Полина Змееяд – Ледяная Галатея для снежного дракона (страница 13)

Проснувшись, я сразу услышала неистовый гул ветра за окном. И села в кровати, распахнув глаза.

Хотела потянуться руками в лицу, но они по-прежнему мне не повиновались. Зато тело - да. Я могла наконец вздохнуть полной грудью, поворачивать шею и тело. Но плечи, предплечья и кисти так и застыли в нелепой позе: сложенные у живота. Именно в этой позе я уснула вчера вечером. Еще помню, тихо ворчала, потому что лежала на кровати как покойница.

И почему Инатан сложил мои руки именно так? Раньше они оставались выпрямленными вдоль тела?

Несколько раз повернувшись вправо и влево, я поняла причину такого решения: не контролируя руки, я могла бы и снести ими что-нибудь, если резко повернусь, да и сидеть на кровати было бы неудобно. То есть, он заметил перемены еще вчера? И даже не сказал?!

Надо бы спросить, почему.

Буря за коном не утихала: выла, мельтешила крупным сырым снегом, нависла низкими тучами, которые кутали белые крыши башен. Я всматривалась в нее, пытаясь понять, что же она мне так сильно напоминает, но так и не смогла найти ответ.

Время шло, в комнате посветлело, и хоть я не видела солнца, понимала, что оно давно поднялось над местными горами. Но Инатан все не приходил. И Нинель, которая обычно приходила еще до моего пробуждения, тоже не появлялась.

Что-то случилось?

Я по-прежнему не могла встать и, чувствуя себя ужасно нелепо, могла лишь прислушиваться к тому, что происходит за пределами спальни. Но замок – не панельная девятиэтажка. Тут ничего не расслышать, даже если в соседней комнате играет оркестр.

Не знаю, сколько просидела в одиночестве, всматриваясь то в тени в углах комнаты, то в окно, на пляшущий за ним снег, но когда Нинель наконец вбежала в комнату, даже подалась ей навстречу.

– Что случилось? Почему тебя не было? – насела с вопросами я, перебирая в воображении десятки всяких неприятностей, которые могла случиться с молодой красивой девушкой в огромном замке.

За Инатана я не особо опасалась: наигрался со мной, вот и не пришел, у него и без меня развлечений хватает. Но за горничную переживала.

– Простите, что задержалась, – она тут же поклонилась и замерла, глядя в пол, – Утром в замке была суматоха. Слуг не выпускал из комнат до тех пор, пока солдаты не проверят замок.

– А зачем проверять замок? – насторожилась я. – Шпионов ищут? Что-то что-то ценное украл?

– Нет, – Нинель помотала головой и выпрямилась, осознав, что я на нее не злюсь. – Просто Его Величество…

Она почему-то замолчала, будто не смогла подобрать слов.

– Что с Его Величеством? – спросила я и поняла, что голос предательски осип.

Нет, я за него не волнуюсь, но если с ним что-то случится, то я не проживу и полугода.

Да, именно поэтому меня и волнует его судьба.

– Так что с ним случилось? – уже более требовательно повторила я, потому что Нинель не спешила отвечать.

– Ничего не случилось… наверное… просто его нет в замке, – наконец подобрала слова она.

– Что значит “наверное” не случилось? Куда он ушел? – я уже начинала злиться оттого, что информацию из горничной приходилось вытягивать едва ли не пытками.

– Никто не знает, – понурилась она, услышав в моем тоне раздражение. – Наверное улетел.

– Как это улетел? Просто взял и улетел? Никому ничего не сказав? – удивилась я.

С образом вечно сосредоточенного и серьезного Инатана такой поступок никак не вязался.

Разве не сегодня у него встреча с послами, которые недавно вернулись из дворцов западного и восточного драконов? Я вроде бы слышала, Филипп говорил что-то такое вчера вечером. Перед тем, как мы отправились на башню.

Он же не мог просто так взять и отменить все эти планы? У него же целая куда дел! И когда он собирается их разгребать, если будет прохлаждаться?

Не то, чтобы мне было дело до его графика, но он ведь правитель. И за время, проведенное в его кабинете, я успела убедиться, что он очень ответственно относится к своей короне.

И чтобы Инатан – расчетливый, спокойный, сосредоточенный Инатан – просто взял и улетел? Разве такое возможно?

– И что теперь делать? Кто-нибудь знает, где он? – продолжила засыпать горничную вопросами я, хотя и понимала, что она вряд ли знает много.

Нинель вдруг улыбнулась и подняла на меня веселые глаза.

– Переживаете за него, госпожа? – спросила она, расплываясь в какой-то странной улыбке.

– В каком-то смысле, – не стала отрицать очевидного я. – Так где он?

– Да кто же знает, куда дракона несут его крылья? – пожала плечами горничная.

– Значит, не знаете. Но его же ищут? – все не унималась я.

В груди беспокойство нарастало вместе с вьюгой, которая все сильнее завывала за окном. Но в этой песне бури я отчего-то слышала не угрозу, а боевой клич. Песнь силе и свободе, крик птицы, которая долго томилась в клетке и наконец вновь встала на крыло.

И с чего вдруг такие странные ассоциации?

– Дракона в горах искать? В бурю? Да кто же отважится на такое безумство? Сам же Его Величество потом за такие попытки в отставку отправит, – удивилась Нинель, будто то, что она говорила, всем известно. – Король вернется. Когда-нибудь.

Когда-нибудь?! То есть, может завтра, а может лет через десять. Замечательно! Просто прекрасно! Притащил в этот мир меня, обзавелся невестой, настроил кучу планов до конца года, а потом - просто улетел! И никто даже искать его не собирается, будто исчезновение короля – это обычное дело.

Что за странный мир?

Вдруг входная дверь хлопнула, и я вздрогнула всем телом от неожиданного звука.

Раздались уверенные шаги и в спальню без спроса влетел разъяренный Филипп.

– Это ты! Ты во всем виновата! – с порога заявил он, оттесняя Нинель, которая попыталась преградить ему путь.

Прода от 28.12

Разумеется хрупкой девушке оказалось не под силу остановить рослого, пусть и немолодого уже мужчину, и вскоре он стоял надо мной, грозно нахмурившись.

– Если из-за тебя Его Величество вернется к старым привычкам, я буду настаивать на избавлении от твоей персоны. Окончательном, – произнося последнее слово, Филипп многозначительно на меня посмотрел.

Угрожает?

Как же глупо. И бесит.

– Не думала, что у Его Величества есть нянька, – я подалась навстречу мужчине так резко, что он отпрянул, то ли опасаясь врезаться в меня лбом, то ли просто от неожиданности. – И уж точно не думала, что его подданные о нем такого мнения. По-вашему, любая юбка, даже неживая, способна вертеть королем, как ей вздумается?

Лучшая защита – нападение. И это прекрасно, потому что в состоянии холодной ярости, которая сейчас вытеснила и беспокойство, и промозглый холод, я ни на что другое не способна.

Филипп под градом моих обвинения растерялся.

– Я вовсе не это имел в виду, – быстро взяв себя в руки, он одернул полы темно-синего жилета, плотно облегавшего дряблую фигуру.

– Тогда почему вы пришли с претензиями ко мне? Поверьте, будь у меня хоть какая-то власть над действиями короля, он бы не отошел от меня ни на шаг до тех пор, пока я не обрету способность двигаться самостоятельно, – припечатала я, закрепляя успех.

Тонкая полоска усов над верхней губой секретаря – или кто он там – дернулась презрительно, но больше он ничего не сказал.

– Допустим. И все же общение с вами, кем бы вы на самом деле ни были, дурно влияет на Его Величество, и мы с ним еще обсудим ваше взаимодействие, – попытался отстоять свои позиции Филипп.

Надо же, даже про вежливость вспомнил. После того, как наехал на меня.

В ответ я лишь плечами пожала: пусть обсуждают, что хотят. Почему-то несмотря на самоуверенность Филиппа я оставалась уверена, что Инатан не так уж и сильно прислушивается к нему, особенно если дело касается личных вопросов. Или может, мне лишь так показалось?

В любом случае, до тех пор, пока король не вернется, ни злоба Филиппа, ни мои желания и страхи – ничто не будет иметь значения.

Так и не дождавшись от меня ни извинений, ни испуганных просьб о пощаде, Филипп ушел, оставив меня в полной растерянности.

Что это была за сцена? Инатану что, пятнадцать лет, чтобы кто-то мог “плохо на него влиять”? Я вроде бы не учила его купить за гаражами и зубами пиво открывать, да и попробуй его чему-то научи: он всегда настолько погружен в дела, что кажется, не заметил бы, даже если бы с меня вдруг свалилось платье посреди кабинета.

– Госпожа, не бойтесь! – принялась утешать Нинель, как только за помощником короля захлопнулась дверь. – Его Величество ни за что не обидит того, кто ни в чем не виновен…

– Я не боюсь, – покачала головой я, отмечая, что репутация в народе у моего “владельца” считай безупречная. – Не его, – и показательно кивнула на дверь.

И все же ершистый комок беспокойства колол грудь, не позволяя расслабиться. Я и сама не понимала, отчего тревожусь: то ли за собственную жизнь, которая и так хрустальным шариком висела над пропастью на тонкой нити, то ли за Инатана. Хотя чего за него переживать? Он же дракон. Самый настоящий дракон, да еще и повелевает льдами. Кто может причинить ему вред?

Если уж Филипп не знает, где король и когда вернется, то всем остальным остается только ждать.

А ждать я всегда ненавидела, особенно в неопределенности.