Полина Жулина – Дети ночи (страница 1)
Полина Жулина
Дети ночи
Плейлист
Король и Шут – Проклятый старый дом
Lely45 – Моя душа
Свидание – Случайная любовь
Plamenev – Вне смерти
слишкомлично – Нотр-Дам
Оксана Почепа – Слёзы на морозе
Otto Dix – Зверь
Green Apelsin – Вальхалла
Pyrokinesis – Ад пуст, все бесы здесь
Beautiful Boys – Нежная Любовь (Gentle Love)
Girl in Red – We Fell in Love in October
Никита Киоссе – Тайна
H.I.M – Join Me In Death
Электрофорез – По разбитым зеркалам
Tonya Lee – Тебе
Mitski – I bet on losing dogs
Otto Dix – Птицы
Глава 1. «Старый дом»
– Ребята, это плохая, плохая идея, – в сотый раз повторяла я.
– Да хватит тебе, Лиза. Ты что ли боишься? – усмехнулся Слава. – Это же просто заброшенный старый дом.
– Вот именно! – я повысила тон и скрестила руки на груди. – Это просто заброшенный старый дом, и максимум, что мы там найдем, это неприятности!
– Испугалась – так и скажи! Трусиха! – ответил он.
– И ничего я не трусиха! Просто у меня, в отличие от некоторых, есть мозг! – ответила я, отвернувшись от него.
– Бе-бе! Трусиха-трусиха! Пойдем, Миш, чего с этих девчонок взять, – обратился Святослав к рыжеволосому мальчику.
– Свят, может это… Ну, правда, не надо? – робко спросил Михаил.
– Ты тоже девчонка?! – фыркнул Слава. – Боитесь – так и скажите! Один пойду!
– Нет, правда. По ночам там горит свет, я сам видел… – практически шепотом сказал рыжий.
– Да, он прав. Я сама живу напротив этого дома и не единожды замечала свет в окнах… – судорожно выдохнув, я бросила взгляд на большой и мрачный особняк.
Он уже несколько лет был выставлен на продажу. Однажды нам сказали, что его купили, но никто в доме так и не поселился. Деревянная табличка, стоящая на неухоженном газоне, всё так же гласила «продается». Дом был деревянным и очень старым, и в некоторых местах уже достаточно сильно прогнил из-за сырости. За домом находилось заросшее камышом болото. Часть окон не имела стёкол и была заколочена досками. Ну неужели если бы кто-нибудь купил, то они бы не сделали добротный ремонт? Однако по ночам в доме всё же загорался свет. Такой тусклый. Не так, как светят электрические лампы. Больше было похоже на свет восковых свечей. Моя бабушка всегда использует такие, когда из-за грозы или плановых работ отключают электричество.
Наша компания состояла из трех человек: я, Свят и Миша. Меня, кстати, Лизой зовут. Мы все погодки. Мне четырнадцать, Мишке пятнадцать, а Славику шестнадцать. Наши родители – друзья детства, поэтому мы с малых лет всегда вместе. Но нужно ещё несколько слов сказать о нашей внешности и увлечениях, чтоб вы понимали, что же мы из себя представляем.
Миша – рыжий, очень рыжий. Его волосы огненного, практически красного цвета, глаза карие, а на носу веснушек и не перечесть, особенно летом. Он носит очки в прямоугольной оправе и занимается плаванием. Михаил среднего роста и худощавого телосложения. Несмотря на свою страсть к занятиям в бассейне, он также интересуется химией и астрономией.
Свят – брюнет с коротко стриженными волосами. Глаза голубые. Нос с горбинкой. Высокий и достаточно внушительной комплекции, самый сформировавшийся из нас троих. Интересуется техникой и обожает свою золотую рыбку Сидни, но о последнем я вам не говорила, так что молчите. И никаких «хи-хи»! Каждый вправе заводить себе любых домашних питомцев. Да, Святослав предпочёл рыбку собаке: и гулять не надо, и плавает красиво. Наверное, Миша тоже неплохо чувствует себя в воде. У каждого своя стихия. Я вот, например, не люблю воду, да и плавать совсем не умею.
И, наконец, я. Мама меня зовет Лизой, папа – Лизаветой, а старший брат – «какжетыменядосталаотвалиужеотменя». У меня достаточно длинные русые волосы, которые я обычно заплетаю в две косички – сама и с помощью мамы. Мой отец стоматолог, отчего мои зубы, а точнее, брекеты на них, стали поводом для шуток. А ведь они были не такими уж и кривыми. Ну а ещё я выгляжу на двенадцать, так что я очень сильно расстраиваюсь всякий раз, когда речь заходит о моём возрасте. Мне до безумия нравится читать, особенно те книги, что напичканы всякими мифами и легендами. Я просто обожаю мистику. Особенно истории про вампиров. Все эти бессмертные графы и изящные бледнокожие девицы с клыками… Истории про них всегда восхищали меня. Хотя встретить вампира в реальной жизни было бы, наверное, жутковато.
Итак, мы бы наверняка забыли о том доме, если бы не Миша, который, возвращаясь однажды поздним вечером с очередной тренировки, заметил свет в одном из окон особняка. Он остановился, чтобы рассмотреть его получше. Хотел убедиться, что это не галлюцинация от какого-нибудь переутомления. И действительно, свет правда горел. Михаил заторопился домой, чтобы скорее позвонить нам со Славой и рассказать об увиденном. Естественно, мы поначалу ему не поверили. Но так вышло, что я живу в доме напротив, как я уже говорила, так что у меня была возможность наблюдать за таинственным домом своими глазами. Выглядывание в окно стало моим ежедневным ритуалом, так что вскоре я убедилась: свет правда горел. Он горел и на следующую ночь. И потом. Каждую ночь.
Однажды мне «посчастливилось» заметить в окне старинного особняка фигуру. Я поспешила рассказать об этом мальчишкам – и, как оказалось, зря. Слава с того дня загорелся желанием во что бы то ни стало попасть туда. Но днём взрослые в жизни бы ни за что не позволили нам пробраться в этот дом. Так что нам ничего не оставалось, кроме как идти ночью, и мы с Мишей прекрасно понимали, что это едва ли не худшая идея, какая только могла попасть в голову нашего товарища, но он-то ни разу не видел свет в окнах и уж тем более фигуру, и ему было просто необходимо это исправить. Мы с Мишкой не хотели идти в мрачный особняк, но и отпустить Славу туда одного тоже не могли.
– Так вы идёте или нет?! – казалось, в последний раз спросил он.
Мы с Мишей переглянулись. В его глазах ясно читалось, что выбора у нас нет. Какая ужасная и безвыходная ситуация – думали мы.
– Да, идём… – выдохнула я.
– Да-да, мы пойдём, – подтвердил рыжий, неуверенно кивнув.
– Тогда встречаемся после заката около дома Лизы, – серьезно заявил Свят.
– Х-хорошо… – закончила диалог я и направилась в сторону дома.
Настроение у меня было написать завещание и нажраться валерьянки. Интересно, как отреагирует моя мама, найдя в комнате записку, содержащую текст: «Прошу после моей кончины не отдавать мою комнату брату, этот придурок перебьётся»? Нет, я очень люблю этого родственника, но мы стабильно друг друга раздражаем. Ему всегда нравилась моя спальня на втором этаже. Говорит, тут атмосфера особенная. Но я-то знаю, что на самом-то деле мои окна просто выходят на соседский дом, где я могу иногда видеть Светку. Брат за ней уже два года бегает, а она его всё отшивает. Видимо, догадалась, что он у нас того, со странностями.
Как только последние лучи заходящего солнца скрылись за горизонтом, я накинула на плечи кофту и открыла окно. Очень не хотелось, конечно, но обещание назад уже не забрать. Как говорится, слово не воробей, вылетит – не поймаешь1[1].
Родители уже спали. Я давно пожелала им спокойной ночи и сказала, что сегодня лягу пораньше, потому что очень устала. Они бы и так ничего не заподозрили, но на случай неожиданного визита мамы с папой у меня была старая добрая подстраховка в виде кучи вещей под одеялом. К счастью, я люблю во время сна кутаться с головой, так что никаких подозрений у моих родителей точно возникнуть не должно. У них примерная дочь, отличница. Даже если им кто-то выдаст меня, они никогда не поверят в то, что их Лизонька могла посреди ночи убежать на прогулку.
Перекинув ногу через подоконник, я оказалась на крыше террасы. Снаружи прикрыла за собой окно и медленно заскользила вниз по скату. Внизу меня уже ждали мальчишки. Оказавшись уже у самого края крыши, я зацепилась за карниз и повисла на нём. До земли было невысоко, но ребята по старой всё же привычке поймали меня. Это была уже далеко не первая наша ночная вылазка. Как хорошо, что родители всё ещё верят в мою святость. Никогда не доставляла им никаких проблем и не вызывала подозрений.
– Лизка, ты с каждым годом всё тяжелее и тяжелее, – возмутился Свят.
На это я молча фыркнула, сложив руки на груди, и направилась в сторону злополучного дома. Сам-то почти двухметровый дылда, а ещё мне что-то говорит. Мальчишки поспешили за мной, чтобы не отстать.
– Может, ты всё-таки передумаешь? – в очередной раз спросил у Славы Миша.
– Нет, неужели вы думаете, что всё интересное достанется вам?! – снова возмутился темноволосый юноша.
– Да-а, это действительно интересно. Такое счастье быть разорванными на мелкие кусочки! Я просто в восторге! – фыркнула я, закатив глаза.
– Ой, Лиз, прекрати. Мы все и так поняли, что ты боишься, – усмехнулся Свят.
Да, он был прав, когда мне страшно, я всегда начинаю язвить, пытаясь убедить окружающих, что мне нисколечко не страшно, а даже наоборот, смешно, мол, это всё глупости и сказки для малышей, а взрослому человеку попросту должно быть стыдно бояться таких вещей. Но мои друзья уже давно об этом знали, поэтому с ними такой трюк не прокатывал. Мы слишком давно знакомы и знаем обо всех особенностях друг друга.