эрих.

– Почему вы знаете? – удивленно воскликнул Конрад.

– И что вы любите знатную даму, до которой вам далеко как до звезд! – прибавил Арнембург.

– Но позвольте…

– И мы можем даже назвать вам ее имя!

– Ну уж это…

Граф наклонился к уху барона ван Саарбрюка и что-то шепнул ему.

– Но кто же мог сообщить вам мой секрет? – изумленно спросил барон.

– Никто, – ответили ему молодые люди. – Дело в том, что мы тоже любим эту даму.

Барон схватился за эфес шпаги. Арнембург рассмеялся.

– Полно! – сказал он. – Раз она призывает всех, кто любит ее, значит, она нуждается в них во всех!

– Вы правы, – согласился Конрад.

– Значит, нам нет основания ссориться, а будем вместе продолжать наш путь. Позвольте и мне назвать себя: я – Лев д'Арнембург.

– А я – граф Эрих де Кревкер!

– Ручаюсь, – продолжал Арнембург, – что до получения этой записки вы не знали, что ей известно о вашей любви! Как же она узнала о ней?

– Однажды мне пришлось спасти ее на охоте от разъяренного кабана, и моя тайна вырвалась у меня.

– Откровенно говоря, мне это даже нравится, – сказал Лев смеясь. – Это, по крайней мере, вносит хоть некоторое разнообразие, а то нашу любовь она открыла одним и тем же образом.

– И должен сознаться, что вы оказались смелее меня! – прибавил граф Эрих.

– Я всегда смел, когда выпью, – флегматично ответил барон.

– А в тот день вы выпили?

– Да, но немного: бурдюк рейнвейна!

– Однако! – пробормотали в ответ молодые люди.