Полина Жулина – Дети ночи (страница 3)

А если ребята не успели меня спасти? Что, если и их пригубили на десерт? Да не могли они! Нет! Столько времени они скрывались в том доме, а смерть сразу троих подростков привлечёт слишком много внимания. А им оно надо? Нет, конечно же. Вампиры – вполне здравомыслящие существа. Они могут веками скрываться от людей, чтобы те их не трогали и не устраивали всякого рода восстания. И к тому же у них должен быть этот… Ну, как его… Кодекс! Во! Вспомнила! У всех цивилизованных существ должен быть свод правил, требований и законов. У этих тоже должно быть нечто подобное, что запрещает им «светиться» и привлекать лишнее внимание.

Что-то вдалеке запищало. Да ещё и так гадко. Ужасный звук, от которого просто звенит в ушах. Да и в целом моё состояние было крайне паршивое. Голова будто распухла и вот-вот взорвётся. Перед глазами плывут круги. И всё тот же яркий белый свет. Никак не пойму, где я.

Потерев глаза, я увидела стены, светлые, белые стены. Видимо, от них и отражался тот самый белый свет. Так где же я? Осматриваюсь: какие-то аппараты. Где-то я их уже видела. Ах… Точно! Это всего лишь больничная палата. Просто фу-у-ух.

– Она приходит в себя! – воскликнул кто-то вдалеке.

Резко и неожиданно надо мной нависла куча народа. Тут вам и Миша, и Свят, и медсестра… Чего только душа пожелает. Точнее, кого. Как же хорошо, что ребята целы и невредимы! Значит, они нашли меня, когда монстры уже ушли, а ещё это значит, что они ничего не знают. И я пока им ничего не буду говорить. Спокойнее будут. Но всё-таки сначала нужно понять, что именно со мной произошло, прежде чем засыпать друзей своими догадками.

– Лиза, ты как?! – взволнованно спросил Слава.

– А ты не видишь, что ли? – возмутилась я. – Ещё живая.

– Ой, да иди ты, – фыркнул парень, – я же серьёзно.

– Я тоже.

Попытка встать не увенчалась успехом. Перед глазами поплыли круги, и я рухнула обратно на кровать. Динь-динь. Такое чувство, будто кто-то ударил в тарелки, между которыми оказалась моя голова. Я падаю, падаю… У-у… Возможно, именно так чувствовала себя Алиса, провалившись в кроличью нору. Земля, а в моём случае кровать, будто стала уходить из-под меня, и вместо неё словно появилась большая пропасть. Вот в неё я, собственно, и стала падать.

– Вам нельзя вставать! Вы потеряли много крови! – стала поправлять мою постель медицинская сестра. – А вы, – обратилась она к мальчишкам, – идите куда-нибудь погуляйте. Ей нужен покой!

– Нет, нет, – вмешалась я, – всё в порядке, пусть они побудут здесь, со мной, пожалуйста.

– Ну, ладно, – процедила медик и выскользнула за дверь.

Она была почему-то совсем не в восторге от моей просьбы, но без врача ничего не могла с этим поделать. В любой ситуации есть кто-то, кто главнее тебя и может отдавать приказы. Выше меня, например, по иерархической лестнице стоят родители, хотя обычно они не командуют, а спокойно договариваются.

– Что случилось? – спросила я, когда мы остались втроём в палате.

Мне хотелось встать, ну или хотя бы сесть поудобнее, но мальчишки решительно мешали мне это сделать. Спорить было бесполезно. Они же переживают. И нет, это я не из вежливости подумала. Это читалось на их лицах так отчетливо, будто было написано крупными светящимися буквами. А Слава, кажется, и вовсе чувствовал себя виноватым в случившемся. Отчасти он был прав. Это он потащил нас в тот проклятый старый дом.

– Мы когда поднялись наверх, – нервно сглотнув, начал вещать Рыжик, – ты будто в транс впала. Я пытался тебя остановить, но не успел. Тот, кто был в комнате, захлопнул дверь прямо перед моим носом. Я попытался её выбить, но не вышло. Эта дверь – она вроде бы как и сгнившая совсем была, но никак не поддавалась, будто заколдованная…

– А я тем временем, – перебил его Свят, – осматривал первый этаж. Ничего там, кроме паутины, нет. Точнее, я больше ничего, кроме неё, не видел, потому что, когда только нашёл люк, ведущий в подвал, услышал Мишкины крики. Времени ещё осматриваться не было. Я поспешил к вам на помощь…

– Ну да, – продолжал Миша, – мы вдвоем пытались выбить дверь, но ничего… Мы её и так, и эдак, – объяснял мальчик, сопровождая свой рассказ бурной жестикуляцией. – А потом раз— и она слетела с петель…

– Мы даже не почувствовали, когда она начала двигаться. Просто стояла, стояла, а потом резко вылетела, как пробка из бутылки…

– Ну?! Ну-у?! – я вскочила на кровати, в нетерпении перебивая друзей.

Перед глазами тут же потемнело, в ушах зазвенело, а аппарат запищал ещё противнее, чем раньше. Моё тело безвольно с грохотом упало обратно на кровать. Как же неприятно чувствовать себя столь беспомощным существом! Тем вампирам никогда не понять это чувство. Они сильные и бессмертные создания.

– ЛИЗА! – закричали хором мальчишки.

Пока я приходила в себя, на шум прибежала медсестра и снова начала ругаться на Мишу со Славой:

– Вы же мне так совсем пациентку угробите! Ей нельзя нервничать! Ну-ка идите, идите отсюда!

На Рыжика подобный выпад подействовал незамедлительно, и он выскочил в коридор со скоростью света. Свят тоже собрался уйти, но я успела из последних сил схватить его за рукав. Он взглянул на меня. Я попыталась всеми своими эмоциями беззвучно попросить его остаться. И, кажется, он меня понял.

– Ну что ж Вы, женщина, так кричите? – говорил юноша. – На Ваши крики сейчас вся больница сбежится!

– Ох, как же вы мне все надоели! – возмутилась женщина. – Сейчас позову врача, и вы немедленно оставите пациентку в покое, раз мои слова для вас не имеют никакого значения.

Она вышла в коридор, а я снова потянула Славу за рукав, прошептав:

– Дальше-то что было?

– А дальше всё было совсем непонятно, – ответил друг, садясь на стул около моей кровати.

– То есть?

– Пустая комната. Камин, казалось, только задуло ветром. Ты лежала на полу без сознания…

– А люди?! – снова вмешалась я в рассказ друга.

– Какие ещё люди? – удивился парень.

– В комнате были люди! – настаивала я.

– Лиза, никого, кроме тебя, там не было, – недоумевающе произнёс Свят. – а скорую вызвали твои родители.

– Ой… Моя песенка отпета, целиком и полностью… Дома меня добьют…

Я прекрасно понимала, как отреагируют родители на мою ночную вылазку в заброшенный дом с двумя парнями. Придётся как минимум месяц сидеть безвыходно дома. Никаких сладостей и развлечений, а интернет мне отрубят. А ещё, возможно, и с мальчишками запретят общаться. У меня очень строгие родители. Не просто так ведь я столько лет строила образ примерной дочери и ученицы. Теперь же за мной будут следить во все глаза.

– Лиз… – вздохнул Святослав, отводя взгляд в сторону. – Ты не переживай. Всё в порядке.

– То есть? – я совсем не понимала, о чём это он говорит.

– Я взял всю вину на себя. Тебя ругать не будут. Зато я…

– Что ты?! – я опять вскочила, на этот раз сознание не потеряла, но аппарат утверждал, что мой пульс просто зашкаливает.

– Лиза-а, – умоляюще протянул друг, снова укладывая меня в горизонтальное положение.

– Ну, что такое?

– Я теперь и на пушечный выстрел не смогу подойти к твоему дому, а уж к тебе и подавно, – на его лице промелькнула слабая улыбка, пытающаяся меня подбодрить.

Я что-то еще хотела сказать, но тут в палату вошёл врач, а с ним высокий темноволосый мужчина с крупными чертами лица. Это был не кто иной, как мой отец. Ой, что сейчас будет… Он наверняка будет очень долго ругаться и на меня, и на Славу. Хорошо всё-таки, что Миша успел уйти.

– Снова ты?! – закричал папа.

В два шага он преодолел расстояние и схватил Свята буквально за шкирку. Папа всегда говорил, что от мальчиков моего возраста стоит держаться подальше. От них одни неприятности. А друг был на два года старше. Он уже входил в родительскую категорию мальчишек, которые думают только о том самом. Я могла общаться с Мишей и Славой только из-за того, что они оба были детьми друзей моих родителей. Но, как говорится, ничто не вечно.

– Совсем у тебя совести нет?! – вопил родитель, сотрясая парня. – Что я тебе говорил? Что я тебе говорил?!

– Чтобы и духа моего рядом с Вашей дочерью не было… – практически заикаясь, произнес Слава.

Я впервые в жизни видела его в таком состоянии. Парень всегда был уверен в себе и никогда ничего не боялся, но рядом с моим отцом он просто превратился в дрожащую овечку. Этот взрослый внушал страх даже мне, а я была его дочерью. Казалось бы, мне нечего бояться. Но родитель был очень строгим. Хотя обычно мне удавалось не выводить его из себя лишний раз.

– Тогда что ты здесь делаешь? – снова повысил тон отец, тряхнув юношу.

– Папа! Папа! Папа!

Я и не заметила, как вскочила с постели. Вслед за мной потянулись и провода. Аппарат, считывающий данные о давлении, прокатился вперёд. Капельница упала на пол, а бутыль с жидкостью разбилась вдребезги. Прозрачное лекарство безвозвратно растеклось по кафелю. Голова закружилась, перед глазами потемнело, и я снова стала терять сознание. Снова провалилась в эту кроличью нору… А вдруг Алиса никогда не была ни в какой Стране чудес?.. Конечно, её просто покусали вампиры, она потеряла сознание, и ей всё приснилось… Если обморок напоминает падение, то ей и приснился кролик с этой ямой. Точно… Так оно и было…

– ЛИЗА?! – крикнул Святослав, вырываясь.

– Лиза, доченька, – родитель и сам его отпустил, бросившись ко мне и подхватив меня на руки.